Во-первых. Давайте без истерик. Никакого списка московских домов «под снос» не существует в природе.

Когда фальшивый перечень домов, который вряд ли кто-то прочел до середины, репостят истерички обоих полов – на то они и существуют, истерички.

По-хорошему, сносить надо 90% того, что было построено после смерти Иосифа Сталина

Но когда это делает известная журналистка, неоднократно задававшая вопросы Путину – это выглядит очень странно. Конечно, личный «Фейсбук» и работа в СМИ – это разные вещи, но репостить фейки не надо нигде, вообще. Их и без того слишком много.

Во-вторых. Хоть списка обреченных хрущевок пока нет, но, разумеется, сносить их надо. Они плохо приспособлены для жизни, они не соответствуют базовым социальным нормам, они просто небезопасны.

Да и не были они изначально запланированы стоять так долго – в 60-е годы многие, включая разработчиков и их кураторов из ЦК КПСС, действительно верили, что скоро настанет коммунизм – и проблем с постройкой сколь угодно качественного жилья не будет. Другие (сложно сказать, было их больше или меньше, чем первых) считали, что главное – это решить насущную проблему, а после нас – хоть потоп. 

Самое главное – при решении проблемы хрущевок не уподобляться этим вторым. Это, в общем-то, базовый принцип того, что по-английски называется «траблшутинг»: решение одной проблемы не должно порождать новую.

По-хорошему сносить надо 90% того, что было построено после смерти Иосифа Сталина. Причем не только при Советском Союзе. Современные 20-этажные и более высокие многоподъездные дома, метко названные «человейниками», ничем не лучше хрущевок с точки зрения приспособленности для комфортной жизни.

Да, в отличие от США и Франции, подобные кварталы у нас не превращаются моментально в гетто – спасибо доставшемуся от СССР довольно высокому уровню образования и умению русского человека обустраиваться хоть в тундре, хоть в тайге, хоть в пустыне, хоть в огромном доме с тысячами соседей.

Жить в человейниках некомфортно даже китайцам, активно внедряющим в своих городах этот домостроительный формат. Но китайцев – полтора миллиарда, и все хотят жить поближе к теплому морю. А нас-то в десять раз меньше! Зачем тесниться друг у друга на головах в несуразных человейниках, создавая ненужную нагрузку на инфраструктуру городов и на собственную психику? 

И причем ладно бы у теплого моря – так нет же, в мрачных подмосковных пригородах и на еще более мрачных окраинах Петербурга. 

Тут мне, разумеется, скажут об унаследованной от СССР столицецентричности современной России, но не может страна нашего размера дружно сгрудиться вокруг Кремля и Исакия. 

Русские и другие народы России должны жить привольно. Кому позволяют средства – в частных домах с участками. Кому нет – в домах в три, пять этажей. Более высокие жилые дома должны строиться только по индивидуальным проектам и обладать высокими архитектурными достоинствами.

Потому что будущее человейников и ближайших потомков тех, кто сейчас прельстился относительно невысокой ценой и купил себе жилье в этих монстрах, смотрится крайне печально. 

Россия обречена децентрализироваться – потому что иначе, повторюсь, государство такого размера существовать не может. Будут создаваться новые центры притяжения ресурсов – в том числе и человеческих. Поэтому люди будут уезжать, а жилье в человейниках будет неизбежно дешеветь. Туда будут заселяться асоциальные элементы – и рано или поздно мы получим свои гетто, с неизбежными криминальными проблемами. 

Квартплата в человейниках также будет расти с каждым годом – многоэтажные дома с большим количеством лифтов требуют постоянных финансовых вложений, и платой за капремонт тут не обойдешься. Да и поднять воду и тепло на 30-й этаж и спустить оттуда канализационные стоки – задача недешевая. А поскольку асоциальные элементы платить не будут, то лифты встанут, канализация засорится – и это будет уже даже не гетто, а аналог бразильских фавел, только в 30-этажном масштабе. 

Поэтому уже сейчас, в 2017 году, московские, подмосковные и прочие человейники – это неизбежная проблема, которая, увы, создана и которую придется решать следующим поколениям – минимум через 20, максимум через 50 лет. 

Вернемся к сносу хрущевок. В Москве потихоньку подходит к концу первый этап их заслуженного уничтожения. На месте большинства пятиэтажных кварталов выросли хоть и не классические человейники, но тоже не вполне приятные для жизни 16-этажки. 

Если в ходе реализации второго этапа будет выбран тот же метод – замена непригодных для жизни хрущевок малопригодными для жизни и обреченными на маргинализацию многоэтажными человейниками, то единственный ответ – спасибо, не надо.

Чтобы наши потомки не проклинали архитекторов, придумавших человейники, и чиновников, давших разрешение на их постройку, а восхищались красотой и соразмерностью домов и кварталов. Как мы восхищаемся сталинскими домами и кварталами в Москве и других городах страны. 

Кстати, про другие города. Возможно, для кого-то внутри Садового кольца это сюрприз, но хрущевками застроены практически все большие и малые населенные пункты нашей страны. И старятся и приходят в негодность они тоже по всей России. Но нигде, кроме Москвы, нет работающей программы по их постепенному сносу.

А это значит, что мы опять перекладываем проблему на плечи потомков. Конечно, в ходе децентрализации провинциальные города относительно разбогатеют. Но далеко не все. А хрущевки начнут сыпаться во всех – и одновременно. Значит, опять придется решать проблему в авральном режиме, затыкать дыры и в срочном порядке строить человейники для переселения людей из аварийных домов – потому что это быстро и дешево. 

Но быстро и дешево хорошо не бывает – это подтвердит каждый человек, когда-либо что-либо строивший сам или заказывавший строительство другим.

Нельзя тушить пожар керосином. Нельзя лечить насморк гильотиной. Нельзя заменять хрущевки человейниками. 

Да, возможно, это сейчас не самая актуальная проблема. Но комфортное и уютное жилье в нашем климате – не блажь, а необходимость.