В смоленском соборе (а службы здесь возобновлены с войны, немцы, пришедшие сюда по плану «Барбаросса», закрыли музей атеизма и вернули храм прихожанам, желая свой гуманизм показать), у роскошной золотой резьбы и железных сандалий святого Меркурия (но это другая история) красивая женщина-экскурсовод рассказала нашей делегации поучительную историю про Россию, которую не всегда поймешь даже соединенными усилиями верующего русского сердца и сумрачного германского гения. А острый галльский ум тут точно не помощник, еще со времен Бородина. 

Поляки сносят памятники советским воинам – это ошибка?

В двух здешних селах имелись запущенные немецкие кладбища. С войны. «Решили их восстановить», – сказала экскурсовод, и немец, входивший в состав нашей делегации, весь обратился в слух.

Одно село уперлось: они фашисты, разоряли, жгли, деда повесили, бабку растерзали, не хотим. Пусть чертополохом зарастает, если тот среди берез пробьется. Второе согласилось. Села в одной области. Почему такие разные – неизвестно. Может, в одном гуманисты сильнее лютовали. Но во втором сказали «да» – и сделали. Тихое, ухоженное русское кладбище, где покоятся теперь фрицы и гансы, нашедшие тут бесславный конец.

Немец наш едва не всплакнул. И изъявил желание туда заехать. «Кладбище очень хорошее, – поддержала его экскурсовод. – Вам понравится. Только... Как бы это сказать...»

Короче, там, среди образцово-показательных немецких могил, теперь их районные фашисты собираются. Их, конечно, горстка. И, скорее всего, дураки они молодые, а не фашисты. Хотя я не проверял, а у нас всякие встречаются, есть реально злые и повернутые.

Милиция, извиняюсь, полиция, их гоняет, они собираются на кладбище по ночам, костры жгут, поют чего-то и зиги кидают. Культовое место. «Вот такие неожиданные последствия имели наша доброта и великодушие», – завершила доклад экскурсовод. 

Что интересно: перед тем, как услышать мрачную кладбищенскую историю, немец аккуратно так просвещал нас насчет точки зрения Ангелы Меркель на текущее поведение Владимира Путина и русских в целом. Он немножечко так, и даже дружески, хотел поучить Россию хорошим манерам.

Самую малость доказать, что цивилизованная Европа не может оставить без последствий такие наши выходки, как присоединение Крыма или поддержка кровавого тирана Асада.

Мне показалось, но намекал он вот на что. Скажем, взять немецкий народ, совершивший под руководством Адольфа Гитлера чудовищную ошибку. Покаялся, признал ее, привычно привел кладбища в порядок – да и живет себе тихонько. В дружной семье евронародов. Баварское попивает.

Вот и вы – поумерили бы пыл, а? А то у самих ВВП всего два процента от мирового, а ведете себя как первостатейная держава, кочевряжитесь, сопротивляетесь: покайся, Иваныч, тебе скидка выйдет.

Однако же, услышав парадоксальное заявление экскурсовода про последствия русского покаяния и великодушия в одном конкретно взятом селе, культурный немец аж побелел и ехать на военное кладбище передумал.

Мы потом с ним в поезде производства немецкого концерна «Сименс» обратно летели, так с него и тогда не сошло. Смотрел в окно «Ласточки», где тянулись бесконечные лесистые равнины с редкими маковками церквей да пакгаузы – и молчал.

Или меня переспрашивал, а верно ли он понял эту странную историю? Мне реально его жалко стало: хороший такой немец, очень внятное кино снял про Украину (а мы с ним принимали участие в фестивале политического документального кино «Евразия.doc», состоявшемся на гостеприимной смоленской земле).

В отличие от множества циничных западных политиканов, которые профессионально грызут Россию, стремясь не допустить ее возвращения в привычное имперско-советское состояние (угроза сколь страшная, столь и неисполнимая), наш документалист относится к типу добропорядочных и искренних людей. Такие насчет нас заблуждаются абсолютно искренне. По себе судят.

Не так давно я познакомился с таким же поляком, который, выступая на международных чтениях, перечислил три недавние ошибки, которые совершены Западом.

Первая: поддержка госпереворота на Украине. Вторая: жесткое требование России сдать Асада. Третья: «восточное партнерство», которое подавалось как «не угрожающее России».

«Теперь стало ясно, что это ошибки», – признал поляк. А я быстро записался в выступающие, поскольку возмущению моему не было предела: что значит «теперь стало ясно»?

Поляки сносят памятники советским воинам – это ошибка? Турки сбили наш самолет – по ошибке? Англичанские фанаты топтали российский флаг – по ошибке?

Когда Гэри Линекер начнет признавать (а он начнет, слово российского фаната), что назвал русских животными «по ошибке» и не это имел в виду, я пошлю его к эрдогановой матери – никогда, никогда я не признаю ошибкой того, за что лег со славой бессмертный полк.

Вот так это все причудливо у меня в голове, на которой очки, срастается. А был бы без очков – так был бы в Лилле. И доброту свою фирменную и легендарное великодушие дома бы оставил, а то еще наставники, евроучителя жизни своим стадом затопчут нежное.

И тот факт, что за могилами наших героев в большинстве стран с благодарностью (или хотя бы с пониманием, сколь непроста совместная наша история) ухаживают – правильно. И мы будем: сцепим зубы – и будем. И мост в Крым построим, и «Рубеж» чудотворный запустим, и на «Евровидении» мультикультурно победим.

А с фашистами своими сами разберемся: с вашими-то разобрались.