Мне тут в очередной раз попался на глаза один из «рейтингов коррупции», в котором Россия, как обычно, занимает одну из нижних строчек вместе с Нигерией и еще какими-то нафигляндиями. А страны Запада, конечно, в первых рядах тех, у кого коррупции нет как нет, изжили проклятое прошлое.
Бороться с коррупцией так, как это обычно представляет себе обыватель, – взяточников расстреливать на месте! – бесполезно и глупо
Про то, чего стоят эти рейтинги, сказано много. Вовсе это не результат сведения объективных данных, а результат опросов экспертов на тему: правда же, что у вас там коррупция ужасно громадная, а у нас тут гораздо меньше и приятнее. Конечно, правда, отвечают эксперты и совсем не врут – они ведь говорят о своих ощущениях, а ощущения российских экспертов не меняются уже много столетий. Как описать дела в России одним словом? «Воруют» – исчерпывающий ответ дан задолго до нас и всех устраивает: и нас самих, и западных партнеров.
Смирение паче гордости. На чем основан ужасный коррупционный рейтинг России? На том, что русские сами о себе говорят как об ужасных коррупционерах и сами верят, что где-то там все по-другому и гораздо лучше. Настолько верят, что даже не удивляются, как выживают в ужасной взяткоемкой России западные компании.
А это, между прочим, интересная штука, много говорящая, простите мою несовершенную латынь, о менталитете.
Вот вам итог многолетних наблюдений: вообще-то, наши и западные равным образом умеют давать взятки. Но платят, как правило, за разное. Когда наши начинают давать взятки, как западные, они становятся в глазах других наших беспредельщиками, отморозками и просто бандитами.
Наши теоретически знают, что взятки давать нехорошо. И не надо бы. И опасно. Но преступниками, давая взятки, себя не считают. Потому что платят не за разрушение системы, а за то, чтобы она работала лучше. Смазывают системе шестеренки.
С точки зрения нашего человека, чиновнику на лапу даешь, чтобы он сделал то, что и без того должен сделать, да и сделает в конце концов, просто процесс можно и нужно ускорить и сделать более комфортным.
В самом общем виде наши платят, чтобы в очередях не стоять. Нет, не только за это, но в основе – именно за это.
Западный человек дает взятку за то, чего чиновник без взятки не сделал бы. Платит за разрушение системы, за нарушение писаных и неписаных установлений. За обман, за преступление.
Наш платит за то, чтобы чиновник лучше работал. По крайней мере сам взяткодатель в этом уверен. Конечно, далеко не всегда справедливо.
Западный платит за то, чтобы чиновник работал хуже, делал не то, что должен, а прямо противоположное.
Означает ли это, что наша взятка в чем-то лучше или в чем-то хуже западной? Скорее дело в другом. Коррупция здесь не следствие развращенности чиновников или бизнеса, или всего народа. А просто следствие несовершенства институтов.
Бороться с коррупцией так, как это обычно представляет себе обыватель, – взяточников расстреливать на месте! – бесполезно и глупо. А вот совершенствовать институты вполне возможно. Как с техосмотром автомобилей. Я не могу себе представить нормального занятого человека, который упорно пытался бы пройти техосмотр без взятки. А если вообще отменить государственный техосмотр? Вот в этом году посмотрим, как это выглядит, когда его проводят на усмотрение страховых компаний. Не факт, что взятки исчезнут, возможно, просто сменят адресата. Но если так, значит, надо будет не страховщиков поголовно сажать, а систему страхования совершенствовать.
А вот чего точно не надо делать, так это ужасаться взятым с потолка цифрам: 300 миллиардов долларов на коррупционном рынке, 147-е место в рейтинге... Это не про реальное положение дел, это не про институты. Это про международную политику.