Читалась бы такая книга на одном дыхании. Ведь каких только причин не приводят! Недавно, например, выяснилось, что в основе поклонения Вечному огню лежит вовсе не уважение к памяти тех, кто пал смертью храбрых, а культ геенны огненной. Это заявил не какой-нибудь неадекват (впрочем, кто в наше непростое время может с уверенностью назвать себя человеком адекватным?), а ответственный редактор «Журнала Московской патриархии» Сергей Чапнин.
Мы привыкли говорить об авторитаризме применительно к государственному строю, но не замечаем, что наше собственное сознание очень авторитарно
Разумеется, если бы спор шел по существу, ответить на это было бы несложно. Едва ли не всякая оригинальная система в мировой культуре переосмысливает и переиначивает ту базу, на которой произрастает. Растение не похоже на свои корни. Христианство буквально нашпиговано языческими символами, но не становится от этого язычеством. Значение символа определяется его использованием, а не происхождением. Говорить, будто старушка, принесшая цветы к Вечному огню, совершает некий масонский ритуал – это такое же лукавство, как уверять, что свастика на рукаве неонациста – всего лишь «солярный знак». Кстати, православное духовенство прекрасно понимает глубокое отличие связанных с Вечным огнем смыслов от «образа ада» – недаром сам Чапнин с нескрываемым сожалением признает, что «представители Церкви, включая иерархов, продолжают участвовать в этом странном для сегодняшнего дня ритуале». Скорее всего, и Чапнин все прекрасно понимает. Так нужен ли ему такой ответ по существу? Думаю, нет.
Ведь проблема для него заключена не в Вечном огне. Это лишь повод. А истинная причина в том, что за победой, по словам Чапнина, «мы не видим других событий российской истории 20-го века, русской, советской истории». То есть победы у нас, по его мнению, слишком много. Больше, чем нужно. Вот об этом он и сожалеет.
Впрочем, не он один. Комментируя реакцию Чапнина на День Победы, член Общественной палаты Максим Шевченко нашел ее небессмысленной. Он предположил, что представителям Церкви не нравятся превращение 9 мая в «национальное шоу» и сопровождающая праздник «истерия». По словам Шевченко, надписи «спасибо деду за победу» на машинах не имеют никакого отношения к тем людям, «которые бились в развалинах Сталинграда». Это абсолютно верно, как верно и то, что участники июльских гуляний во Франции не имеют отношения к людям, разрушившим Бастилию, а масштабные рекламные акции универмага Macy's на День благодарения слишком далеко ушли от нехитрых развлечений первых колонистов Новой Англии. При этом сложно представить, чтобы французы или американцы год за годом изводили себя вопросом: «чему радуетесь, идиоты?». Празднуют, как умеют, отчего же нам нельзя?
Я привожу эти аргументы и уже вижу, что они не помогут. А если помогут в каком-то одном случае, то сразу же появятся новые аргументы. Нам нельзя праздновать, потому что:
1) Сталин сам спровоцировал войну;
2) победители живут хуже побежденных;
3) патриотизм – последнее прибежище негодяя;
4) не захоронен последний солдат;
5) победа была Пирровой;
6) СССР украл у Восточной Европы несколько десятилетий свободы;
7) не у всех ветеранов есть квартиры...
и т.д. и т.п. – вплоть до поклонения подземному огню.
Одним словом – праздновать нельзя потому, что нельзя.
Такую ситуацию хорошо описал Довлатов: «В разговоре с женщиной есть один болезненный момент. Ты приводишь факты, доводы, аргументы. Ты взываешь к логике и здравому смыслу. И неожиданно обнаруживаешь, что ей противен сам звук твоего голоса...». Никуда не денешься: приходится констатировать, что в последнее время сложилась какая-то «победофобия» – стремление любой ценой оспорить победу. Не мытьем так катаньем. Не будет вам праздника – и все тут.
Мы привыкли говорить об авторитаризме применительно к государственному строю, но не замечаем, что наше собственное сознание очень авторитарно. Нам сложно смириться с праздником на чужой улице. А улица для многих уже чужая, и на ней как раз праздник. И та самая молодежь, которая не видит ничего страшного в появлении «тигра» вместо «тридцать четверки» на плакате к 9 мая, поздравляет на улице оставшихся стариков, чего мы в свое время не делали. У молодежи появилась «георгиевская ленточка» – может быть, и небезупречный с исторической точки зрения, но первый за многие десятилетия общенациональный символ. И сколько ни перечисляй причин, чтобы не праздновать День Победы, одно ясно – этот день уже достался будущим поколениям.
Мне сложно судить, почему кому-то сложно радоваться вместе со всеми в этот день. Пусть каждый сам решает, что ему любить и ненавидеть. Но одно можно сказать точно: если тебе тяжело сидеть на чужом празднике, лучше просто отойти в сторону и не мешать.