Год назад, когда кризис только начинался, в стане либеральной и прилибераленной оппозиции царили, что называется, восторженные настроения. Мол, вот оно. Началось! Не было недостатка в прогнозах, как кризис выгонит людей на улицы, где их уже будут ждать пламенные трибуны, готовые немедленно организовать «майдан» и штурм Кремля. Или как напуганная власть в безумном страхе решится на демократизаторские реформы, чем фактически самоликвидирует себя.
Помогая разнести еще одну страну, человек ничего не выиграет, только проиграет
Безусловно, кризис еще не закончился. Однако очевидно, что расчеты оппозиционеров, мягко говоря, не оправдываются и уже не оправдаются. Возбуждение сменилось унынием, причем никто не строит планов даже по поводу «второй волны кризиса». Кто-то тихо скучает, кто-то огрызается в блогах, кто-то сублимирует, имитируя готовность поучаствовать в выборах в ту же Мосгордуму (при всем уважении к последней, даже настоящая борьба за места в ней и борьба за власть – вещи очень разные).
Оппозицию все «подвели». Власть, народ и Запад.
Люди еще не забыли, как 20 лет назад их назад раскачивали и в итоге раскачали на протест (фото: ИТАР-ТАСС) |
Во-вторых, власть не позволила раскачать и развести себя на те самые демократизаторские реформы, прекрасно отдавая себе отчет, что грипп нельзя лечить купаниями в проруби. Никаких «пактов Монклоа», никаких «XIX партконференций», никаких «внеочередных свободных выборов» и прочих глупостей.
Что до народа, то он в массе совершенно не реагирует ни на какие демократические призывы и лозунги. И дело тут не только и не столько в том, что «все заняты выживанием». Люди еще не забыли, как 20 лет назад их назад раскачивали и в итоге раскачали на протест, как они читали «Огонек», бегали на митинги, бастовали, требовали перемен и чем потом все кончилось. Они не хотят возвращаться ни в 1989 год, ни тем более в 1992-ой. Пусть далеко не каждый «человек с улицы» способен сформулировать такую позицию четко и однозначно (даже в собственной голове), но он руководствуется и будет руководствоваться именно ею. Лучше потерпеть и подождать, чем распускать язык и руки. Помогая разнести еще одну страну, он ничего не выиграет, только проиграет.
Одна оговорка. Про молодежь, которая, разумеется, почти ничего не помнит, поскольку помнить ей почти нечего. Точнее про ту часть молодежи, которая, почти ничего не помня, способна на политическое действие, вообще на какое-либо содержательное действие. Она сейчас предельно прагматична, если не сказать грубее. На голые лозунги ее нипочем не купишь. Надо не просто что-то предложить, пообещать, но и выдать здесь же, сейчас. Это такое «эхо 1990-х». Есть, конечно, определенное количество романтиков и хулиганов, готовых поработать в массовке за идею. Но социологически (а значит и политически) это ничто. А вот чтобы приобрести нечто, нужны деньги. И довольно приличные.
И тут мы подошли к проблеме Запада. Получить сколь-либо серьезные деньги оппозиция могла только оттуда. Не получит. Потому что на Западе тоже кризис. Потому, что дестабилизировать ядерно-энергетическую державу, особенно сейчас, себе дороже. Потому что есть множество других более актуальных и более адекватных задач. И потому, что за все эти годы оппозиция не убедила западных инвесторов в своей состоятельности. Компания экзальтированных шутов и проституток – плохая компания.
Впереди осень, новый политический сезон. Возможно, даже пресловутая «вторая волна». Но оппозиции ловить нечего.