За этим же занятием замечены и ведущие церемонии, назначенной на 8 июня, – актриса Ксения Раппопорт и музыкальный критик Артемий Троицкий*.
А также изрядное число газетно-журнальных обозревателей, предающихся положенной им по статусу публичной медитации.
Помедитируем немного и мы.
Анализ каждого шорт-листа премии, сильного или не очень, я, как соучредитель «Нацбеста», ответственный секретарь оргкомитета и не в последнюю очередь литературный критик, начинаю с рассмотрения альтернативных возможностей.
Составляю при этом два списка: 1) произведений, не добравших одного-двух баллов по итогам голосования Большого жюри; 2) произведений, означенной институцией попросту проигнорированных.
Аннушка уже пролила масло, но Борис Натанович Стругацкий еще не обработал документы с достаточной окончательностью
Разброс мнений на сей раз был как никогда широк, а «проходной балл», соответственно, как никогда низок: всего пять зачетных очков. Одно первое место плюс два вторых – и ты уже в дамках!
По четыре очка набрали Дмитрий Быков* (роман «Список») и Анна Старобинец (сборник «Резкое похолодание»).
По три – Анатолий Бузулуцкий (сборник «Антипитерская проза»), Майя Кучерская (роман «Бог дождя»), москвичка Марина Москвина («Роман с Луной»), петербурженка Татьяна Москвина (роман «Она что-то знала»), Владимир «Адольфыч» Нестеренко (сборник «Огненное погребение»), пианистка Полина Осетинская (мемуары «Прощай, грусть»), музыкант и прозаик Алексей Рыбин (роман «Черные яйца»), Илья Стогофф (журналистское расследование «Миллиардеры»).
По два – действующий букеровский лауреат Александр Иличевский (сборник «Пение известняка») и не столь известный Всеволод Бенигсен (роман «ГенАцид»).
(Иличевского мой Word норовит написать через два «л», но он и «Букер» пишет через два «к». Держу ухо востро!)
Проигнорировало Большое жюри представленных двумя романами каждый Дмитрия Глуховского и Андрея Рубанова, а также Бориса Евсеева, Сергея Жадана, Андрея Куркова, Эдуарда Лимонова, Сергея Минаева, Валерия Попова, Александра Проханова и – что, на мой взгляд, особенно поразительно – Марину Палей.
В целом дам судили менее строго, но очков они набрали в итоге меньше. Кому нравится поп, кому попадья, кому поповна. В том смысле, что попадья с поповной конкурируют, а у попа достойных соперников вроде бы не имеется.
Во всяком случае, Кучерская, Старобинец, Палей и Татьяна Москвина (любая из них) шорт-лист, бесспорно, украсили бы. Роман Марины Москвиной все же чересчур простодушен.
Из «попов» в шорт-листе (если судить не по именам, а по текстам) не хватает прежде всего «Адольфыча». Ну и Глуховского с Рубановым – с ними, похоже, дурную шутку сыграла двойная номинация, которой не позволял себе (по меньшей мере в «Нацбесте») даже Дмитрий Быков.
Шестерка финалистов, напомню, такова: Захар Прилепин, роман в рассказах «Грех» (9 баллов); Анна Козлова, повесть «Люди с чистой совестью»; Лев Данилкин, биографическое повествование «Человек с яйцом», Андрей Тургенев (Вячеслав Курицын), роман «Спать и верить» (по 7 баллов); Юрий Бригадир, автобиографическая проза «Мезенцефалон» (6 баллов); Александр Секацкий, стилизация «Два ларца» (5 баллов).
Подчеркну, что все эти баллы сейчас отбрасываются и Малое жюри голосует с чистого листа. Практика премии показывает, что лидеры предварительного этапа побеждают и на заключительном в среднем через раз.
Неприятным сюрпризом стало в этом году выраженно местническое голосование (в той его части, которая относится к финалистам). Лишь трое из шести (Прилепин, Данилкин и Бригадир) получили творческое признание в обеих столицах. За Анну Козлову не подано ни одного петербургского голоса, за Секацкого и Тургенева – ни одного московского.
Распределяя места в жюри между москвичами и петербуржцами примерно поровну (в нынешнем году к ним добавились житель Новосибирска и нижегородец), мы исходим из убеждения, что голосовать они будут по принципу «Платон мне друг, но истина дороже».
Или, вернее, отдай истине три очка, а другу, если уж иначе никак, – одно.
И кстати, когда дело доходит до дележа полупроходных мест, мы применяем два дополнительных критерия: 1) три вторых места в сумме весят больше, чем одно первое (хотя арифметически они равны); 2) произведение, за которое проголосовали в обеих столицах, при прочих равных выигрывает у того, за которое проголосовали лишь в одной.
Так или иначе, шестерка сформирована.
Критики (и даже члены обоих жюри) активно со мной пикируются. Их право. Особенно если цитировать меня точно и понимать по возможности правильно.
(Попался мне недавно на DVD фильм «Искупление» – с русскими субтитрами, русским же закадровым переводом и оригинальной английской звуковой дорожкой. «Прошло два года», – говорят по-английски. «Два года назад», – говорят по-русски. «Время идет», – значится в субтитрах. И так весь фильм…
Вот и говори после этого по-английски!)
Творческие итоги премиального цикла подводить рановато. Отмечу, однако же, что фантастика (в широком, а не во внутрицеховом понимании этого слова; а уж во внутрицеховом и подавно), составившая треть лонг-листа, чему я и посвятил отдельную статью, не оправдав повышенных ожиданий, пробилась в финал одним-единственным романом «Спать и верить».
Неприятным сюрпризом стало в этом году выраженно местническое голосование (фото: zhurnal.lib.ru) |
Критический реализм, гиперреализм и (сказали бы лет полтораста назад) натурализм решительно возобладали над реализмом магическим.
Роман Тургенева (Курицына) видится мне, впрочем, одним из трех фаворитов шорт-листа; Глуховский вправе утешиться тиражами; Старобинец – популярностью в узком кругу; Оксана Бутузова (роман «Дом») – оценками критики; Бенигсен – перспективами издания обратившей на себя внимание рукописи.
Ну а у цеховиков от фантастики (чрезвычайно – до оскорблений и угроз – обидевшихся на меня за упомянутую статью) и своих премий полно. Вот, кстати, регламент одной из них (и вроде бы самой престижной):
«АБС-премия учреждена санкт-петербургским Центром современной литературы и книги при содействии литературной общественности города. Премия вручается раз в год 21 июня, то есть в день, равноотстоящий от дат рождения каждого из братьев Стругацких.
Первое вручение премии состоялось на базе Центра современной литературы и книги в 1999 году. Премия вручается по двум номинациям: за лучшее художественное произведение (роман, повесть, рассказ), за лучшее критико-публицистическое произведение о фантастике или на фантастическую тему (статья, рецензия, эссе, книга).
АБС-премия учреждена в целях стимулирования творческой и издательской активности в сфере серьезной фантастики, продолжающей в нынешних качественно новых условиях лучшие традиции так называемой золотой поры НФ. АБС-премия предлагает качественно новый механизм отбора и оценки написанных фантастических произведений, синтетически сочетающий в себе лучшие черты аналогичных механизмов, разработанных прежде.
Символ премии – семигранная гайка (СГ). Это символ любого артефакта вообще. СГ не может быть продуктом Природы (Природа не производит таких продуктов), СГ не может быть даже продуктом технологического прогресса (ибо с точки зрения технологии СГ – нонсенс). СГ есть обязательно продукт воображения, и в этом смысле это, если угодно, символ самого искусства.
Техника присуждения премии:
состав жюри ежегодно определяется Б.H. Стругацким. Рекомендации по составу принимаются и рассматриваются им до конца каждого года. Примечание. Сам Б.H. Стругацкий членом жюри не является.
Состав номинационной комиссии определяется Б.H. Стругацким по рекомендациям членов жюри. Все члены жюри автоматически входят в состав номинационной комиссии. Б.Н. Стругацкий единолично определяет участников финала по обеим номинациям. Число финалистов (призеров) зависит только от «урожайности» года, но не может быть меньше трех по каждой номинации. Все участники финала награждаются почетным памятным дипломом – Диплом финалиста АБС-премии ... года.
Номинационная комиссия регулярно подает на рассмотрение Б.Н. Стругацкому сведения о лучших произведениях текущего календарного года (в интервале 1 января – 31 декабря); в течение января – марта года премии (но не позднее 30 марта) Б.H. Стругацкий отбирает N произведений по каждой номинации и передает их на рассмотрение жюри; в течение апреля – мая жюри по скейтинг-системе оценивает предложенные произведения. Заполненные бюллетени голосования члены жюри пересылают Б.H. Стругацкому, который производит окончательную обработку результатов для определения лауреата премии по каждой из номинаций».
Это вам, знаете ли, не «Нацбест»! Это даже не «Букер»! Это – правы учредители премии – артефакт! Семигранной гайкой по лбу!
«Качественно новый механизм отбора и оценки написанных фантастических произведений, синтетически сочетающий в себе лучшие черты аналогичных механизмов, разработанных прежде» не является неприличным проявлением группового подобострастия и бесстыдной стимуляцией такового, «окончательная обработка результатов для определения лауреата премии» не является эвфемизмом жульничества и/или самодурства, «заполненные бюллетени голосования» не являются филькиными грамотами…
Кстати, троекратный лауреат АБС-премии в представленном на соискание как «Нацбеста», так и «Большой книги» романе «Список» спутал филькину грамоту с китайской. То есть назвал китайскую филькиной. Но четырежды лауреатом он в этом году не станет.
А кто станет?
Могу только догадываться.
Аннушка уже пролила масло, но Борис Натанович Стругацкий еще не обработал документы с достаточной окончательностью.
Победитель «Нацбеста» определится на две недели раньше.
* Признан(а) в РФ иностранным агентом