В рамках проекта «Клуб читателей» газета ВЗГЛЯД представляет текст Александра Аловрова о целях, которые преследовал СССР, развивая инфраструктуру бывших советских республик.

Одной из основных причин быстрой индустриализации национальных окраин был классовый вопрос

Опережающее развитие промышленности национальных окраин СССР в последнее время подверглось мифологизации. И в симпатичных клипах, и в статьях уважаемых авторов развитие промышленности и инфраструктуры бывших советских республик преподносится как некое сакральное действо, вызванное стремлением к вселенской справедливости и построению общества всеобщего счастья. Возможно, это и так, но были и другие причины, более приземленные.

Если оставить в стороне чисто хозяйственную мотивацию, по которой перерабатывать урановую руду проще в Майли-Сае, чем в Вологде – есть еще одна мотивация, которая возникла сразу после прихода к власти большевиков.

Иосиф Сталин 17 апреля 1923 года в докладе XXII съезду РКП(б) сказал:

Необходимо, чтобы, кроме школ и языка, российский пролетариат принял все меры к тому, чтобы на окраинах, в отставших в культурном отношении республиках – а отстали они не по своей вине, а потому, что их рассматривали раньше как источники сырья, – необходимо добиться того, чтобы в этих республиках были устроены очаги промышленности.

Некоторые попытки в этом направлении сделаны. Грузия взяла одну фабрику из Москвы, и она, должно быть, в скором времени заработает. Бухара взяла одну фабрику, а могла взять четыре фабрики.

Туркестан берет одну большую фабрику, и, таким образом, есть все данные, что эти республики, в хозяйственном отношении отставшие и не имеющие пролетариата, должны с помощью русского пролетариата основать у себя очаги промышленности, хотя бы маленькие, с тем, чтобы в этих очагах были группы пролетариев местных, могущих послужить передаточным мостиком от русских пролетариев и крестьян к трудящимся массам этих республик.

Большевики точно понимали, что опираться на местных басмачей, рагулей и прочих бабаев новой власти крайне затруднительно. Поэтому одной из основных причин быстрой индустриализации национальных окраин был классовый вопрос – большевики создавали себе социальную базу, на которую могли бы опираться.

И каково бы ни было отношение к такой мотивации для развития национальных окраин, по факту оно несло благо для народов, их населяющих. Это в полной мере касается и бывшей УССР, в которой появились современные промышленные комбинаты и целые кластеры – от Южмаша до «Антонова».

Но СССР рухнул, и подходы в части развития территории бывшей УССР радикально поменялись. Один из самых ярких и влиятельных русофобов Збигнев Бжезинский четко определил специализацию Украины как «источника еды» для ЕС, России и даже Китая, а любая промышленность, особенно имеющая интеграционные связи с Россией, должна быть просто уничтожена, чем нынешние марионеточные киевские власти крайне успешно занимаются. Это подход сродни установкам по Польше предыдущего объединителя Европы Гитлера, изложенным в октябре 1939 года:

Подходы к развитию территории бывшей УССР у большевиков и новых хозяев Украины сильно различаются, однако применяются они по одной причине – любой власти нужно сформировать социальную базу, на которую можно опираться. И если большевикам нужно было достаточно просвещенное и социально активное городское население, то нынешним хозяевам Украины нужно ограниченное и пассивное сельское население.

Можно по-разному относиться к текущему сценарию развития бывшей УССР, однако важно помнить, что каждый народ достоин своего правительства. И если большинство населения бывшей УССР благосклонно принимает планы по архаизации своей экономики, согласно быть «источником еды» и «дешевыми рабами», то так тому и быть. А те, кто не принимает – будут жить в другой стране.