В рамках проекта «Клуб читателей» газета ВЗГЛЯД представляет текст Киры Берестенко о главных символах революций на Украине.

Баба Параска хотела вернуть Европе Украину

Народную мудрость о том, что успешной представительницей древнейшей профессии можно стать в одночасье – для этого достаточно один раз не поздороваться с бабушками у подъезда – я постигла рано, будучи еще двенадцатилетней акселераткой, когда мы переехали на новую квартиру.

Однако просвещенный XXI век дарит нам еще более чудные открытия.

1

Ровно десять лет назад «Свобода» Делакруа, преобразившись в соответствии с сюжетом «Портрета Дориана Грея» Уайльда, сошла с полотна прямо к нам на Майдан в лице «помаранчевого чуда» – бабы Параски.

Прасковья Васильевна Королюк родилась в 1939 году в Польше, точнее, на Тернопольщине, которая по пакту Молотова – Риббентропа сначала стала частью СССР, а затем по «пакту» Ельцина – Кравчука – территорией Украины.

Баба Параска хотела вернуть Европе Украину.

Имея на руках единственный гаджет – мегафон – и виртуозно владея матом, эта нехрупкая женщина стала символом «оранжевой революции», решительно посылая миру своим зычным голосом сигналы свободы и демократии, понятные каждому цивилизованному человеку в любой точке земного шара.

Она грозилась лично поубивать всех врагов только народившейся украинской демократии, а когда слов не хватало, переходила к делу, используя свой мегафон с логотипом БЮТ как особо веский аргумент в полемике с политическими оппонентами.

За свою активную жизненную позицию и соучастие в «оранжевой революции» П. В. Королюк награждена почетным знаком «Гвардия революции» и орденом Княгини Ольги III степени.

Правда, после ссоры В. Ющенко с ее любимицей Ю. Тимошенко, серьезно пострадав в неравном бою с президентской охраной, баба Параска преждевременно скончалась аккурат в годовщину «оранжевой революции» в 2010 году.

Но, судя по событиям 2014 года, дело ее живет и побеждает: образная речь Королюк взята на вооружение отечественной дипломатией, а ее политическую волю, как следует из спича премьера Канады Гарпера на саммите G20, внедряют лидеры ведущих западных стран.

2

Видимо, не зря тогда еще кандидат в президенты Украины Виктор Янукович, выступая 1 февраля 2010 г. во Львове перед избирателями, назвал присутствующих в зале «лучшими геноцидами страны». Помощники лидера Партии регионов поправили: «Не геноциды, а генофонд». «Да, и генофонд тоже», – не растерялся Янукович.

Но разница в окончаниях слов – не препятствие на пути в Европу.

Настоящее препятствие – буквы, которыми они написаны.

День украинской письменности и украинского языка 10 ноября был ознаменован настоящим открытием львовских ученых: «Кириллица разъединяет нас с Европой и приближает к России». В качестве аргументации того, что переход на латиницу подчеркнет близость Украины к Европе, приводится тот факт, что страны с латинским алфавитом живут лучше стран с кириллицей.

Цитату одного из адептов латиницы лучше привести без купюр: «Английский – это язык Голливуда, шоу-бизнеса и рэпа, делового общения и Пятой авеню, это язык, на котором был создан интернет, можно сказать, что это язык денег. Беспредметные споры местечковых политиков о проблемах языка ради будущего поколения нужно прекратить, они не нужны с точки зрения эволюции».

Аналогично можно сказать и о тех, кто находится в конце пищевой цепочки. Но когда они закончатся, «эволюционерам» придется жрать друг друга, поскольку от соблюдения правил транслитерации и перехода на латиницу еда в пустых тарелках не появится.

Впрочем, поскольку буква Ж, на одноименную точку которой я упорно ищу здесь себе приключения, не имеет аналога в латинице и выражается комбинацией Zh, шансы у моего Кая выложить из кубиков слово «счастье» (schastye) несколько увеличиваются, поскольку аж целых два кубика теперь совпадают благодаря заимствованной букве Н (или по-нашему Х), с которой их happiness и начинается.

3

Национальное самосознание людей отражается в их языке. У меня был знакомый – настоящий «казак», которого я про себя называла «ржунимагу» (следуя терминологии Э. Щукиной, это звукосочетание выражало высочайшую степень его удовольствия). Почему-то мне неинтересно, как это будет выглядеть в латинице.

Как неинтересно, из каких «букфф» были составлены названия блюд в одесском суши-кафе: «Жареные титушки» и «Сепаратист с жареным лососем».

И если нам говорят, что латиница – это цивилизационный выбор украинского народа, то «философия» этого выбора выражена Ю. Романенко: «Самая сладкая месть – когда ты наживаешься на беде своего врага. Если Украина станет богаче за счет Донбасса, а Россия – беднее, потому что ввязалась в эту авантюру и будет вынуждена кормить этих несчастных людей, то тем лучше.

Поскольку мы добиваемся сразу двух целей. Идеальный вариант для Украины – мирная процветающая Лугандония, где все сидят по копанкам, пенсионеры регулярно получают подачки от России, олигархи зарегистрировали свой бизнес на Украине и отстегивают налоги».

Судя по пафосному слогу, это мыслеизвержение записано в тиши и благости уютного офиса вдали от степей не только «Лугандонии», но, возможно, и Украины.

Правда, рассчитывать на «эвропейских» читателей этого «текста», даже в переводе на «аглицкий», автору не стоит. И тем более – в транслитерации на латиницу.

***

«Так кто же во всем этом виноват?» – спросит нетерпеливый читатель. «Путин, конечно», – ответила бы я. Но, открыв еще недочитанную новую книгу Виктора Пелевина «Любовь к трем цукербринам», поняла, что против нас сговорились даже русские литераторы:

«Нет ничего трогательнее предположения пожилых литературоведов, что кто‑то из наших современников однажды напишет про этих бедняг «Бесы‑2». Тут нужно совсем другое название. Например, «Veliky Hamster» (непременно по‑английски, чтобы подчеркнуть сдвиг, произошедший в нашей культурной парадигме со времен «Бесов‑1» и Великого Хама)».