Совместное антироссийское (по форме и по сути) заявление Марин Ле Пен и ее фаворита, председателя партии «Национальное объединение» Жордана Барделла наделало в России шума, потому что вступило в диссонанс с ожиданиями. Мол, что это с ней?
Взять, к примеру, ФРГ, где близкая к Ле Пен по идеологии партия «Альтернатива для Германии» (АдГ) находится на волне успеха и призывает возродить экономические отношения с Россией для спасения немецкого уровня жизни. А француженка ведет себя почти так же, как ее ведущая антагонистка в ЕС Урсула фон дер Ляйен, хотя цены на бензин и дизель во Франции бьют рекорды.
«В последние недели участились и усугубились акты враждебности, совершаемые в Европе агентами, действующими от имени России», – пишет в открытом письма та, кого тоже называли «агентом России в Европе».
Еще Ле Пен называли (и до сих пор называют) ведущим евроскептиком, а теперь она «выражает самую решительную солидарность с союзными европейскими странами, которые стали мишенью враждебных действий или кампаний по дестабилизации».
В качестве примера таких «враждебных действий» назван так называемый инцидент в аэропорту Лейпцига, где дрон-самоделка врезался в военный транспортник Украины. Через неделю было заявлено, что БПЛА, оказывается, был боевой, но взрывчатка отчеканила от борта в кусты, где ее потом случайно нашли – а виновата во всем Россия и ее агенты.
Из этой истории торчали уши и кончик лысины канцлера Германии Фридриха Мерца. Ему нужно было срочно что-то придумать, чтобы предотвратить катастрофу своей партии и триумф АдГ на выборах в восточных землях. «Инцидент в Лейпциге» для этой цели подходил как будто идеально, поскольку АдГ (не вполне заслуженно) считают пророссийской партией.