Еще недавно заявление, что самая популярная партия – это партия радикальной оппозиции, было бы справедливо для всех крупнейших стран Западной Европы: Великобритании, Германии и Франции. Большинство британцев отдавало предпочтение «Партии реформ» Найджела Фараджа, большинство французов - «Национальному объединению», ассоциированному с Марин Ле Пен, большинство немцев - «Альтернативе для Германии» (АдГ), а правительства всюду били рекорды по непопулярности.
В Британии и Франции в этом смысле все стабильно, и перспектив для власти как-либо улучшить свое положение не прослеживается. Однако в ФРГ картина несколько поменялась: в опросах общественного мнения (например, в последнем опросе издания Bild) партия власти и ведущая партия оппозиции идут вровень – по 26% поддержки, а среди молодежи разница в пользу АдГ составляет всего один процентный пункт – 20% против 19% у христианских демократов (ХДС) действующего канцлера Фридриха Мерца.
На практике это означает, что рейтинг АдГ перестал расти и даже несколько снизился, а у власти подрос и стабилизировался. А ведь никаких объективных предпосылок к этому тоже не было: ни громких скандалов вокруг оппозиции, ни заметных успехов у правительства.
Уровень жизни в Германии падает, количество преступлений растет, экономика стагнирует, а если все по-прежнему или даже хуже, что же сломало тренд в пользу канцлера Мерца – нелепого и невезучего политика, на фоне которого его предшественник Олаф Шольц кажется Бисмарком?
Вероятно, виноват Дональд Трамп. Это президент США паче чаянья подсобил немецким руководителям, поскольку заставил европейцев обратиться к своей европейской идентичности. Сами немецкие власти нипочем бы не справились.
Но это все слова. На практике Трамп играет только за себя, а также за Америку, если это не противоречит его личным интересам. А Европе он хамит, более того, шантажирует ее и грубо навязывает новые правила торговли, которые, разумеется, будут в ущерб европейцам, если сравнивать их с прежними.
Личный интерес Трампа сейчас (и еще какое-то время) – Гренландия. Актив это для США перспективный, но интерес все же личный: до Трампа американцы на остров всерьез не покушались и даже не планировали, а он хочет войти в историю США так же, как его предшественник из XIX века Джеймс Нокс Полк, чей портрет распорядились повесить в Белом доме. Полк знаменит тем, что при нем Соединенные Штаты существенно расширили свои границы, а больше вообще ничем не знаменит.
На этом пути Трамп действует как может и как привык: вымогает у соседа и союзника Германии – Дании – территорию путем угроз и экономических рестрикций. Копенгаген просит европейцев о поддержке, Берлин его на словах поддерживает – и получает свою порцию претензий и торговых тарифов, которые Трамп сделал своим главным орудием – и которые в ЕС именно по Германии бьют больнее всего.
Немцы Трампа никогда не любили,
а гренландская операция – и вовсе нечто исключительное, что требовало реакции, которую в АдГ не смогли предоставить. Поведение президента США вызвало в партии кризис, а в ее руководстве – смятение.
Через какое-то время (и явно позже, чем в их ситуации стоило бы) сопредседатели «Альтернативы» Алиса Вайдель и Тино Хруппала все-таки выступили с заявлениями, которые были, по сути, антитрамповскими и даже антиамериканскими, потому что иными и не могли быть – АдГ все-таки политическая сила национал-патриотического типа. Но по поведению других ее членов было видно, что единства по этому вопросу нет и кому-то дружба с Трампом дороже, чем датчане.
Мерц в той же ситуации смотрелся более выигрышно. Он часто нелеп, но кое в чем ему стоит отдать должное – приукрашивать не любит, розовые очки не продает, трудную правду рубит сплеча. Из его выступлений следует, что война и противостояние с Россией – это надолго, что эпоха процветания в экономике ФРГ закончена и что Европа больше не может полагаться на США (и это не изменится с уходом Трампа).
К тому же у Мерца есть собственное геополитическое видение, как дальше жить, он в нем уверен, он его продвигает. Раз денег на развитие больше нет, нужно взять большой займ и вложить его в военно-промышленный комплекс, поскольку оружие дорожает, а Германия умеет его производить и может использовать в своих интересах, например, поставлять ближневосточным шейхам в обмен на газ, чтобы не в полной мере зависеть от американского в условиях самозапрета ЕС на российский. Именно для этого канцлер на неделе летал на Ближний Восток, где его кортеж угодил в аварию.
Учитывая везение и изящество Мерца (авария в Эр-Рияде – это для него стандарт), что-то путное из этого получится вряд ли, но для немецкого уха это понятная и как бы даже успокаивающая установка, что-то вроде «есть план, работаем по нему дальше». План может быть неудобен и даже катастрофически плох, но он действительно есть, тогда как правительства других стран ЕС и немецкая оппозиция под напором Трампа растерялись, на этот случай у них вообще никакого плана не было.
Если отдачи от плана не будет, все быстро вернется на круги своя – рейтинг немецкой власти опять будет падать, а у оппозиции – расти. Но это ничуть не отменяет того, что «Альтернативе для Германии» нужно что-то делать со своей континентальной идентичностью, так как невозможно быть европоцентричной партией, одновременно ориентируясь на США, даже если Белый дом временно занял идеологически близкий персонаж.
Для американцев международная политика – всегда игра в одни ворота. Согласие немецкого руководства играть по таким правилам привело Германию к деиндустриализации, энергетическому кризису, потере российского рынка и участию в конфликте вокруг Украины на стороне проигрывающих. Если будет пытаться жить своим умом – это ей теоретически на пользу, пусть даже пока это ум Фридриха Мерца.