Премьер-министр Армении Никол Пашинян призвал к смене главы Армянской апостольской церкви (ААЦ). По словам политика, у Гарегина II есть ребенок, несмотря на то, что он дал обет безбрачия.
Премьер-министр указал, что согласно Кодексу Армянской апостольской церкви, Гарегин II не мог быть избран епископом, архиепископом или католикосом. Он заявил о необходимости избрания нового главы церкви, поведение которого будет тщательно проверено до выборов. Пашинян призвал «с любовью и по-христиански объединиться вокруг повестки освобождения Престола и избрания действительно священного духовного лица Католикосом всех армян».
На следующий день Пашинян заявил о создании координационной группы для переизбрания главы Армянской Апостольской церкви. Он также указал «критерии» участников координационной группы – прочитал Библию «хотя бы один раз», молится каждый день, держал Великий пост «хотя бы раз за 5 лет» и верит в Иисуса Христа. Премьер сказал, что лично отберет 10 участников. Заявки желающие могут направить на его почту.
Столь странный выбор заявок («на электронную почту») объясняется тем, что премьер-министр не может как-либо повлиять на позицию ААЦ и таким образом будет создана видимость «общенародной» поддержки и даже формирования некого «общественного движения за отставку католикоса Гарегина II».
Заявление Пашиняна и сенсационно, и уникально, и в то же время загадочно. Это первый в обозримой истории случай, когда глава правительства светского государства требует отставки религиозного лидера высшего ранга. Даже в Грузии, где у патриарха Илии были напряженные отношения с Саакашвили, до прямых выпадов в его адрес и тем более требований отставки дело не доходило.
Представить себе чисто техническую сторону этого процесса невозможно, поскольку таким образом не только нарушается принцип отделения церкви от государства, но и ставятся под сомнения сами основы ААЦ.
Дело в том, что Армения – одно из немногих государств Европы, где христианская церковь играет роль гораздо большую, нежели просто религиозная конфессия. Положение ААЦ в армянском обществе сравнимо с тем статусом, который имеют в жизни своих народов и государств Греческая церковь (она вообще не отделена от государства) или Сербская православная церковь. Это не только мощные религиозные структуры и моральные камертоны, но и политические силы, способные влиять на ситуацию в стране и обществе.
В этом смысле даже в какой-то мере справедливо то, что ранее Пашинян назвал Армянскую церковь «агентом влияния». Церковь в Армении действительно влияет.
Так сложилось исторически в силу трагичных судеб армян, греков и сербов. В судьбе этих народов именно христианство и церковь, как носитель национальной идеи, сыграли основную роль в самом выживании наций и их сохранении как самобытности. В этом плане ААЦ неотделима от армянского народа и его самосознания, что существенно влияет на расклад сил в стране. Хотя надо сказать, что Эчмиадзин (монастырь, центр ААЦ) никогда не злоупотреблял своей ролью в армянском обществе.
Затеянное Пашиняном радикальное переформатирование Армении и всего армянского народа (изменение Конституции, национальных символов, разрыв с Россией и отказ от исторического подхода во внешней политике) в самом разгаре. В то же время, несмотря на весьма негативное отношение к премьеру Пашиняну, в Армении нет какой-либо организованной силы, противостоящей его политическому курсу. Национал-консервативный Альянс «Честь имею!» бывшего премьера и президента Сержа Саргсяна взять на себя функцию основной силы оппозиции не смог.
В таком контексте именно ААЦ оставалась до последнего времени той самой силой, которая могла бы сплотить армянское общество на консервативных позициях. Хотя католикос Гарегин II никогда открыто не высказывался именно против Пашиняна, предпочитая уклончивые религиозные формулировки, как это и подобает главе церкви.
В ответ же Пашинян и его жена Анна Акопян заочно, обычно в социальных сетях, поливали ААЦ, католикоса и отдельных епископов в крайне грубых выражениях. Например, 29 мая во время заседания правительства Никол Пашинян заявил, что армянские церкви напоминают «чуланы, заваленные рухлядью». На следующий день он опубликовал резкий пост в соцсетях, в котором использовал грубую лексику в адрес иерархов ААЦ и обвинил одного из архиепископов в сексуальной распущенности. При этом премьер потребовал, чтобы все священнослужители, нарушившие обет безбрачия, были лишены духовного сана.
С аналогичными нападками выступила и супруга премьера Анна Акопян, которая назвала патриарха «главным мафиози», а критикующих превращение церквей в «чуланы» – «главными педофилами страны». Эти заявления вызвали резкую реакцию со стороны духовенства.
На фоне скандала премьер предложил изменить порядок избрания главы ААЦ, чтобы государство имело решающий голос на выборах, а кандидаты проходили проверку на этику. Это немыслимо в условиях отделения церкви от государства. Тем более представить себе превращение Армении в Скандинавию, где протестантские пасторы по факту государственные служащие и получают зарплату из бюджета, невозможно в силу исторических обстоятельств и местного менталитета.
В прошлом году оппозиция была готова выдвинуть в премьер-министры тавушского архиепископа Баграта Галстаняна. Связано это было с тем, что массовые протесты в стране тогда стихийно стали формироваться после начала процесса делимитации границы с Азербайджаном на проблемном северном участке – в Тавуше. Тогда именно епископ Гастанян возглавил движение «Тавуш во имя Родины», которое организовывало не только массовые протесты на границе, но и даже марш на Ереван, который, впрочем, закончился ничем.
Правительство Пашиняна развернуло беспрецедентную кампанию по дискредитации тавушского епископа. Возможно, именно тогда Пашинян дозрел до того, чтобы включить в «переформатирование Армении» также и принижение роли ААЦ, и низведение народообразующей церкви до уровня правительственного департамента.
В то же время обращает на себя внимание то, какую роль Пашинян стал уделять альтернативным религиозным конфессиям в Армении, в первую очередь Католической церкви армянского обряда и различного рода протестантским объединениям. Кроме того, выпад Пашиняна в адрес католикоса произошел ровно тогда, когда в Швейцарии проходила конференция «Религиозная свобода: сохранение армянского духовного, культурного и исторического наследия в Нагорном Карабахе». Она завершилась принятием итогового заявления, призывающего к скоординированным международным действиям по защите армянского религиозного и культурного наследия, прав народа и безопасности армянской нации.
Нюанс здесь в том, что конференция эта проходила совместно с Протестантской церковью Швейцарии в Берне, а сам Пашинян как раз делал ставку на поддержку протестантских церквей в Армении. Не сработало.
В тактическом плане Никол Пашинян ведет себя как классический шантажист. Никто никогда не видел какого-либо «ребенка» католикоса, несмотря на то что Пашинян и его жена уже несколько месяцев угрожают Гарегину II «разоблачением».
«Гарегин II нарушил им самим добровольно взятый на себя обет безбрачия и имеет ребенка. Это факт, и если Гарегин II попытается опровергнуть, я докажу это в необходимой форме. Соответственно, согласно Канону Армянской Апостольской церкви, Гарегин II не мог быть епископом, архиепископом, не мог быть избран и не может быть Католикосом: Ктрич Нерсисян (светское имя католикоса – ВЗГЛЯД) должен освободить Патриархат», – заявил он. Что это за «необходимая форма» доказательства? Свидетельские показания, анализ ДНК или фото от частного детектива? Это выглядит очень некрасиво.
В ответ Высший церковный совет ААЦ провел собрание в Эчмиадзине, по итогам которого охарактеризовал высказывания Пашиняна как «постыдную антицерковную кампанию», напомнив, что антицерковное поведение главы правительства, инициированные против национальных ценностей и Церкви процессы чреваты разрушительными последствиями.
Очевидно, что для Пашиняна сейчас борьба с католиком и вообще с ААЦ превратилась в еще один фронт борьбы за власть и в целом за затеянное им переформатирование Армении. Шантаж и угрозы, похоже, только начало скандала. Пашиняну теперь уже сложно будет сдать назад и сделать вид, что он и его жена ничего подобного в адрес Гарегина II и всей армянской церкви не говорили. А Эчмиадзин так просто не сдастся.
Гарегин II первый католикос всех армян мира со времен Нерсеса V (а это первая половина XIX века) – уроженец территории современной Армении. С того момента католикосами становились уроженцы внутренней России (Нахичевань-на-Дону возле Ростова), Тифлиса, Румынии и Сирии. В силу этого Гарегин II закономерно пользуется большой поддержкой в армянском обществе собственно Армении, а не только спюрка (диаспоры). И он не в таком уж преклонном возрасте (1951 года рождения), чтобы просто так поддаться на угрозы светской власти.
Пашинян создает прецедент не только вмешательства в дела церкви, но и попытки поставить церковь под контроль светского правительства, причем в стране, где церковь – больше чем просто религиозная конфессия. И это может иметь для Армении последствия, куда более серьезные, чем изменения Конституции и государственного герба.