Клубок отношений Франции и Алжира уже давно и основательно запутан. Начать можно с того, что Алжир долгие годы был колонией Франции, от власти которой освободился в результате долгой и кровопролитной войны. Дальше, впрочем, случилось то, что у людей бывает даже после самого неудачного развода. Выяснилось, что освободиться-то стороны друг от друга юридически могут, а вот жить друг без друга почему-то не получается.
Алжир не мог обеспечить своим гражданам уровень жизни Франции. Последней, в свою очередь, была нужна дешевая рабочая сила, а помимо этого – полигон для ядерных испытаний и еще много чего. Программу ядерных испытаний на своей территории Алжир быстро заставил свернуть, но алжирские власти получили прекрасный повод в ответ на любые упреки со стороны Франции предъявлять ей не только колонизаторское, но и ядерное прошлое, тем более что последствия испытаний аукаются до сих пор.
Со своей стороны Франция не упускала случай уколоть Алжир за недостаточную приверженность демократии и авторитарный стиль правления. Не внушала симпатии французским властям и дружественная политика Алжира по отношению к России. Однако до поры до времени бывшая метрополия и бывшая колония все же могли поддерживать отношения и даже сотрудничество в некоторых сферах.
Тем более что Алжир не возражал против отъезда своих граждан во Францию. Данную сферу отношений двух стран регулировали соглашения 1968 года, которые устанавливали для работы и проживания алжирцев упрощенный режим.
Время от времени Франция угрожала отменить эти соглашения, поскольку очень много выходцев из Алжира замечены не только в криминальных, но даже террористических проявлениях. Последним примером стал февральский теракт в Мюлузе, когда алжирский исламист с ножом набросился на прохожих, убил одного и ранил шесть человек.
Возмущение французов вызвал тот факт, что алжирец не имел права находиться во Франции и его уже давно должны были депортировать на родину. Однако Алжир, где, очевидно, прекрасно знали подноготную гражданина, наотрез отказался его принимать.
Причем речь идет вовсе не о единичном случае – когда доходит до высылаемых из Франции граждан, Алжир при малейшем сомнении категорически отказывается впускать их обратно, и французским властям еще ни разу не удавалось настоять на своем. Точно так же случилось и в ситуации с мюлузским террористом.
Однако мюлузский теракт стал лишь одной из причин нынешнего дипломатического кризиса. В силу исторических причин Алжир враждует со своим соседом, королевством Марокко. Одним из камней преткновения стал вопрос о Западной Сахаре, которую Алжир предпочел бы видеть независимой, а Марокко – частью своего государства. В июле прошлого года, после того как Макрон публично принял сторону Марокко, Алжир в знак протеста отозвал своего посла из Франции, и с тех пор отношения между двумя странами только ухудшались.
Не улучшил их и арест известного писателя Буалема Сансаля. Последний имеет двойное гражданство, алжирское и французское, и пишет на французском языке. Ему уже 75 лет, и, как сообщается, он болен раком. Все эти обстоятельства не помешали алжирским властям арестовать его в ноябре за покушение на безопасность государства – а точнее, за то, что в одном из своих интервью он поддержал марокканскую версию о том, что Франция, владевшая и Алжиром, и Марокко, перекраивала территорию Марокко в пользу Алжира.
По алжирским законам Сансаль таким образом поставил под сомнение территориальную целостность, а это статья 87 местного Уголовного кодекса. Сансаль является и гражданином Франции, и Париж вступился за арестованного, но так, что лучше бы там этого не делали. Макрон, питающий пристрастие к специфически французской риторике, заклеймил Алжир как страну, «которая покрывает себя бесчестьем», и добавил, что «немедленно требует от (алжирского) правительства освободить Буалема Сансаля». Тотчас же последовал ответ, что это «вмешательство во внутренние алжирские дела» и что претензии к Сансалю подкреплены законом (по которому его уже успели осудить на пять лет тюрьмы).
Тем не менее в конце марта состоялась беседа Макрона и главы Алжира Абдельмаджида Теббуна, после которой первый стал рассылать положительные сигналы и дал понять, что рассчитывает на скорое освобождение Сансаля. И тут французская полиция взяла и подложила своему президенту свинью, арестовав 11 апреля трех алжирцев по подозрению в похищении блогера Амира Букорса, известного в сетях по кличке Amir DZ.
Речь идет о расследовании, которое тянется с апреля прошлого года. В интернете Амир представлял себя как независимого журналиста, который находится в оппозиции к правящему алжирскому режиму. На родине его на всякий случай осудили за шантаж, мошенничество и еще по нескольким статьям, включая терроризм, и требовали от Франции его экстрадиции, но парижский суд ее отклонил, заявляя, что в Алжире журналиста не ждет ничего похожего на правосудие.
29 апреля 2024-го Амира похитили возле дома, вывезли в неизвестном направлении, накачали наркотиками и угрожали ему, прежде чем выбросить его в лесу. Он остался жив, но французское правосудие на похищение людей смотрит крайне отрицательно.
Адвокат потерпевшего сразу же дал понять, что в случившемся могут быть замешаны алжирские власти. Почти год понадобился полиции, чтобы арестовать трех алжирцев – один из которых оказался сотрудником консульства Алжира во Франции.
Алжирский МИД предсказуемо вскипел и пообещал, что случившееся «нанесет огромный ущерб алжирско-французским отношениям», а также – что он «не оставит эту ситуацию без последствий». Французские власти в ответ сослались на то, что в их стране судебная система совершенно независима (особенно смешно это слышать после того, как Марин Ле Пен «удачно» осудили, лишив ее права баллотироваться в течение 5 лет).
Какую форму «последствий» избрали в Алжире, мы теперь знаем: изгнать из страны 12 консульских работников посольства Франции. Теперь ответный ход за Парижем: либо Франция в очередной раз проглотит оскорбление, либо даст симметричный ответ – который почти наверняка приведет к обострению и новой эскалации.
В конце февраля, после атаки в Мюлузе, премьер Франции Франсуа Байру уже призвал заново изучить соглашения 1968 года «в течение месяца или полутора месяцев» и денонсировать их. Непонятно, зачем в очередной раз понадобилось угрожать денонсацией когда-нибудь потом, когда Алжир никак не показывает, что собирается менять свою линию поведения, и когда совершенно ясно, что грозное сотрясание воздуха не производит на него никакого впечатления.
А между тем алжирский вопрос в самой Франции стал вызывать большую напряженность.
Новость о высылке дипломатов за считанные часы получила на сайте «Фигаро» более тысячи комментариев, и многие люди укоряют правительство за бесхребетность и готовность к разговорам, а не действиям. Кроме того, можно сделать некоторые выводы о том, что именно беспокоит обычных французов.
«Каждый день я слышу об этой стране, чьих выходцев с двумя паспортами становится все больше, и они забирают все большую власть, не переставая угрожать», – написал один из комментаторов. «Мы не можем ничего ждать от этой страны, которая только тем и занимается, что критикует и ненавидит Францию», – вторит ему другой. И еще: «Настало время окончательно закрыть главу трагических отношений с этой территорией, куда нам вообще не стоило приходить».
С тем, что французам в Алжире было нечего делать, алжирские власти наверняка согласились бы – но раз французы там были, Теббун считает себя вправе не забывать об этом и вести себя с французскими властями так, как они того заслуживают. И противопоставить ему Макрон по-настоящему ничего не может.
В этой ситуации жаль только старого больного писателя, который стал заложником политики. Как минимум в ближайшие месяцы на освобождении Сансаля можно поставить крест, и отношения Алжира и Франции будут только ухудшаться. Зато французский президент получит возможность произнести массу речей о бесчестии неприятных ему стран – хотя, как говорится в известной пословице, чья бы корова мычала.