Серьезное общеевропейское издание Politico опубликовало свой традиционный рейтинг 28 самых влиятельных людей Европы в уходящем году. Рейтинг этот выглядит настоящим открытием.
Прежде всего потому, что из трех самых влиятельных руководителей стран – членов Евросоюза лишь канцлер Германии Фридрих Мерц оказался на высоком, в данном случае третьем, месте. Премьер-министр Великобритании Кир Стармер удостоился лишь десятого места, а президент Франции Эммануэль Макрон вообще оказался на девятнадцатом, пропустив вперед шведского миллиардера Даниэля Эка и французского экономиста Габриэля Зюкмана.
Сравнительно низкие места получили и два лидера крупнейших европейских объединений. Глава Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен оказалась седьмой – притом что за последние годы она смогла сосредоточить в своих руках колоссальные полномочия. А генсек НАТО Марк Рютте оказался всего лишь на восьмом месте.
«И это притом что после ухода Ангелы Меркель с поста канцлера ФРГ именно Рютте оказывал наибольшее влияние на принятие решений в ЕС. Сначала – как премьер Голландии, а сейчас – как генсек НАТО. Он же фактически является главным европейским переговорщиком с Дональдом Трампом», – объясняет газете ВЗГЛЯД политолог-международник Вадим Трухачев.
При этом выше всех них – на второе место – поставили премьер-министра Дании Метте Фредериксен, назвав ее «северной звездой». Издание пишет, что Европа сейчас оказалась перед целым рядом вызовов и «лидерами рейтинга стали те, кто каким-то образом взял на себя противостояние этому вызову». То есть, по мнению Politico, Фредериксен со своими заявлениями о коллективной обороне в этом преуспела куда больше, чем тот же Мерц – лидер крупнейшей европейской экономики, который активно вкладывается масштабную милитаризацию Европы.
«Это такая акция поддержки Дании за стойкость в отношениях с США, которые намекали, что хотят отнять Гренландию»,
– объясняет решение Politico газете ВЗГЛЯД старший научный сотрудник ИМЭМО РАН Дмитрий Офицеров-Бельский.
Вопросы вызывает и выбор четвертого с шестым мест – их заняли, соответственно, лидер французских правых Марин Ле Пен и главный евроскептик Британии Найджел Фарадж. Издание объясняет это тем, что в лидеры попали «повстанцы, черпающие силу из углубляющейся политической поляризации», которые используют европейские противоречия в свою пользу. Но тогда Ле Пен и Фараджа надо менять местами. Француженка лишена возможности баллотироваться на пост президента из-за решения суда, поэтому лидерство в ее движении уже перехватывают другие. Фарадж же возглавляет «Партию реформ», которая в случае досрочных выборов в Великобритании вполне может их выиграть.
К тому же если уж вводить в перечень европейских бунтарей, то главный из них – венгерский премьер-министр Виктор Орбан – должен занимать не отведенное ему скромное 12-е место, а стоять выше как минимум Ле Пен. «Он не только возглавляет Венгрию, но и является лидером крупнейшей общеевропейской оппозиционной силы "Патриоты за Европу". И рычагов влияния у него намного больше, чем у его единомышленницы Ле Пен», – поясняет Трухачев.
Впрочем, поощрение Фараджа и Ле Пен может иметь другое объяснение. «Поправение Европы – это не просто какое-то стихийное движение в сторону нормальности, возврата к консервативным ценностям. Это направляемый, поощряемый процесс. Ведь правые – это единственные, кто может мобилизовать общество на войну», – поясняет Дмитрий Офицеров-Бельский. И не левые, а правые – при всем своем евроскептицизме – могут обеспечить ту самую стратегическую автономию ЕС, к которой сейчас стремится Брюссель.
Однако при всех этих несуразицах наибольшие вопросы вызывают первое и пятое места рейтинга. На первом месте в списке самых влиятельных людей Европы расположился американец Дональд Трамп. «Мы осознали один факт: в этом году никто не оказал большего влияния на Европу, чем президент США», – пишет Politico.
Действительно, хозяин Белого дома со всеми своими инициативами по отжиму Гренландии, инициированием торговых войн с Евросоюзом, отказом принять сторону ЕС в конфликте с Россией и, самое главное, объявлением де-факто войны брюссельским бюрократам оказал колоссальное влияние на европейские дела. Возможно, даже определяющее.
«Однако предоставление ему первого места в списке европейских лидеров означает, что ни о какой самостоятельности Европы уже не может идти речи», – говорит Офицеров-Бельский.
Судьбу ЕС – при всех европейских потугах на стратегическую автономию – определяет Вашингтон.
«И это вызывает все большее и большее раздражение в отношении США у европейцев, которым снова указали на их место», – продолжает эксперт.
На пятом же месте среди наиболее влияющих на Европу лидеров расположился тот, кого Брюссель все последние годы пытался изгнать из европейской политики. Тот, кого европейские бюрократы уже много лет как «успешно изолируют». Президент России Владимир Путин.
По мнению издания Politico, российский лидер занял это место, поскольку своими действиями «формирует Европу». Эти действия названы, в духе европейских СМИ, «провокационными». Однако на самом деле речь идет об образе, который Москве приписывают западные медиа, ради сопротивления которой все европейцы должны объединиться и стряхнуть пыль со своих арсеналов. А заодно влить десятки миллиардов евро в кошельки коррупционного режима Владимира Зеленского – которому с его образом «общеевропейского защитника» отвели в рейтинге Politico позорное 14-е место, позади даже президента крошечной Финляндии Александра Стубба.
При этом журналисты Politico признают, что президент России «единственный человек, которого на континенте никто не может игнорировать».
Путин действительно повлиял на Европу – но не как угроза, а как лекарство. Олицетворяемая российским лидером консервативная и суверенная политика России вдохновила целый ряд европейских политических сил – на отстаивание суверенитета собственных стран, на подчеркивание важности традиционных ценностей.
Сам факт того, что российский лидер после нескольких лет «изоляции» обошел в рейтинге почти всех главных функционеров Европы, а Трамп, открыто унижающий своих европейских союзников по НАТО, вообще оказался на первом месте, является еще одним подтверждением деградации европейских политиков.
В такой ситуации Politico не могло не признать решающее влияние российского лидера на будущее Европы – и смогло только поставить его не на заслуженное первое, а на пятое место.