Едва партия Марин Ле Пен проиграла тяжелейшую битву за большинство в Национальном собрании, на следующий день появились сообщения, что прокуратура Парижа начала в отношении Марин расследование по подозрению в незаконном финансировании. Речь идет, между прочим, о президентской кампании 2022 года. Дело было открыто еще 2 июля, но информация чудесным образом стала достоянием общественности только сейчас. Сразу после того, как президент Франции Эммануэль Макрон едва избежал настоящего разгрома на выборах, а ведь именно к разгрому макронистов вел блестящий успех Ле Пен в первом туре.
Чтобы будущим адвокатам Марин Ле Пен и ее сторонникам мало не показалось, прокуратура предъявила сразу множество обвинений. Как указывает провластный канал BFMTV, в вину Ле Пен вменяется «предоставление кандидату, проводящему избирательную кампанию, кредита от юридического лица; принятие кандидатом, проводящим кампанию, кредита от юридического лица; присвоение имущества лицами, выполняющими государственные функции; мошенничество, совершенное в отношении публичного лица; подлог и использование подлога». Судя по использованной лексике, источники канала точно процитировали юридические документы и использованные в них формулировки.
Дело в том, что французские законы имеют тенденцию регулировать каждый чих общественной жизни. В применении к выборам это, в частности, означает, что закон определяет потолок трат на них каждого кандидата. И поскольку Франция – страна бюрократов, после выборов Национальная комиссия счетов за кампании и политического финансирования (известная под аббревиатурой CNCCFP) проверяет все бумаги, выискивая возможные несоответствия закону.
Данный закон имеет продолжение: если комиссия сочтет, что кандидат строго соблюдал отведенные ему рамки, часть средств на избирательную кампанию будет возмещена ему за счет государства. Но если кандидат нарушил закон и потратил больше, чем следует, комиссия может уменьшить причитающееся ему возмещение, а в случае, если у нее возникнут совсем уж нехорошие сомнения, довести их до сведения соответствующих органов. Именно на этом основании еще в 2023 году комиссия обратилась в прокуратуру города Парижа и озвучила претензии, которые она имела после проверки счетов избирательной кампании Марин Ле Пен, а также некоторых других лиц, имена которых не называются.
Дальше в истории зияет провал в несколько месяцев. Однако к июлю нынешнего года прокуратура очнулась от сна, прозрела и поняла, что надо проявить рвение. Чудесным образом оно совпало с победой партии Ле Пен и Жордана Барделла на выборах в Европарламент и всерьез обсуждаемыми шансами на то, чтобы составить большинство депутатов в Национальном собрании.
Можно предположить, что изначально огласку собирались устроить немногим ранее, под выборы в Национальное собрание, но притормозили, придя к выводу, что народ может счесть такого рода деятельность политическим заказом и пойти голосовать за партию Ле Пен и Барделла с еще большим энтузиазмом.
После выборов заниматься очернением удобнее с той точки зрения, что это работа на будущее.
Следствие гарантированно растянется на месяцы, а то и годы, на экраны можно вытащить любых недругов Марин Ле Пен, которые будут разглагольствовать о том, как она нарушает законы. Одним словом, при желании можно организовать некий сериал, где в роли главного злодея подать политического оппонента и забить эфир информацией, предназначенной исключительно для его очернения. И это не говоря уже о преследовании чисто юридическими методами.
Как отмечают французские СМИ, это не первый процесс такого рода, фигурантом которого стала партия Марин Ле Пен. Так, по итогам проверки счетов выборов 2012 года «партию Марин Ле Пен обвинили в завышении цен на целый ряд предметов – листовки, плакаты, веб-сайты и даже услуги «по должному представлению предвыборных отчетов в Национальную комиссию счетов за кампании и политического финансирования», что было истолковано как попытка обмана государства. В итоге партии присудили штраф в 250 тыс. евро.
Еще один процесс, в котором замешана Марин Ле Пен, тянется уже много месяцев. В его рамках Марин, а также ее отец и создатель «Национального фронта» Жан-Мари Ле Пен и еще 25 человек обвиняются в «участии в системе растрат европейских общественных средств между 2004 и 2016 годами». Суть дела заключается в том, что каждый месяц ЕС выделяет депутату по 21 тысяче евро для вознаграждения его помощников. Как считает следствие, эти деньги фактически оплачивали работу помощников в рамках партии, а не Европарламента, что является нарушением закона.
Иными словами, тратить деньги на работу в Европарламенте можно, а на работу по линии партии нельзя, потому что это расценивается как мошенничество. Но самое интересное в данном деле – так сказать, цена вопроса. Наказание может составлять «десять лет тюрьмы и штраф максимум до миллиона евро либо в двойном размере причиненного ущерба», а также дополнительно – запрет на участие в выборах сроком на пять лет.
В делах такого рода немаловажно то, что прицепиться при желании можно к чему угодно. Например, еще в декабре 2022-го уже упомянутая Национальная комиссия счетов за кампании и политического финансирования высказала публичные сомнения относительно счета в 316 182 евро, которые «Национальное объединение» заплатило за рекламу кандидата в президенты на 12 автобусах. Члены комиссии сочли, что такой вид расходов является «необязательными тратами». Между тем реклама кандидата на автобусах – дело совершенно обыкновенное. Но, очевидно, только не для французских чиновников.
Любопытно также отметить совпадение некоторых фактов. Например, новый процесс против Марин Ле Пен возник аккурат в то время, когда стал пробуксовывать процесс о якобы неправомерной растрате денег на помощников в Европарламенте.
Было установлено, что двое обвиняемых – бывший евродепутат Жан-Франсуа Жальк и отец Марин Жан-Мари Ле Пен – не могут быть судимы вследствие состояния своего здоровья. Жальк перенес инсульт, а патриарху Ле Пену уже 96, и он, по словам экспертов, «не отдает себе отчета ни в целях, ни в значении, ни в масштабе данного процесса».
Вряд ли французское общество не видит, что в случае с процессами такого рода против оппозиционных политиков речь идет главным образом о методе давления и об устранении политических конкурентов. Сотни комментариев, набежавшие за час с небольшим после публикации к материалу о новом расследовании в Le Figaro, свидетельствуют, что люди отлично понимают, куда ветер дует.
«А когда будут расследовать финансирование двух кампаний Макрона?» – интересуется некий образованный пользователь, подписавшийся аж на латыни ником «Сенат и галльский народ». «Как раз вовремя – до 2027-го немало осталось, а учитывая, сколько будет длиться следствие…» – пишет «Байкер44». «Макрон и Атталь разыгрывают партию, мы явно перестаем быть правовым государством», – заметил «Бернар1134». «Короче, прокуратура готовит из нее нового Трампа, – язвит еще один пользователь, – чтобы помешать ей выдвинуться в 2027-м».
Нельзя исключать, что макронисты действительно попытаются провернуть нечто подобное. А поскольку они контролируют так называемое независимое правосудие, они могут быть совершенно уверены, что им самим никакие обвинения не угрожают. По крайней мере, пока они у власти. И это еще один стимул для того, чтобы пытаться любой ценой не выпускать ее из рук.