Очередной виток антироссийской истерии в Польше анонсировал МИД страны. Объявляя о закрытии российского консульства в Познани, министр Радослав Сикорский объявил: «Россия ведет гибридную войну. В Польше разрешены попытки диверсий. Как министр иностранных дел, я обязан отреагировать решительно. Первым шагом является закрытие российского консульства в Познани. Мы не сделаем ни шагу назад. Мы защищаем Польшу, мы защищаем поляков».
Заявление, прямо скажем, сумбурное. Что означает фраза «в Польше разрешены попытки диверсий», понять вообще крайне сложно. Кем именно разрешены? Россией или польскими властями, которые неспособны контролировать ситуацию на своей территории? Об этом Сикорский умалчивает.
Зато в интервью телеканалу TVN24 он подробно рассказал о деле 51-летнего гражданина Украины Сергея С., которого задержали в начале года в Польше и обвиняют в сотрудничестве с российской разведкой и подготовке поджога лакокрасочного завода во Вроцлаве. Глава МИД Польши отметил, что обвиняемый признался, что «российские спецслужбы приказали ему совершить поджог во Вроцлаве».
«У нас есть другие подобные поджоги по всей Европе, и мы знаем о планах России по поводу дальнейших поджогов. Завтра я объявлю решение МИД в связи с этим делом», – заявил Сикорский. Правда, ничего в реальности на следующий день не объявил.
О каких же «подобных поджогах по всей Европе» идет речь? 26 мая этого года The New York Times со ссылкой на источники в американской разведке писала о том, что российские спецслужбы в последнее время якобы все активнее проводят мелкие диверсионные операции в Европе – в основном поджоги.
По мнению американцев, эти инциденты только выглядят случайными и не зависящими друг от друга. На деле они направлены на создание видимости растущего в Европе недовольства поддержкой Украины и на то, чтобы создать препятствия для поставок вооружений украинским военным, утверждали собеседники издания.
В числе таких диверсий издание называло поджог склада в Великобритании, лакокрасочной фабрики в Польше, здания в Латвии и магазина IKEA в Литве.
Европейские и американские спецслужбы считают, что речь идет о согласованной кампании, за которой стоит военная разведка России. Британия даже выслала российского военного атташе как раз по обвинению в причастности к этому инциденту, но – «без предъявления каких-либо документов или конкретных фактов», как говорила официальный представитель МИД России Мария Захарова.
Именно из этой майской публикации и «растут ноги» у паранойи Сикорского. И именно она подхлестнула волну шпиономании, развернувшуюся в Польше летом 2024-го.
Впрочем, и до этого польская контрразведка старательно делала вид, что не ест хлеб даром. Так, в середине марта прошлого года власти Польши сообщили о раскрытии сети, агенты которой якобы шпионили в польских городах Бяла-Подляске, Хелме, Пшемысле, Жешуве, Гданьске и пр.
Фигурантов дела обвинили в том, что они следили за морскими портами, аэропортами, железнодорожными станциями и воинскими частями, а также установили не менее шести камер видеонаблюдения на железнодорожных путях и поставили GPS-передатчики в поездах.
Помимо этого, как заявили в польской прокуратуре, обвиняемые вели «пропагандистскую деятельность»: расклеивали наклейки, листовки, рисовали граффити с антинатовскими и антиукраинскими лозунгами. Всего обвинение предъявили 16 гражданам Белоруссии, Украины и России, 14 из которых позже были приговорены к различным срокам заключения.
Весной 2023-го в Белостоке также начался закрытый суд над белорусом и россиянином, которых обвиняют в шпионаже в пользу российской военной разведки с 2017 по 2022 год. В августе текущего года польская прокуратура увидела «русский след» в поджоге торгового центра в Варшаве. Однако только сейчас МИД Польши додумался до массированной кампании, организованной на самом верху, и открыл «огонь по штабам», то есть по дипломатическим представительствам России в Польше. Более того, Варшава даже обсуждает возможность высылки российского посла.
Зачем это Польше? Ответ кроется в личности самого Радослава Сикорского, который в последнее время усиленно претендует на должность главного русофоба страны и активно пытается заработать очки на борьбе со страшной восточной угрозой.
Примерно с 2022 года борьба с иностранными агентами используется многими польскими политиками в качестве инструмента дискредитации своих оппонентов, превращая русофобию в инструмент внутриполитической борьбы за власть. Активность Сикорского на данный момент призвана оттенить «безынициативность» министерств внутренних дел и национальной обороны, перетянуть часть их компетенций в МИД, а в итоге – выставить Сикорского в глазах поляков более жестким и «пропольским» политиком, нежели его конкуренты.
Оттого и нужны мифические «массовые поджоги», организованные «российской разведкой». Что же касается польско-российских отношений, то их обломки никого в Варшаве, в сущности, уже не волнуют. Как и то, что от закрытия генконсульства России в Познани пострадают главным образом живущие в России поляки – ведь в качестве ответа Москва вполне может закрыть польские консульства в Калининграде или Иркутске. «На очередной враждебный шаг дадим болезненный ответ», – уже пообещала Мария Захарова.