Впервые проекты переброски воды сибирских рек в Среднюю Азию были предложены еще во времена Российской империи, в XIX веке. С тех пор периодически ученые и политики предлагают начать стоить каналы от сибирских леcов до среднеазиатских пустынь. И действительно – в Сибири каждую весну наблюдаются паводки, а в Средней Азии – засуха. Казалось бы, идея беспроигрышная для всех участников. Одно из таких предложений легло в свое время на стол Сталину, который, однако, не одобрил затею.
И конечно, самым знаменитым стал проект позднесоветского времени. В 1970 году вышло постановление ЦК КПСС и Совмина о перераспределении стока рек. Было решено построить водный канал от реки Обь через Казахстан до Узбекской ССР, где росли хлопковые посадки. Стоимость оценивалась почти в 33 млрд тогдашних советских рублей – гигантская сумма! Правда, и ежегодный доход получать рассчитывали немалый – 7,6 млрд.
Сразу появились авторитетные критики гигантской стройки. В частности, группа академиков подписала письмо в ЦК «О катастрофических последствиях переброски части стока северных рек». Ученые обращали внимание на то, что реализация проекта будет иметь чудовищные последствия с экологической точки зрения. Против выступила и советская творческая интеллигенция. Тем не менее проект в 1983 году был утвержден, но стало поздно начинать долгострой. Война в Афганистане сужала финансовые возможности страны. А когда умер Андропов, реализацию затормозили. Наконец при Горбачеве от него окончательно отказались.
Казалось, эта идея забыта навсегда. Нет ведь уже единой страны, для которой она теоретически все еще могла бы быть актуальна.
Однако 27 июня 2023 года депутат парламента Казахстана Серик Егизбаев обратился к своим коллегам из Госдумы РФ с предложением совместно возобновить проект по переброске части стока сибирских рек в южном направлении. По его словам, прогноз до 2030 года показывает сокращение внутреннего речного стока Казахстана и притока с территории сопредельных стран, что создает угрозу возникновения дефицита на более чем 23 кубических километров воды – это годовое потребление населением и промышленностью.
«В этих условиях Казахстану необходимо реализовывать мероприятия по совершенствованию межгосударственных водных отношений, трансграничной переброске рек», – сказал Серик Егизбаев. Он также считает, что это позволило бы открыть судоходство по каналу «Азия: Карское море – Каспийское – Персидский залив», а пресная вода позволила бы орошать 14 млн гектаров сельскохозяйственных земель. По словам депутата, проект «позволит создать не только десятки тысяч новых рабочих мест для граждан всех государств-участников, но и даст мощный импульс развитию экономик на долгие годы вперед, решит целый комплекс экологических и социальных проблем населения всех государств – участников проекта, выведет на принципиально новый уровень интеграционные процессы между стратегическими партнерами».
В этом году в Астане и Бишкеке из-за дефицита случился сильнейший водный кризис. Некоторым кварталам отключали воду на несколько дней, что сильно не понравилось жителям. В столице Киргизии это вылилось в протесты.
Подобные обращения регулярно поступают не только из Казахстана. В апреле прошлого года председатель комиссии по вопросам экологии, охраны окружающей среды и безопасности жизнедеятельности Общественной палаты Омской области Анатолий Соловьев говорил про обращение из Узбекистана.
«… Сибирское отделение Российской академии наук рассчитало, что увеличение стоков Иртыша на 600 млрд куб. км затопит прибрежную зону северных морей – нефтяники бьют тревогу, что не смогут бурить. И как раз к нам пришло официальное письмо в Общественную палату, в Законодательное собрание Омской области от Экологической партии Узбекистана с предложением переправлять воду из Сибири посредством трубопроводов. Это могло бы решить как проблему Аральского моря, так и вопрос устранения последствий ежегодных паводков в Сибири. «Поворот сибирских рек» – это, конечно, не означает перекрытие Иртыша, всего 7% воды рекомендуется забирать из слияния Иртыша и Оби», – поделился своим мнением Соловьев.
Реализация проекта в обозримой перспективе в случае заинтересованности России вполне возможна, считает директор Центра экспертных инициатив «Ой Ордо» из Киргизии Игорь Шестаков. С его точки зрения, Россия могла бы пойти на это как по прагматичным экономическим причинам, так и из геополитических соображений.
«Уже лет 20 на повестке дня стоит вопрос, чтобы Средняя Азия совместно с Россией создала региональный водно-энергетический консорциум. В этом случае часть стока сибирских рек, а также Волги могла быть направлена в среднеазиатские страны, – сказал Шестаков газете ВЗГЛЯД. – В нюансах экологии я не специалист, но есть исследования российских ученых, которые считают, что реализация проекта способствовала бы меньшей заболачиваемости почвы. Как известно, весной в России случаются большие наводнения с затоплением обширной территории».
Россия ранее предлагала помощь в решении экологических проблем соседей. Эта тема могла бы стать дополнительной темой для интеграции стран Средней Азии и России и улаживания конфликтов между самими среднеазиатскими странами. Каждое лето они спорят за право распоряжаться водными ресурсами трансграничных рек. Киргизия и Таджикистан даже устроили небольшой военный конфликт с десятками погибших. Пока идут дискуссии, Аральское море почти полностью высохло. Поистине, для Средней Азии сегодня вода – это жизнь, самое ценное.
«Неслучайно в Казахстане депутаты поднимают тему строительства водного канала из России, президент Токаев тоже на это обращал внимание. Поэтому я думаю, у них есть серьезные основания, чтобы воплотить проект в жизнь.
По мнению киргизских ученых, с которыми я говорил, лет через 15 водные ресурсы в регионе будут цениться в регионе дороже, чем золото. Из-за таяния ледников водный сток сокращается, а население, наоборот, растет. Проблему могли бы решить внешние источники воды», – говорит Шестаков. По его мнению, это будет иметь для Москвы и положительный политический эффект: «Площадка по спасению Арала стала бы объединяющей для всей Средней Азии и России».
По современным оценкам, постройка водного канала из Сибири до Аральского моря с возведением водохранилищ, мостов и другой инфраструктуры обойдется в сотни миллиардов долларов. Свой участок России построить теоретически по силам, но за чей счет будут рыть канал в Казахстане?
У современного Казахстана уже имеющаяся инфраструктура сильно устарела. Например, в энергетической отрасли износ составляет около 80%, некоторых ТЭЦ более 90%, их не модернизировали с советских времен. На обновление оборудования потребуются огромные траты. Оросительные системы тоже нуждаются в ремонте и модернизации, при транспортировке воды потери иногда достигают 60%, таким образом не доходя до сельхозполей.
Возможно, Казахстан намекает на то, чтобы Россия за свой счет реализовала этот проект, как в старые добрые советские времена? Вот только зачем это современной России?
Нам еще предстоит восстанавливать разрушенный Донбасс, прокладывать новые водные каналы в Приазовье, лишних ресурсов на постройку мегаканала до Аральского моря не предвидится.
Еще в 2003 году директор Института водных проблем РАН, ученый Виктор Данилов-Данильян выступал категорически против подобных проектов и приводил свою оценку возможных затрат: «300 миллиардов долларов – это совершенно реалистическая оценка затрат на реализацию этого проекта в нынешних ценовых условиях». Сегодня эта сумма выглядела бы еще более масштабной.
Впрочем, если речь идет о затратах, то справедливо говорить и о прибыли. «Самое главное – это возобновляемый ресурс. Почему мы не можем продавать воду так же, как газ или нефть? Не вижу в этом ничего страшного», – говорил на эту тему некоторое время назад замдиректора Института океанологии им. Ширшова, член-корреспондент РАН Петр Завьялов. Если Казахстан и другие страны Средней Азии хотят покупать у России воду, как покупают прямо сейчас другие товары, то многое зависит от того, сколько именно Астана или Бишкек способны за это заплатить. И, видимо, пока эта сумма не будет озвучена, проект так и будет оставаться не более чем фантазией некоторых депутатов из Казахстана.