«Венгрия – это инкубатор для мировой консервативной политики». Такую оценку премьер-министр Виктор Орбан дал, выступая на Конференции консервативных политических действий (CPAC) – влиятельной площадке, которая действительно претендует на роль «мозга» консервативных сил.
Само определение «мировая консервативная политика» завирально. Консерватизм не универсальная в мировом масштабе идеология. Коммунизм – да, либерализм – да, национализм – частично, но не консерватизм. Консерватизм – это опора на традиции, когда перемены нежелательны, а если и происходят, то естественным путем.
Однако традиции у стран и народов разные. Прошлое, к которому неизменно апеллируют консерваторы, тоже. Например, американский консерватизм подразумевает экономическую политику в духе Егора Гайдара, который в России считался крайним либералом. А в непризнанной Западной Сахаре есть консерваторы-феминисты – для местных племен характерен матриархат.
Поэтому Орбан говорит только об одном виде консерватизма – том самом американском консерватизме, выразителем которого обычно считают Республиканскую партию США. CPAC – ее мероприятие, а следующий год станет для него юбилейным, бренду исполняется полвека.
Международным оно стало совсем недавно. За последние пять лет под «зонтиком» американской CPAC и с ВИП-гостями из США конференции стали проводить еще в шести странах. Помимо Венгрии, это Австралия, Бразилия, Мексика, Южная Корея и Япония. И сложилось ощущение, что эта инфраструктура выстраивалась конкретно под Дональда Трампа или как минимум под «мировой консервативный поворот», начало которого связывали с его победой на выборах.
Полноценного «поворота», как известно, не случилось, но Трамп готов попробовать второй раз, а Орбан призывает ему помочь – кто чем может. «Вернитесь, господин президент, сделайте Америку снова великой и принесите нам мир», – провозгласил он с трибуны CPAC.
Имеется в виду обещание Трампа положить конец конфликту вокруг Украины. Премьер Венгрии почему-то уверен, что это не пустые слова.
Так это или нет, отдельный разговор. С одной стороны, Киев критично зависит от поддержки США. С другой – Трамп много на себя берет. Он вообще политик завышенных ожиданий и обманутых надежд – в том, что касается конфликта на Украине в том числе. В то же время CPAC все больше напоминает форум не консерваторов, а трампистов, будто бы эксцентричный миллиардер со странной прической – последняя надежда консерватизма, причем и в Венгрии тоже.
Собственно, в этом и заключается главная проблема CPAC, Орбана и всех благих намерений консервативных спикеров конференции: они слишком зациклены на США.
Логика в словах и действиях венгерского премьера есть. Орбан находится не только в политическом, но и, как ему кажется, в цивилизационном конфликте с европейскими либералами и Еврокомиссией. На CPAC он много критиковал «гендерную политику», миграцию, а также глобалистов и «цветные революции» как способ распространения их влияния.
В этом с Орбаном согласен Трамп. При этом США – центр глобалистских элит и самая влиятельная держава в мире. Следовательно, надо избрать Трампа президентом, и это даже в Европе нанесет удар по повестке, которую Орбан сравнил с биологическим оружием.
В реальности, как было сказано выше, на Трампа лучше не надеяться, чтобы потом не расстраиваться. А многие проблемы Европы проистекают не из того, что в Америке слишком либеральный президент, а в том, что она в принципе зависит от Америки. Бороться с американскими либералами руками американских консерваторов логично только на первый взгляд. По сути, это как лечить чуму холерой вместо того, чтобы строить карантинное отделение.
Да, при всех недостатках, присущих Трампу, у него в разы более адекватный взгляд на конфликт с Россией вокруг Украины, чем у нынешней администрации Белого дома. Но настроения переменчивы даже у консерваторов.
Когда-то таким же «Великим Гудвином» CPAC, как сейчас Трамп, был Рональд Рейган, призывавший с ее трибуны противостоять влиянию Москвы по всему миру и любыми способами. А позднее власть в США досталась другим завсегдатаям конференции – неоконам, чья политика критично подорвала глобальную безопасность.
То, что сейчас чаша весов склонилась в пользу трампистов-изоляционистов, хорошо лишь в моменте. Правда американской жизни в том, что определяющее большинство так называемых неопределившихся избирателей, за голоса которых обычно разворачивается борьба, голосуют не за внешнюю политику и даже не за гендерную, а в зависимости от того, как обстоят дела с экономикой внутри США. Неоконы потеряли свои позиции в партии не из-за того, что развязывали войны, а потому что довели родную страну до финансового кризиса, который потом стал мировым.
В противном случае нынешним фаворитом CPAC вполне могла бы быть какая-нибудь Лиз Чейни, которая призывала бы к тотальной войне с Россией на примерно той же кафедре, с которой выступает Орбан. Может, еще и станет, если Трамп опять не оправдает завышенных ожиданий, а с ним это запросто.
Поэтому если приоритет – недопущение третьей мировой войны, либеральной диктатуры и других кошмаров Орбана, то проблема совсем не в трансгендерах (Буш их тоже не жаловал, не говоря уже о Рейгане). Она в отсутствии у Европы и европейской политики стратегической автономии от американцев. В том числе, как мы видим, в том, что касается консервативной идеологии.
В этом Орбану, Европе и всем нам не помощник даже Трамп. Обособление европейского пространства от США прямо противоречит его лозунгу Made America Great Again. Чтобы он ни значит на самом деле, это точно не потеря Вашингтоном международного влияния, от которого проистекают многие неудобства Орбана, вплоть до толп мигрантов с Ближнего Востока и затягивания конфликта на Украине.
Премьер Венгрии предлагает не «консервативный поворот», а сохранение Pax Americana, только с условием, что новый завхоз будет ровно дышать к ЛГБТ, BLM и Владимиру Зеленскому. Но даже для вроде бы союзников-консерваторов из Японии и Кореи это менее значимые вопросы, чем противостояние России и Китаю (в этих странах у нас больше шансов договориться как раз с либералами), не говоря уже о Бразилии и Мексике. Там сейчас у власти левые – идейные враги Трампа и Орбана, но в то же время вполне дружественные к России силы.
Сотрудничество консерваторов против диктата либеральных ценностей – это, конечно, лучше, чем потакание оным. Но залог выхода из тупика, куда либералы, согласно оценке Орбана, завели Европу, не объединение с американцами на консервативной платформе, а максимально возможное удаление от любых американских платформ.
«Прежде, чем объединяться, нам нужно решительно размежеваться», – говорил в отдаленно похожей ситуации Владимир Ленин, один из наиболее признанных в мировой истории специалистов по переворотам и революциям.