Ближний Восток уходит из-под американского контроля. Шаг за шагом Соединенные Штаты теряют инструменты, благодаря которым они обеспечивали свое военное, экономическое и политическое присутствие в регионе. И сейчас наступила очередь йеменского инструмента.
Повод уходит
Йемен – одна из беднейших и в то же время наиболее милитаризированных стран Ближнего Востока. Это страна, где с 2014 года идет гражданская война. С одной стороны выступают местные повстанцы из движения «Ансар Аллах» (которых чаще называют просто хуситами – по имени основателя движения Хусейна аль-Хуси), поддерживаемые Ираном, а с другой – местное правительство, за которым стоит королевство Саудовская Аравия (КСА).
С 2015 года Эр-Рияд (который опасался появления проиранских группировок возле своих нефтеносных провинций) официально вступил в войну и начал военные операции и масштабные бомбардировки контролируемых хуситами городов. В результате в стране началась самая настоящая гуманитарная катастрофа. Более сотни тысяч погибших, уничтоженная экономика – и никаких шансов на победу ни у одной из сторон.
Саудовская коалиция (со всеми солдатами, наемниками, оружием) не смогла ни захватить хуситскую территорию, ни даже полностью отрезать ее от портов и иных средств доставки оружия из Ирана. В свою очередь хуситы не могут выкинуть саудовские войска из Йемена.
США потирали руки
Американцев такой расклад полностью устраивал.
Во-первых, само наличие нескольких сотен тысяч вооруженных повстанцев на границе с Саудовской Аравией создавало прямую угрозу безопасности королевства – а значит, ставило Эр-Рияд в зависимость от американских оборонных гарантий. Во-вторых, крупнейшие нефтяные месторождения КСА находились в зоне досягаемости ракет и боевых дронов, которые хуситам любезно поставили иранские партнеры, – и хуситы регулярно атаковали эти месторождения.
Все это заставляло королевство привлекать США к организации системы ПВО, а также ставило безопасность саудовской нефтедобычи в зависимость от Пентагона.
Наконец, в любой момент обострения двусторонних отношений Вашингтон руками своей «независимой» прессы мог поднять вопрос о нарушениях прав человека в Йемене (см. бомбардировки городов, десятки тысяч погибших и состояние гуманитарной катастрофы в стране).
Однако, к сожалению Вашингтона, йеменский конфликт начал разрешаться. Ситуация в Йемене вошла в переговорное русло сразу после того, как Иран и Саудовская Аравия сначала в Пекине договорились о нормализации отношений, а потом уже на месте стали заниматься урегулированием всех своих противоречий в конфликтах на периферии.
«Саудиты информировали нас об этих переговорах», – говорил пресс-секретарь Белого дома Джон Кирби, однако на самом деле для Вашингтона этот переговорный успех был сюрпризом. Как пишет The Wall Street Journal, прибывший в Эр-Рияд глава ЦРУ Уильям Бернс выразил крайнее неудовольствие саудовским коллегам относительно темпов и масштабов их переговоров с иранцами – по его словам, эти темпы «ошеломили» Вашингтон.
Для Эр-Рияда это был выход из крайне убыточного во всех отношениях тупика. «В настоящее время КСА прекрасно понимает, что ее ставленники и партнеры не смогут одолеть своих противников. А значит, нет иного пути, кроме как договариваться», – поясняет газете ВЗГЛЯД политолог-международник, эксперт РСМД Елена Супонина.
В три шага
По сути, речь шла о многоэтапном процессе.
«Сначала нужно установить отношения между хуситами и КСА. Затем ввести режим перемирия на ближайшие полгода, в ходе которого можно было бы попытаться прийти к компромиссу. Создать жизнеспособный переходный орган, который включал бы противоборствующие стороны и мог бы контролировать ситуацию на земле», – поясняет газете ВЗГЛЯД замдиректора Центра изучения стабильности и рисков НИУ ВШЭ Леонид Исаев.
В рамках первого этапа уже произошло событие, которое год назад казалось нереальным. 10 апреля в столицу хуситов Сану прибыл министр иностранных дел Саудовской Аравии и жал руки тем, за голову которых КСА еще недавно предлагало миллионы долларов, в частности одному из лидеров хуситов Махди аль-Машату. Сейчас же они говорили об условиях введения перемирия. Соглашение должно включать разблокировку всех йеменских коммуникаций, а также выделение средств для выплаты из йеменского бюджета зарплаты всем госработникам и бойцам на контролируемой хуситами территории.
В знак подтверждения серьезности намерений параллельно с визитом прошел и обмен пленными. Хуситы освобождали около 180 человек – саудовских и суданских солдат (последние воюют как наемники), а также несколько работающих на КСА йеменских журналистов. В ответ Эр-Рияд отпускал на свободу почти 700 хуситов, захваченных в ходе боевых действий. Не исключено, что за этим обменом последуют и другие – общий обменный фонд оценивают примерно в 15 тысяч человек.
Учесть придется всех
Правда, у Соединенных Штатов еще остаются шансы сохранить за собой йеменский инструмент. Ведь неизвестно, смогут ли саудиты и хуситы (а также стоящие за ними иранцы) довести процесс до конца. «Мы входим в стадию переговорного процесса, и чем он закончится – непонятно. Не раз и не два в ходе йеменского кризиса создавались переходные правительства, объявлялись перемирия – а потом все рушилось», – напоминает Леонид Исаев.
Например, непонятно, как себя поведет главный партнер Саудовской Аравии в этой войне – Объединенные Арабские Эмираты. Как и КСА, ОАЭ много денег вложили в эту войну – но, в отличие от договорившихся с иранцами саудитов, выгоды эмиратчиков пока никто не обсуждал.
«Пока интересы ОАЭ не учитываются. Сейчас КСА нет смысла лоббировать интересы ОАЭ, и попытка договориться с хуситами впоследствии будет серьезным аргументом в усилении позиции КСА в Йемене. Когда начнутся переговоры о том, как хуситский Север и более ориентированный на Эмираты Юг будут находить точки соприкосновения, тогда речь пойдет и об учете интересов Эмиратов», – продолжает Леонид Исаев.
Юг – это отдельная история. «Не все участники этого сложного процесса считают свои интересы учтенными. Так, представители Южного Йемена находятся в некоторой растерянности, но уже готовятся обозначить свои требования», – считает Елена Супонина.
И условия эти просты – никаких денег с южных районов на северные, никаких отчислений с южных месторождений нефти северянам, да и вообще южане выступают за раздел Йемена. И дело не только в том, что южане считают себя более богатыми и не хотят кормить северян, – просто до 1990 года единого Йемена не существовало. Всегда был Южный и Северный Йемен (называвшиеся в истории по-разному), где обитали разные племена в разных климатических условиях и с разными траекториями развития. И ОАЭ (сделавшие в свое время ставку на южные силы и через них влияющие на процессы в стране) фактически поддерживают повестку южан.
Однако при всех этих сложностях и неопределенностях все-таки главное, что процесс пошел. Уже хорошо то, что КСА и Иран договорились. «Да, эти договоренности будут достигаться мучительными переговорами, но энергия конфликта в Йемене иссякает», – считает Елена Супонина. Есть реальная надежда, что достигнутые договоренности станут фундаментом, который может дать шанс не только на завершение гражданской войны в Йемене, но и на завершение стержневого ближневосточного конфликта – ирано-саудовского.
Что не только высвободит ряд ресурсов указанных государств, не только будет способствовать большей безопасности для них и для региона, но и приведет к ослаблению позиций Соединенных Штатов. Страны, так давно и с таким усердием лившей керосин на ближневосточные конфликты для того, чтобы потом получать выгоды от роли пожарного.