17 и 18 августа во Львове проходил примечательный трехсторонний саммит. Сначала в город прилетел генеральный секретарь ООН Антониу Гутерриш, а затем прибыл президент Турции Реджеп Эрдоган. Там они провели встречу с президентом Украины Владимиром Зеленским – сначала по отдельности, а затем посидели на троих в течение 40 минут. Согласно официальным заявлениям, стороны обсуждали целую россыпь вопросов – начиная от мирных переговоров Москвы и Киева и заканчивая ситуацией с Запорожской АЭС.
Очевидно, что турецкий президент во Львове занимался прежде всего решением своих собственных вопросов. А именно: усилением экономического присутствия на Украине, защитой «зерновой сделки» (которая резко подняла авторитет Турции и лично Эрдогана), а также навязыванием себя в роли посредника в потенциальных мирных переговорах между Россией и Украиной. Что для турецкого президента крайне важно на фоне экономических проблем и непростых парламентских выборов 2023 года – такое посредничество подняло бы его авторитет в глазах турецкого населения.
«Месяц назад, как вы знаете, мы – ООН, Украина, Россия и Турция – продемонстрировали исторический пример совместной работы. Не только Украина, но и весь мир начал ощущать позитивные последствия Стамбульского соглашения, которое сделало возможным безопасный экспорт зерна на мировые рынки через Черное море, – заявил Эрдоган. – В рамках сегодняшней встречи мы обсуждали, как сегодня можно увеличить действие существующего механизма. Мы рассмотрели возможность конвертирования позитивной атмосферы стамбульских договоренностей в устойчивый мир».
Турецкие СМИ поддержали инициативу – в Анкаре пишут, что якобы Москва сама просила Эрдогана организовать встречу. Мол, президент Турции уже чуть ли не официальный посредник. В реальности из Москвы на этот счет никаких официальных подтверждений не поступало. Прежде всего потому, что Зеленский вопросы войны и мира не решает. А главное, украинский лидер от таких переговоров заведомо отказывается, выставляя для них неприемлемые условия.
«Чтобы начались мирные переговоры, Россия должна сначала покинуть оккупированные территории», – заявил украинский президент. «Любой территориальный компромисс с Кремлем – это война, отложенная на будущее», – говорит секретарь Совета национальной безопасности и обороны Украины Алексей Данилов.
Что касается Гутерриша, то он – как глава Организации Объединенных Наций – должен был вроде как усиливать переговорные позиции Эрдогана. В какой-то степени своим присутствием освящать предложения турецкого президента.
«Сразу же после российского вторжения на Украину я четко заявил, что глобальный продовольственный кризис не будет преодолен без обеспечения надлежащего глобального доступа к украинским продуктам питания, а также к российским продуктам питания и удобрениям», – заявил Гутерриш. И добавил, что на данный момент более 560 тыс. тонн зерна и других продуктов питания, произведенных украинскими аграриями, отправлены на рынки по всему миру. Правда, забыл упомянуть, что львиная доля балкеров ушла не в голодающие страны Африки, а во вполне себе сытую Европу.
Однако важно, что тем самым Гуттериш подтвердил прямую ответственность ООН (и свою лично) за соблюдение «зерновой сделки». Ведь внутри этой сделки зашиты и обязательства по снятию ограничений для экспорта российского зерна и удобрений.
Казалось бы, это максимум, на что сейчас способна ООН. Эксперты и политики отмечают неспособность организации не то что решать глобальные вопросы войны и мира, но даже формулировать честную и принципиальную позицию по, казалось бы, очевидным моментам.
Так, например, можно как угодно относиться к российской спецоперации на Украине, но по вопросу обстрелов украинскими войсками Запорожской АЭС у ООН (формально занимающейся поддержанием мира во всем мире) должна быть однозначная позиция: «Киев обязан немедленно прекратить обстрелы этой территории». Вместо этого Гутерриш пытается пройти между струями, ставя бюрократические моменты выше необходимости прекратить украинский ядерный терроризм.
Так, на встрече с Зеленским Гуттериш вроде как обсудил визит миссии МАГАТЭ на станцию. «Мы согласовали с генсеком условия возможной миссии МАГАТЭ на Запорожскую АЭС, которая отправится туда законным путем через территорию, свободную от оккупантов», – заявил Зеленский.
Но если посмотреть внимательно на карту, то можно понять, что территории вокруг Запорожской АЭС давно освобождены от оккупантов – украинских. Там стоят российские войска, через позиции которых инспекторы МАГАТЭ вроде как ехать не должны.
А значит, у истории с миссией МАГАТЭ могло быть три сценария. Первый – Россия уходит со станции и сопутствующих территорий. «Военная техника и персонал должны быть выведены с завода. Необходимо избегать дальнейшего развертывания сил или оборудования на месте. Район нужно демилитаризовать», – заявил Гутерриш. Но в российском МИД уже заявили, что никакой «демилитаризации» не планируют.
Второй – чиновники МАГАТЭ отправятся на АЭС с украинской территории на лодках, через Днепр. Но тогда они всё равно окажутся на станции, которую контролируют российские операторы и российские военные.
Наконец, третий сценарий в том, что визит (который невозможно ни осуществить через «украинскую территорию», ни отказаться от него без угрозы потери лица и упреков в том, что ООН наплевала на ядерную угрозу) будет банально сорван. После очередного украинского обстрела в миссии заявят, что Россия неспособна обеспечить безопасность сотрудников МАГАТЭ, поэтому они с сожалением констатируют невозможность посетить станцию.
Также от Гутерриша ждали жесткого осуждения удара ВСУ по Еленовской колонии, где находились украинские же военнопленные. И генсек вроде как заявил об инициировании миссии по расследованию теракта – ее возглавит бразильский генерал Карлос дос Сантос Крус. «Команда должна иметь возможность собирать и анализировать необходимую информацию. Прежде всего, это означает безопасный, надежный и беспрепятственный доступ к людям, местам и свидетельствам без какого-либо вмешательства с какой-либо стороны», – пояснил Гутерриш.
Вот только проблема в том, что украинский теракт произошел аж 29 июля – то есть 20 дней назад. А поскольку сроки начала работы миссии не определены (не говоря уже о маршруте, которым она попадет в Еленовку), то к моменту начала самого расследования многие вещественные доказательства либо исчезнут, либо будут сохранены российскими следователями и признаны ООН «ненадежными». Что позволит генералу Дос Сантосу выпустить итоговый доклад с обтекаемыми формулировками из серии «кто-то кого-то обстрелял».
Наконец, у Гутерриша должна была быть жесткая и однозначная позиция относительно обстрелов ВСУ Донецка и других территорий противопехотными минами «Лепесток». Но Гутерриш ее не высказал, тем самым дав молчаливое согласие на продолжение военных преступлений украинским режимом. «Попытки западных персон приезжать с умиротворяющими миссиями на Украину оборачиваются терактами, обстрелами, жертвами и разрушениями. А по Львову, где бродили генсек ООН Гутерриш и Зеленский, обстрелов не было. Там обсуждали «мирные инициативы», – возмущается посол ЛНР в России Родион Мирошник.
Действительно, он ничего этого не сделал и не сказал. Однако, с другой стороны, не нужно требовать от ООН того, что она сделать сейчас не в состоянии – вместо этого эксперты предлагают использовать площадку организации и лично господина Гутерриша в российских интересах. Что Москва уже делает.
Да, Гутерриш поспособствовал вывозу украинского зерна из Одессы – и хорошо, ведь параллельно с вывозом украинской пшеницы были сняты санкции против российского сельскохозяйственного экспорта. Не говоря уже о том, что благодаря этой сделке Запад лишился аргументации из серии «Россия устраивает гуманитарный кризис во всем мире», через который США и ЕС планировали подтянуть к антироссийским санкциям страны Африки и Азии.
Да, Гутерриш (как и Эрдоган) не способен организовать эффективный дипломатический процесс между Россией и Украиной, однако ООН (в отличие от Турции) остается глобальной переговорной площадкой, где Москва может вести диалог с третьими странами и продвигать свою повестку среди всех мировых держав.
Да, Гутерриш не готов осудить Киев публично за военные преступления и даже не собирается прибыть в Донецк для того, чтобы увидеть факты этих военных преступлений – однако он все прекрасно понимает. И, в отличие от западных стран, не заинтересован в продолжении конфликта на Украине до последнего украинца.
Поэтому не стоит слишком гнобить генсека. Он играет как умеет. И то, как он умеет, уже работает на пользу России.