«Розовый прилив». Именно так эксперты и политологи называют серию побед левых лидеров в Латинской Америке. В Перу, Чили и Мексике левые политики уже пришли к власти. Вероятнее всего, на октябрьских выборах придут и в Бразилии.
И все же мало кто мог подумать, что прилив накроет Колумбию – вернейшего союзника и опору Соединенных Штатов в регионе («стержень Северного и Южного полушария», как назвал ее Джо Байден). Страну, чья армия чуть ли не напрямую управлялась, оснащалась и обучалась американцами (с 1999 года США предоставили Колумбии военно-экономическую помощь на сумму более чем в 13 млрд долларов). Страну, за близость к США удостоенную статуса глобального партнера НАТО в Латинской Америке. И где избрание левого антиамериканского лидера всегда казалось чем-то из разряда фантастики.
Исторически левый
Однако прилив ее накрыл. На прошедших в июне президентских выборах победу одержал объединенный кандидат от левых сил Густаво Петро. Во втором туре он с результатом в 50,44% обошел своего конкурента, радикального представителя проамериканской части истеблишмента Родольфо Эрнандеса.
«В Колумбии не было еще ни одного жизнеспособного левого кандидата, который прошел бы так далеко на выборах и остался бы в живых», – говорил после первого тура Адам Исаксон из Вашингтонской неправительственной организации WOLA, занимающейся Латинской Америкой. Однако мизерный отрыв во втором туре не стал основанием для каких-то дворцовых переворотов или «третьих туров» – США назвали выборы «свободными и справедливыми, Эрнандес признал свое поражение и 24 июня (по московскому времени) местный аналог ЦИК официально утвердил победу Густаво Петро.
В какой-то мере победа левого кандидата была предсказуема. В Колумбии произошла такая же история, как почти 20 лет назад в Венесуэле. Многолетнее правление правых партий, искусственно (в том числе и через силовые механизмы) не допускавших левые силы до власти, сделало потенциальный приход левых символом перемен в глазах народа. И когда страна вошла в затяжной экономический кризис, когда рейтинг действующего президента Ивана Дуке Маркеса упал ниже 20%, когда, как пишет журнал Foreign Policy, по 600 бедняков ежедневно умирали от ковида, а богатые колумбийцы летали за вакциной в Майами – тогда население отказалось менять правое шило на правое мыло.
Правые кандидаты от традиционных партий вообще не вышли во второй тур, а вынужденная ставка истеблишмента на Родольфо Эрнандеса не сработала. «Густаво Петро победил потому, что избиратели – особенно в крупнейших городах Колумбии – устали от усугубленных ковидом коррупции, бедности, неравенства и насилия, от которых страдает государство», – пишет британская The Guardian.
Сам Петро выступает за возрождение сельского хозяйства (прежде всего производства кофе) и национальной промышленности, называет безработицу «мастерской дьявола» и уверяет, что наркоторговля процветает там, где промышленность была уничтожена, а сельхозпроизводство стало глубоко убыточным. В юношестве, как сообщают, Петро увлекался идеями Маркса – Энгельса – Ленина, а сейчас он проповедует преодоление социального неравенства в обществе.
Более того. Победа Густаво Петро выгодна Москве. И не только потому, что Петро откроет Венесуэлу, но и из-за специфических взглядов нового президента на энергетику. Если Петро действительно будет сворачивать добычу нефти и угля в стране, то Европа потеряет еще один потенциальный источник «диверсификации» энергоресурсов.
Симбиоз?
Вопрос лишь в том, какую политику будет проводить Густаво Петро. Прежде всего в отношении Соединенных Штатов.
На первый взгляд может показаться, что враждебную. Густаво Петро не просто выступал с антиамериканскими лозунгами – он воевал против США в составе M-19 (одной из самых известных левых повстанческих группировок страны – некоторые даже считают ее второй по важности после FARC). Петро уже заявил, что намерен пересмотреть торговые соглашения Колумбии с США – он дал понять, что хочет «более равноправных» отношений между двумя странами.
Однако в Вашингтоне не бьют тревогу.
«Сотрудничество между Соединенными Штатами и Колумбией привело к улучшению систем здравоохранения и экологии, повышению уровня жизни людей и укреплению принципа верховенства закона как в обеих наших странах, так и во всем регионе. Мы рассчитываем на сотрудничество с избранным президентом Петро для дальнейшего укрепления отношений между США и Колумбией, а также движению наших народов к лучшему будущему», – говорится в заявлении Госдепа.
«Его избрание вызвало бурю негодования среди консерваторов и некоторых умеренных политиков в США. Но на данный момент представители администрации Байдена, похоже, придерживаются осторожного подхода и пытаются найти точки соприкосновения, – пишет издание Politico. – Чиновники Совета национальной безопасности и Государственного департамента... рассматривают вопросы изменения климата (Петро активно выступает за сокращение использования углеводородов) и имплементации мирного соглашения между колумбийским правительством и повстанцами из FARC как две сферы, где Байден и Петро могли бы найти эти точки соприкосновения».
И для оптимизма есть ряд причин. В частности, пресловутая борьба за изменение климата. «Зеленая» повестка Петро находит понимание и симпатию у находящихся сейчас у власти в США «прогрессистов». Общий язык с демократической администрацией также поможет наладить и вице-президент Франсия Маркес – темнокожая феминистка, экоактивистка и защитница прав человека.
Однако главные причины носят не личностный, а все-таки стратегический характер. Америка нужна Колумбии – и нужна богатая. А Колумбия нужна Америке – и нужна именно левая. Дело в том, что Петро, несмотря на свое военное прошлое, не является лидером уличных протестов или левым популистом. Он скорее похож на левого технократа.
«Мы будем развивать капитализм в Колумбии не потому, что мы поклоняемся ему, а потому, что сначала нам нужно преодолеть отсталость, феодализм и новые варианты рабства», – говорит президент Петро. А для этого ему нужны деньги – американские деньги.
«Если он сможет объяснить свой план США и преодолеть глубокий разрыв между городом и деревней, который долгое время являлся самой большой проблемой Колумбии, то отношения могут и не стать конфликтными», – говорит бывший посол США в Боготе Кевин Уитакер.
Вызову нет места
В то же время никакого «глобального вызова» Густаво Петро бросать Соединенным Штатам не будет – для этого у него банально нет внутренних ресурсов. Нынешняя элита страны, значительная часть чиновничества и генералитета связаны с Соединенными Штатами целой сетью финансовых и личных обязательств. О какой-то широчайшей поддержке народом антиамериканских идей тоже говорить не приходится – Петро, напомним, победил на выборах лишь с небольшим отрывом в 3% голосов. Если говорить о парламенте, то сформированная нынешним президентом коалиция левых сил «Исторический пакт для Колумбии» набрала почти 17% голосов на прошедших в марте выборах. Она занимает 28 (из 188) мест в Палате представителей и 20 (из 108) мест в Сенате.
Конечно, кто-то назовет вызовом восстановление отношений с Венесуэлой (по словам венесуэльского президента Николаса Мадуро, он уже обсудил со своим новым колумбийским коллегой вопрос об открытии границы).
Некоторые эксперты уже называют это решение чуть ли не вызовом всей региональной политике Соединенных Штатов, которые уже несколько лет как не признают власть Николаса Мадуро и пытаются превратить Венесуэлу в этакое государство-изгой. Но – и это в-четвертых – венесуэльское направление политики президента Петро может стать не проблемой, а спасением для Вашингтона.
Американцы признают, что их линия по Венесуэле зашла в тупик. Режим Мадуро, несмотря на все санкции, выжил. Более того, режим Мадуро нужен американцам – в частности, для вывода на рынки новых объемов венесуэльской нефти и снижения общей цены на черное золото. Однако Вашингтон по политическим причинам не может пойти на дипломатическое и экономическое взаимодействие с Каракасом – ведь тогда придется признавать свою ошибку и поражение. Вот тут им и пригодится Густаво Петро – как своего рода посредник и проводник американской «перезагрузки» отношений с Венесуэлой.
А в перспективе – и со всей левой Латинской Америкой. Со всеми лидерами, вынесенными наверх «розовым приливом», которых Соединенные Штаты хотят сделать системными левыми. Проамериканскими левыми технократами.