На днях администрация Джозефа Байдена в очередной раз продемонстрировала враждебность в отношении Кубы. Вашингтон не стал приглашать Кубу (а вместе с ней и Никарагуа с Венесуэлой) на «Саммит Америк», который прошел в Лос-Анджелесе. Тем самым дав понять, что считает «кубинскую диктатуру» самым настоящим изгоем.
Однако американские правозащитники, консерваторы и иные критики кубинской власти категорически недовольны Байденом, ведь другой рукой он подарил Гаване экономические бонусы. Одновременно с отказом пригласить Кубу США ослабили санкционный режим против Острова свободы, что теперь облегчает переводы туда денег и разрешает ряду американских граждан посещать Кубу. По словам госсекретаря Энтони Блинкена, сделано это было «в поддержку кубинского народа и в интересах внешней политики Соединенных Штатов». Внешней политики, которую Байден, напомним, обещал строить в том числе и вокруг правозащитной тематики.
Неудивительно, что снятие санкций было резко раскритиковано политической элитой Америки. «Какими бы ни были гуманитарные мотивы... худшего момента для этого решения быть не может… Кубинский режим, возможно, находится в самом плохом состоянии за все 63 года своего существования. Экономика рухнула, и поклонение Фиделю Кастро умерло, как умер он сам. Прошедшее 11 июля прошлого года восстание, когда десятки тысяч людей вышли на улицы и кричали о свободе, продемонстрировало презрение кубинцев к своему правительству… Зачем Байдену нужно было именно сейчас снижать давление на режим?» – возмущается Wall Street Journal. Возмущены и демократы.
«Это решение посылает не тот сигнал, не тем людям и не в то время, – говорит влиятельный сенатор-демократ Боб Менендес, выходец из семьи кубинских эмигрантов, бежавших от режима Кастро. – Те, кто верит, что увеличение числа поездок на Кубу приведет к развитию там демократии, находятся в состоянии отрицания реальности».
Однако администрация Байдена как раз видит реальность. И пытается сочетать свои правозащитные принципы с внешнеполитической необходимостью.
Дело в том, что для американской дипломатии и национальных интересов Куба – это не просто какой-то небольшой остров в нескольких сотнях километрах от Флориды, а ключ ко всей Латинской Америке. Домашнему для США региону, заднему двору, на котором в последние годы стали укреплять позиции враждебные для Вашингтона игроки: Москва, Пекин и даже Тегеран.
«Например, уже сейчас для всех латиноамериканских стран (за исключением Мексики) Китай стал главным торгово-экономическим партнером. Китай, а не США, главный торговый партнер стран, которые традиционно считались американским подбрюшьем, – поясняет газете ВЗГЛЯД замдиректора Центра комплексных европейских и международных исследований НИУ ВШЭ Дмитрий Суслов. – В текущих условиях США будут еще более активно бороться с российским и китайским влиянием в Латинской Америке. Наличие такого императива абсолютно не скрывается, например, на «Саммите Америк», проходящем сейчас в Лос-Анджелесе. Другое дело, что у США не хватает ресурсов для того, чтобы обеспечить маргинализацию России и Китая, выталкивание их из Латинской Америки».
А для выталкивания нужен позитивный образ США в глазах жителей латиноамериканских стран. Образ страны помогающей, а не подавляющей. И вот тут американцам аукается их более чем полувековое эмбарго в отношении Кубы, которой сочувствуют миллионы левых латиноамериканцев. В том числе и политиков, среди которых даже главы государств.
«Представьте, что вы не можете купить еду, что люди не могут купить базовые товары просто потому, что компания, которая их продает, может оказаться под санкциями. Эта изоляция, по сути, является политикой геноцида»,
– говорит мексиканский президент Хосе Мануэль Лопес Обрадор.
Еще Барак Обама в свое время понимал, что: а) Штатам нужно отбивать Латинскую Америку; б) это невозможно сделать без «очеловечивания» американо-кубинских отношений. Поэтому он, по его собственным словам, «отказался от устаревшего подхода» и вышел из «тюрьмы прошлого» – то есть частично снял блокаду.
Так, Обама позволил кубинцам получить переводы из США (в 2019 году объем этих переводов, по некоторым данным, составил 3,7 млрд долларов – и это без учета наличности, провозимой в багаже), а американцам – посещать остров в качестве туристов.
И делал он это не только для имиджа, но и для смены кубинского режима умным путем. Внешнее финансирование плюс поток клиентов (при Обаме из США на Кубу летало 200 рейсов в неделю) создали прекрасные возможности для развития на Кубе мелкого бизнеса, что, в свою очередь, вело к созданию среднего класса. А средний класс требовал демократизации режима.
Проблема в том, что такой подход Обамы категорически не разделял его сменщик на посту президента США – Дональд Трамп. В частности, из-за специфики своего электората (значительная часть которого против любых послаблений в отношении режима Кастро). Поэтому при нем санкции были резко ужесточены. Объем переводов членами семьи был ограничен одной тысячей долларов раз в три месяца. Куба вернулась в список стран – спонсоров терроризма, американским туристам запретили поездки на остров.
Трамп ввел почти 200 новых ограничений – и тем самым, по его словам, «отменил слабую, жалкую, одностороннюю сделку, которую администрация Обамы – Байдена заключила с диктатурой Кастро». В итоге в 2021 году переводы сократились до одного миллиарда, а поток посетителей – до 60 тысяч человек.
В результате санкций Трампа и грянувшего коронавируса экономика Кубы действительно испытывает серьезнейший кризис. В котором кубинцы естественно винят бесчеловечную политику США.
«Если говорить о ситуации на Кубе, то это не просто последствия пандемии, а последствия восстановления политики максимального экономического давления со стороны США», – говорит замминистра иностранных дел Кубы Жозефина Видаль. И американцы уже пожинают определенные плоды от этих санкций – не только с точки зрения имиджа, но и в плане притока мигрантов. По данным погранслужбы США, в марте к американо-мексиканской границе прибыло 32 тысячи кубинских беженцев – примерно в два раза больше, чем в феврале. А по закону 1996 года кубинцы, которые год прожили в США, могут претендовать на постоянный вид на жительство.
Именно поэтому после многомесячного анализа администрация Байдена и решила, что нужно все-таки вернуться к подходу Обамы. Поэтому и были приняты послабления в санкциях. Лимит «1000 долларов раз в три месяца» был отменен. Также власти США разрешили совершать обычные переводы (то есть не когда они делаются между членами семьи). Администрация разрешила групповые образовательные поездки, восстановила возможность для совершения чартерных рейсов с посадкой за пределами Гаваны – но, опять же, только для групповых образовательных поездок. Турпоездки американцев на остров тоже пока не разрешены.
Неудивительно, что кубинские власти называют эти уступки «позитивными, но ограниченными». Однако большего ждать от администрации Байдена было бы наивно. Белый дом лишь осторожно начал запускать процесс. При этом он четко дал понять, что не отказывается от правозащитного элемента в политике. Так, 6 июня представитель Госдепа Нед Прайс раскритиковал Кубу за преследование двух художников, которое, по мнению Вашингтона, есть не что иное как «криминализация свободы слова и художественного самовыражения на Кубе».
Кроме того, Вашингтон ждет ответных шагов от Гаваны. Американские власти требуют от кубинских коллег возобновить переговоры о выплате гражданам США компенсации за национализированную в период революции собственность. Шесть тысяч уже оформленных и поданных заявок оцениваются примерно в два миллиарда долларов. Кубинцы же в ответ требуют компенсировать те потери, которые остров претерпел во время блокады – а это, по оценкам Гаваны, от 100 до 850 миллиардов долларов США.
С таких позиций переговоры, конечно, вести будет очень непросто. «Кубинцы вообще не доверяют американцам, а американцы вообще не доверяют кубинцам», – говорит бывший поверенный в делах США на Кубе Скотт Гамильтон. Однако – еще раз – для администрации Байдена важен не столько результат, сколько сам процесс восстановления отношений. Открывание кубинским ключом латиноамериканского замка.