«Межведомственная группа по разработке национальной стратегии борьбы с антисемитизмом» – это звучит весомо и в то же время странно, поскольку речь идет о Соединенных Штатах. Оказывается, в стране, где быть меньшинством «не баг, а фича» и на повестке дня стоит защита десятков новых гендеров, довольно архаичный антисемитизм – это настолько острая проблема, что потребовала целой национальной стратегии.
Но такая проблема действительно есть, и министерская комиссия создается не для вида, а для решения действительно важных задач. Правда, далеко не все из них связаны с антисемитизмом. Гораздо чаще они связаны со шкурными интересами окружения ирландца Джо Байдена и его Демократической партии.
Американские евреи голосуют за демократов с 1930-х годов, когда проблема антисемитизма стояла еще острее. Шутка ли – вполне уважаемые члены общества и общепризнанные герои нации вроде промышленника Форда и летчика Линдберга открыто болели за Гитлера и финансировали погромные СМИ.
Примерно в то же время Франклин Делано Рузвельт, который Гитлера искренне презирал, но ощущал исходящую от него угрозу, сделал бывшую партию расистов-плантаторов партией защиты меньшинств. Палитра меньшинств была тогда не настолько пестрой, как теперь, и далеко не всех из них демократы действительно защищали. Но это была осознанная ставка на привлечение голосов католиков, евреев, чернокожих и женщин в северных штатах США.
Изоляционистская позиция части республиканцев также сыграла свою роль: евреи голосовали за Рузвельта в том числе как за человека, который был готов к военным мерам против бесноватого фюрера.
Если воспринимать их только как избирателей, потеря эта терпимая: большинство евреев проживают в либеральных штатах, где республиканцам все равно не выиграть. Но евреи еще и значимые спонсоры, а перераспределение денежных потоков в пользу консерваторов – это уже по-настоящему болезненная проблема для Демократической партии.
Корни этих перемен разнообразны. Они касаются и внешней политики (пример: произраильский Трамп против Обамы, которого в Израиле недолюбливали), и того, что еврейская община уже не настолько сплоченная, какой была раньше. Но главная причина в том, что современные демократы, особенно их левое крыло с шахадой типа «BLM, ЛГБТ, феминизм», это для многих евреев (особенно пожилых) уже too much, чересчур, проще говоря – слишком.
Хуже того, антисемиты, с которыми собрался бороться Байден, именно в этом левом крыле и окопались, переняв антиизраильскую и происламскую риторику европейских левых.
То есть правительству Байдена с его национальной стратегией в буквальном смысле придется вести огонь по своим. Лояльные демократам издания пытаются представить образ американского антисемита как белого националиста, эдакого отсталого «хиллбилли», но на самом деле типовыми носителями этой формы ксенофобии являются чернокожие.
Это наследие шестидесятых – эпохи борьбы за гражданские права, когда часть черных активистов переходили в ислам как «истинно африканскую религию» и ругали Израиль для того, чтоб получить международное признание со стороны его врагов из арабского мира.
В настоящее время лицом американского антисемитизма по только ему понятным причинам решил стать Канье Уэст – один из наиболее богатых, известных и влиятельных чернокожих мира. В начале декабря он признался в симпатиях к Гитлеру, а накануне заявил, что Коммунистическая партия Китая контролируется евреями-сионистами и что в ближайшие пять лет между США и КНР начнется открытая война.
Впрочем, Канье настолько оригинальный черный, что гораздо ближе к республиканцам, чем к демократам. Но такого никак нельзя сказать про Ильхан Омар – эмигрантку из Сомали, которая стала одной из двух первых мусульманок, избравшихся в Конгресс США (точнее, в нижнюю его палату – Палату представителей). Первый мусульманин – Кит Элиссон, избравшийся еще в 2006-м, тоже чернокожий и на американский манер неофит – выходец из католической семьи.
Именно с заявлениями Омар, которую относят к «наиболее прогрессивным» (то есть левым до красноты) конгрессменам, связаны наиболее громкие скандалы с антисемитским подтекстом на Капитолийском холме за последние несколько лет. Но всякий раз ввиду принадлежности к «прогрессивному крылу» демократов и чернокожим женщинам она отделывалась легким испугом.
Однако байденовская комиссия, вполне возможно, создается и по ее душу тоже. Собственно, это ее вторая важная задача – осадить внутрипартийных радикалов, которые грозятся стать авангардом преобразованной Демпартии.
Таких, как Омар, Белый дом от огня со стороны республиканцев, если нужно будет, прикроет. Но игра идет более хитрая: Байден, его окружение и большая часть партийной элиты относятся к умеренным демократам-центристам, а такие кадры, как Омар, для них в лучшем случае – внутренняя оппозиция, в худшем – опасные радикалы, чьи взгляды набирают популярность в среде американской молодежи.
Антисемитизм в США – достаточно серьезное обвинение с точки зрения последствий для имиджа и карьеры.
И байденовская комиссия с ее нацстратегией наверняка станет эдаким «кнутом» для политиков типа Омар, ее подруги Рашиды Тлаиб и других чернокожих-радикалов. В картине мира некоторых из них афроамериканское сообщество было обворовано еврейским, но в публичном поле претензии чаще крутятся вокруг антиарабской политики государства Израиль.
Щелканье «кнутом» поспособствует и цели номер один – отговорить инвесторов еврейского происхождения от смены партийности. Американская политика – такое пространство, в котором попытка решить любую проблему (через создание новых стратегий или как-то еще) почти наверняка имеет двойное дно, скрытую задачу и корыстный интерес. По забавному совпадению такие же качества антисемиты прошлого и настоящего приписывают евреям.