В Эфиопии повстанцы из «Народного фронта освобождения Тыграя» (НФОТ) захватили город Лалибэлу – религиозную, культурную, историческую и туристическую столицу страны, внесенную в список Всемирного материального наследия ЮНЕСКО. Новый виток гражданской войны в Эфиопии начался практически сразу же после того, как действующий президент Абий Ахмед Али получил Нобелевскую премию мира за подписание мирного договора с Эритреей, бывшей провинцией Эфиопии, получившей независимость по результатам предыдущего витка гражданской войны. Уже две недели, как правительственные войска отступают по всему фронту в мятежной провинции Тыграй, что в перспективе может привести к поражению так называемой центральной власти в Эфиопии и переделу страны между тремя крупнейшими этническими группами. А то и к ее распаду.
Захват Лалибэлы можно сравнить с захватом в Сирии джихадистами из ИГИЛ* в мае 2015 года Пальмиры, которую потом русским людям пришлось дважды освобождать. Разница лишь в том, что солдаты НФОТ – православные христиане, и нет никакой угрозы религиозным и историческим памятникам в городе. Лалибэлу построили в начале XIII века по решению царя Гебре Мескеля по прозвищу Лалибэла («тот, кому поклоняются пчелы» – якобы после рождения его окружил рой) как ответ на захват Саладином Иерусалима. Местную речку переименовали в Иордан и четверть века вырезали прямо в скалах гигантские храмы, которые должны были копировать иерусалимские. Правда, царь Лалибэла в Иерусалиме никогда не был, ссылался на видения, и получилось то, что получилось. Но масштаб и уникальность построек может впечатлить любого.
Религиозность абиссинских и затем эфиопских царей и императоров всегда была немного, скажем так, особенной для европейского взгляда. Даже в ХХ веке. Император Менелик II, основатель Аддис-Абебы и большой друг русского поэта и путешественника Николая Гумилева, например, считал, что Библия лечит все болезни в прямом смысле слова. И потому в лечебных целях съедал в день по странице. Говорят, дошел до Книги Исхода, пока не скончался.
Кроме всего прочего, местные священники и монахи утверждают, что именно в Лалибэле хранится Ковчег завета. Впрочем, в провинции Тыграй буквально в каждой второй церкви есть свой Ковчег завета, это очень распространенная в этих местах легенда. За несколько быров (местная валюта) в провинциальных церквях его даже показывают туристам. Каждый раз разный. Как и иконы, на которых Иисус Христос изображен чернокожим.
При этом все эфиопские народы очень обижаются, когда их называют африканцами, неграми и так далее. И действительно, кроме пигментации кожи, кушито-семитские племена с народами черной Африки ничего не связывает, включая европеоидные черты лица.
В основе бесконечных гражданских войн в 116-миллионной стране лежат противоречия между тремя крупнейшими этническими группами: амхара (амхарский язык государственный и используется для межнационального общения), оромо и тигре. Эти три народа последовательно сменяют друг друга на позиции центральной власти в Аддис-Абебе. При каждой последующей смене этнической доминанты происходит передел власти, земли и финансов внутри страны, а две оставшиеся за бортом нации переходят в оппозицию. Часто вооруженную. Так случилось и в этот раз. Хотя есть нюансы.
При власти большого друга Советского Союзе Менгисту Хайле Мариама в стране доминировали амхарцы. Именно националист Менгисту развязал гражданские войны против эритрейцев, огаденцев и соседнего Сомали, втянув в них и Союз, и Кубу. При нем притеснениям подвергся и второй по численности народ страны – оромо. Режим Менгисту под видом коллективизации в советском стиле отбирал у оромо земли и сгонял их в колхозы. Оромо чуть ли не официально считался народом «второго сорта», их прилюдно обзывали неграми. А это очень обидно.
В конце концов все обиженные народы и племена организовались в единый фронт и в 1991 году захватили Аддис-Абебу и выгнали Менгисту из страны. До сих пор он живет в изгнании на охраняемой правительственной вилле в Зимбабве.
Большую часть повстанческой армии, которая свергла режим Менгисту, составляли тигре. Тот самый «Народный фронт освобождения Тыграя». Их активно поддерживала родственная Эритрея. Понятно, что по итогам свержения Менгисту власть в Эфиопии перешла в основном к народности тигре. Третьей по численности в стране. Они же стали доминировать в армии, полиции и службах безопасности.
Главой Эфиопии с практически диктаторскими полномочиями стал руководитель НФОТ Мелес Зенауи. И оставался таковым до 2012 года, пока не умер от непонятной инфекции. Его обвиняли в авторитаризме, национализме (только теперь тигре). Он дважды вводил войска в Сомали, грозил Судану и даже ввязался в начале 2000-х в конфликт с бывшим союзником – Эритреей.
Надо сказать, что в период борьбы с Менгисту у лидеров НФОТ были весьма экзотические политические взгляды. Поскольку Менгисту считался лучшим другом Советского Союза, Мелес Зенауи и его ближайшие соратники (нынешние лидеры партии тигре) нашли на карте мире самого непримиримого идеологического врага СССР – ходжаистскую Албанию – и объявили себя сторонниками ее политического курса. Это выглядело комично, но довольно продуктивно. Придя же к власти, Мелес Зенауи быстро забыл о своей ходжаистской идеологии, распустил колхозы и стал строить экономику по китайскому образцу – управляемого рынка. Это свидетельствует не столько о политических взглядах нынешних противников, сколько о том, что этих взглядов у них нет. Мы имеем дело с чисто националистическими движениями в их концентрированной форме. Экономика и политика тут вторичны.
После неожиданной смерти Зенауи в правящей партии решили достичь компромисса между основными народами и установили принцип ротации на руководящих постах. Тем не менее президент избирался прямым голосованием. В результате в 2018 году президентом был избран Абий Ахмед Али – человек без точной национальности и не традиционного для Эфиопии вероисповедания.
В ряде СМИ неточно называют Абий Ахмета Али мусульманином, отталкиваясь от его имени. Это не так. Он протестант, что для Эфиопии большая редкость. Имя досталось ему от отца, мусульманина из народности оромо, а мать его – православная амхарка. Изначально он ассоциировал себя больше с народностью отца и долгое время занимал различные руководящие посты в провинции Оромия (Эфиопия – федеративное государство, где автономные провинции сформированы строго по этническому принципу). Но положение полукровки позволило ему быстро договориться с амхарскими партиями и движениями. Случилась там называемая революция оромо, когда народу оромо стали массово возвращать земли, которые были перераспределены в пользу других национальностей во времена прежних правителей. А в правительство вошли в основном представители народов оромо и амхара, а правившие двадцать лет тигре остались за бортом.
Удивительно, что партия «НФОТ» (читай: тигре), контролировавшая армию и службу безопасности, так быстро сдала свои позиции в столице и целиком переместилась на свои этнические земли. Некоторые эксперты считают, что главной движущей силой этой революции стали крестьяне оромо и амхара из провинций в окрестностях Аддис-Абебы, которые сильно страдали из-за захвата их земель зайстрощиками, большинство из которых по понятным причинам были тигре. Эти же крестьяне стихийно стали формировать отряды самообороны и выдвигать политические лозунги. Именно в этот момент НФОТ и потерял власть в столице. Они переместились в провинцию Тигре, а новый лидер НФОТ, старый боец еще с императорской властью Дебрецион Гебремикаэль заговорил о независимости Тыграя.
С этим есть проблема. Тигре уже однажды брали штурмом Аддис-Абебу, и им там понравилось. Аж на двадцать пять лет понравилось. Кроме того, Тигре провинция бедная и целиком зависит от поставок продовольствия, в том числе и по гуманитарной линии, которые идут через центральные районы страны. Скорее всего, Гебремикаэль хотел бы вернуться в Аддис-Абебу, разбив федеральную армию, и получить контроль над всей страной, а не только над родной землей.
Попутно в поддержке «сепаратизма Тыграя» обвиняют и самого знаменитого в мире представителя народа тигре – главу Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ), главного планетарного борца с ковидом Тедроса Гебрейесуса. Хотя он ни разу на эту тему не высказывался.
А вот у президента Абий Ахмета Али далеко идущие планы. Он на полном серьезе намерен покончить с НФОТ и национализмом, а по сути – многолетней гегемонией тигре. И именно потому он, получив Нобелевскую премию мира, тут же отправил в Тыграй армию вместе с амхарскими ополченцами. У которых с тигре территориальные споры. Ополченцам-амхара обещаны земельные преференции, что в скором времени может привести к резне по принципу тутси – хуту в Руанде.
Правда, надо помнить, что именно тигре на протяжении трех десятков лет составляли большую часть офицерского корпуса армии Эфиопии, и их нынешние успехи после кратковременного отступления в прошлом году вполне закономерны. Кроме того, президент Али не успел за три года окончательно вычистить тигре из государственных органов власти и экономики, а его Партия процветания не популярна даже среди оромо и амхарцев. Его лозунги о создании унитарного государства также поддержки не находят.
За происходящим внимательно следят соседи. Эритрея по понятным причинам склонна помогать тигре. А вот Судан попытался воспользоваться ситуацией и вторгся на территорию Эфиопии на севере страны. Дело в том, что граница там окончательно не определена и часть суданских земель долго эксплуатировалась эфиопскими фермерами. Долго – это лет 50. Суданские войска заняли эти земли и эфиопские фермы. Президенту Али пришлось снимать войска с фронта в Тигре и перебрасывать на север, в результате чего эфиопы даже перешли на территорию Судана. Конфликт более-менее был заморожен, но осадок остался.
Отдельная история – позиция Египта. Каир с ужасом смотрит на постройку монструозной плотины на Ниле, «великого проекта» для Эфиопии, несущего возможную экономическую и социальную катастрофу для Египта.
Попытки договориться дипломатическим путем пока не привели к результатам, и Эфиопия уже почти закончила наполнение водой гигантского водохранилища, что может спровоцировать обмеление Нила на территории Судана и Египта. Пока египтяне открыто в гражданскую войну в Эфиопии не вмешиваются, но наблюдают пристально. По одному из сценариев, если темп и уровень резни будут нарастать, Египет вполне может обратиться в ООН или к кому еще с требованием ввести в Эфиопию миротворческие войска. А там и до заморозки плотины или пересмотра соглашений по Нилу недалеко.
При самом плохом сценарии 116-миллионная страна может втянуться в фазу разрушительной резни, что приведет к серьезному перераспределению позиций в регионе. На карте очень быстро появляется еще одна очень горячая точка, и компромисс пока не просматривается.
* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ