Призыв президентской партии к президенту Владимиру Зеленскому разорвать дипотношения с Россией вскоре после своего обнародования был подан как нечто вроде самодеятельности. «Это позиция отдельных депутатов, а не фракции или партии», – заявила замглавы фракции «Слуга народа» Евгения Кравчук.
Но значительно больше это похоже на то, что называют информационным администрированием или политической технологией. Другими словами, это попытка офиса Зеленского поднять ставки в споре с Москвой, но так, чтоб не нести за это ответственность и при необходимости отыграть назад.
На это указывает, в частности, то, что «воззвание» к президенту было распространено через депутата Елизавету Богуцкую. Женщина эта специфическая – врач-психиатр из Симферополя, сколотившая неплохое состояние, была для украинской пропаганды чем-то вроде «голоса оккупированного Крыма». «Сопротивление» она оказывала весьма театральное – то украшала свой автомобиль национальными узорами, то врубала на полную громкость гимн Украины, проезжая мимо отделения ФСБ.
После того, как в доме «автоледи» провели обыски, Богуцкая переехала в Киев, ушла в политику, раздавила пешехода насмерть, сменила несколько патронов (Петр Порошенко, Михаил Саакашвили), пока не прибилась к команде Зеленского, которая использует ее для специфических сливов.
Например, в августе 2019-го Богуцкая написала сообщение к некоей Леночке, рассказывая, что Петр Порошенко готовил госпереворот. И специально сделала это так, чтобы переписку зафиксировали журналисты.
Но сейчас не август 2019-го, а апрель 2021-го, политическое противостояние с Порошенко для Зеленского менее актуально, чем «схематоз» вокруг Донбасса и попытки добиться от Москвы хоть каких-то уступок, которые можно было бы выдать за свою политическую победу.
Напомним последовательность событий: офис Зеленского провоцирует эскалацию вокруг Донбасса и пытается через это добиться прямых переговоров с Владимиром Путиным, но безуспешно. В Кремле добавили Зеленского в «игнор», резонно рассуждая тем образом, что своей внешней политикой (а сейчас она сводится к попыткам как-то монетизировать резко антироссийскую позицию по примеру Польши и Прибалтики) президент Украины переговоров не заслужил и говорить с ним сейчас не о чем.
Его желание «переписать» Минские соглашения под себя по определению не могло найти понимания у Москвы, где стоят на том, что Киев должен выполнить те условия, которые обязался выполнить прежде (причем речь идет даже не о заключенных Порошенко Минских соглашениях, а об итогах первой встречи Путина и Зеленского в «нормандском формате»), и только потом можно будет возобновить прямые переговоры. Раньше – просто бессмысленно, ведь диалог вокруг Донбасса намеренно профанирует именно украинская сторона.
Начинать полномасштабную войну, чтобы пробить это равнодушие, страшновато – процесс может стать неконтролируемым, а на Западе такой сценарий согласовывать отказались и достаточных гарантий безопасности не дали. Остается заочно торговаться, поднимать ставки, угрожать – именно на это и направлено воззвание «слуг народа».
Главное в нем – призыв разорвать дипломатические отношения с Россией и пригласить на Украину военных НАТО. Второе, что и говорить, для России чувствительно, но не выходит за рамки обычных украинских «хотелок». Нет никаких оснований полагать, что Запад, отвергавший такой сценарий прежде, согласится на него сейчас и придаст тем самым своему конфликту с Россией по-настоящему опасный накал.
Разрыв дипотношений, напротив, во власти Киева, однако Зеленский на него не пойдет. Мы имеем дело с блефом, который обставлен вот эдак, через Богуцкую, потому что заявить угрозу иначе было нельзя.
Если Зеленский сам поднимет тему разрыва дипотношений, в Кремле пожмут плечами: мол, разрывай, тебе же хуже, а на языке ультиматумов мы разговаривать отказываемся. Если воззвание обнародовано от имени всей фракции, а президент не прислушается, он будет выглядеть робким и нерешительным даже на фоне собственной партии.
Но когда вброс в информационное пространство происходит от имени партийных радикалов, можно сделать вид, будто проявляешь мудрость-рассудительность и по-прежнему готов к диалогу с Москвой (хотя в реальности к диалогу на твоих условиях не готовы как раз с тобой), а если Москва продолжит играть в принципиальность, есть, мол, и такая перспектива – окончательный разрыв.
На самом деле такой перспективы нет. Начиная с 2014 года вопрос окончательного разрыва дипотношений поднимался украинскими политиками регулярно, но даже такие люди, как Александр Турчинов и Андрей Парубий (не говоря уже о Петре Порошенко), понимали, что действительно «только хуже будет». Тогда Украина окончательно потеряет канал связи с Москвой, чего очень боится. В моменты острых кризисов останется только ждать звонков из Кремля или прибегать к помощи кума Владимира Путина – Виктора Медведчука, которого и Порошенко, и Зеленский держат за личного врага (при этом в борьбе с ним Зеленский пошел гораздо дальше Порошенко).
То есть результат получится обратным задуманному. Вместо внимания к своим абсурдным инициативам Зеленский получит еще большую изоляцию, а если решится на боевые действия в Донбассе, то вообще будет приравнен к Саакашвили – единственному иностранному лидеру, с которым российские власти официально отказывалась вести какой-либо диалог.
Поэтому разрыва дипломатических отношений не будет. По крайней мере, не сейчас. Москву просто пытаются вызвать на разговор, демонстрируя через часть «слуг народа» теоретическую возможность «радикальной» меры.
Говоря об украинской внешней политике, надо понимать, что у нищей страны с хлипкой государственностью и множественными внутренними противоречиями крайне мало козырей для полноценной игры.
Самый главный – соседство с Россией, поэтому можно продавать себя западным «ястребам» как источник нестабильности у ее границ. Именно это Зеленский сейчас и делает, но приемлемого для себя результата не получает. Все остальные козыри – это различные схемы, угрозы, провокации, умение состроить хорошую мину при очень плохой игре и другие политические технологии, с одной из которых мы и имеем дело, говоря о воззвании от имени Богуцкой и Ко.
Проблема Киева в том, что в Москве к таким фокусам давно привыкли и знают, как на них реагировать, поэтому остается «делать хоть что-то», чтобы обратить к себе внимание. Вот и делают это «что-то», точнее, не делают ничего, придавая себе вид готовности к решительным действиям.
На здоровье, в общем-то. Лишь бы не было войны.