«Отсутствие туристов, вызванное закрытием границ, оставило карманников без работы», «Лихим людям некого грабить на улице», «Мафия не может распространять наркотики из-за карантина» – вот несколько заголовков. Однако авторы красивых заголовков не видят или не хотят видеть реального: преступность, как всякий живой организм, обладает способностью приспосабливаться к обстоятельствам, мимикрировать, менять окраску, место сосредоточения и методы работы. Умение извлечь из ухудшения общей ситуации максимум пользы для себя – одно из основных ее качеств.
Мафия просыпается
Однако если проанализировать ситуацию повнимательнее, можно обнаружить, что радикальное снижение показателей уличной преступности – явление, не имеющее перспектив длиться сколько-нибудь долго. По данным испанской La Vanguardia, например, только «за первую неделю карантина (с 16 по 22 марта – прим. ВЗГЛЯД) количество зарегистрированных преступлений в Барселоне снизилось вдвое. Чувствуется, что автору хочется продолжить логический ряд: а через неделю преступность сократится еще вдвое, а потом еще и еще – и так до нуля.
Как показывает действительность, преступность в Европе никуда не делась. Да, она исчезла с улиц. Но, во-первых, это не насовсем. А во-вторых, плавно перетекла на время в другие сферы.
А теперь – по пунктам. Накануне изоляционной эры во Франции и Великобритании прокатилась волна вандализма и мародерства: малообеспеченные слои общества, лишенные возможности честно закупить все, что нужно на всю оставшуюся жизнь, с удовольствием били витрины магазинов и растаскивали оттуда по домам, что можно было утащить. А что нельзя – на всякий случай поджигали. Полиция с этим явно (во Франции особенно) не справлялась. Карантинный режим практически снял проблему мародерства с повестки дня.
Но вряд ли это надолго. Как показывает опыт южной Италии (Сицилии – в особенности), нищета и перспективы голода очень скоро погонят бедные массы на улицу вновь. Совсем не для участия в мирных первомайских демонстрациях с транспарантами, что-то говорящими про международную солидарность трудящихся. На Сицилии назревает взрыв. 26 марта там уже была зафиксирована «пробная акция»: в Палермо два десятка человек, самоорганизовавшись через Facebook*, посетили супермаркет. Участники группы набили полные тележки необходимой снедью и попытались протаранить ими кассы и витрины магазина, чтобы уйти с добычей, не заплатив.
Полицию и карабинеров подняли по тревоге, дабы организовать патрулирование крупных площадей, на которых стоят магазины. От засланных казачков правоохранители получили информацию, что в городе наличествует как минимум 50 000 человек, без евроцента в кармане. Доведенных до отчаяния, оставшихся без помощи государства, но сохранивших желание жить и обеспечить для этого себя продуктами.
В субботу, 28 марта, премьер-министр Италии Джузеппе Конте выступил по телевидению с заявлением о выделении правительством €4,7 млрд городским администрациям страны. На эти деньги мэрии должны организовать скорую продуктовую помощь беднейшим слоям населения. Красивый жест, но явно недостаточный для того, чтобы успокоить южную часть страны. Вряд ли государство, имеющее государственный долг €2,4 трлн (при ВВП €2,1 трлн), способно сколько-нибудь долго продолжать в таком же духе. Особенно в условиях, когда ЕС не настроен выделять какие-то кредиты Риму.
По данным итальянского статистического агентства Istat, три региона страны с наименьшим годовым доходом на семью находятся именно на юге – Калабрия (€16 000), Сицилия (€17 600) и Кампания (€18 500). С таким уровнем «богатства» у жителей юга просто по определению нет возможностей запастись едой и туалетной бумагой надолго. А карантин все продлевают и продлевают. Вот уже кабинет Конте выражает осторожный оптимизм, что «к нормальной жизни Италия сможет вернуться с 4 мая».
Мало сомнений, что преступность вновь вернется на улицы раньше. Особенно, если вспомнить, что три названных региона – берлоги крупнейших преступных группировок Италии. Вряд ли кто не слышал о сицилийской мафии, каморре в Кампании и ндрангете в Калабрии. Этим организациям карантин сильно наступил на горло и мешает дышать, так что они не просто поддержат всплеск волны вандализма и разграбления всего, что возможно, но и сейчас готовят ударные отряды будущих акций, подчеркивает испанская El Confidencial.
Золотая жила спекулянтов
Это – о затаившейся преступности. А теперь – о перетекшей. Основные видимые криминальные события теперь происходят непосредственно в больницах и около них. Кражи из медучреждений масок, средств индивидуальной защиты с последующей продажей ворованного через интернет – обычное дело в Литве. Подменить дезинфицирующие средства на складах обычной водой – тоже доходный бизнес.
В американских СМИ недавно была очень популярной история двух братьев Мэтта и Ноя Колвинов из Чаттануги, мотавшихся по штатам Кентукки и Теннеси на своем грузовичке, скупавших дезинфицирующие средства и выставлявших потом их через Amazon на продажу по ценам в десятки раз выше закупочных. Долларовые бутылки средства Purell влет уходили сначала по восемь, а через несколько дней и по семьдесят долларов. На Amazon это не сразу, но заметили, и аккаунты братьям прикрыли. Теперь у них сараи забиты дезинфектантами (17 000 бутылок), с которыми братья не знают, «какого черта делать, а ведь их продажа могла позволить нашим семьям достойно существовать».
По данным Transparency International, «больницы изо всех сил пытаются справиться с COVID-19, поскольку они сталкиваются с нехваткой коек и отсутствием достаточного количества медицинских работников. Это вызывает обеспокоенность в связи с повышенным риском получения взяток. В ЕС 19% граждан сообщают о даче взятки в сфере здравоохранения в среднем, в Германии, Франции и Испании это доходит до 29%».
Коррупция на вирусе
Но это – примеры, скажем так, мелкой спекуляции. По-крупному она идет на другом уровне. Глава итальянского региона Ломбардия, наиболее зараженного коронавирусом, рассказал в интервью корреспонденту испанской El Pais о том, как на приобретении средств защиты и медикаментов некие посреднические структуры зарабатывают огромные деньги, завышая цены товаров на многие десятки процентов.
В Испании правительство второй месяц подряд обещает закупить миллионы экспресс-тестов, но приобретаемые постоянно оказываются с недопустимым обилием дефектов или эффективностью ниже 50%. При этом дворец Монклоа хранит молчание в ответ на вопросы, почему закупалась продукция у фирмы, не значившейся в списке рекомендованных китайским посольством и упорно не называет посредническую испанскую компанию, через которую ведутся сделки.
Дошло до того, что регионы стали самостоятельно выходить на предприятия КНР и приобретать в Поднебесной все необходимое мимо центра. Который не нашел ничего лучшего, чем объявить себя эксклюзивным обладателем прав на производство закупок.
По мнению Transparency International (TI), «коронавирус стал идеальным инкубатором для коррупции в системах здравоохранения». «Закупки в системах здравоохранения являются одним из видов деятельности, наиболее сильно пострадавших от коррупции. В связи с поступающими сообщениями о нехватке медикаментов и предметов медицинского назначения возникает дополнительная нагрузка на закупки. Подсчитано, что 10-25% всех денег, потраченных на закупки во всем мире, теряются из-за коррупции, а в ЕС 28% случаев коррупции в здравоохранении связаны именно с закупкой медицинского оборудования», – отмечается на портале организации.
Эксперты TI вспоминают, как несколько лет назад «мир потратил более 18 миллиардов долларов США на накопление лекарства тамифлю, раскрученного фармацевтами, как радикальное средство от свиного гриппа, но оказавшимся в итоге «слабой копией обыкновенного парацетамола». Сейчас на разработку вакцины против коронавируса тоже будут собирать с миру по нитке огромные средства и нет гарантий, что часть из них не осядет в карманах прилипал-посредников, считают аналитики.
Информация, прямо скажем, ничего не открывает нового: в обычной жизни во многих государствах существует фармакологическое лобби, фактически держащее под своим контролем все сделки, осуществляемые ведомствами здравоохранения, и делающее на этом свой гешефт. В Алжире, например, частная организация Pharmacie centrale des hôpitaux («Центральная аптека больниц») диктует тамошнему минздраву, что закупать, а что нет. Все сделки проводятся только через нее. Годовой оборот составляет более 5 млрд евро. В период эпидемий контроль лоббистов над структурами здравоохранения не ослабляется, а только усиливается. И нынешняя пандемия COVID-19 – не исключение.
* * *
Так что, как видим, никуда преступность во время чрезвычайных ситуаций по медицинским показаниям не исчезает. Ни уличная с ножами и мордобоем, ни «беловоротничковая» со связями в официальных государственных и неофициальных теневых структурах.
* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ