В чем главная прелесть сегодняшних международных отношений? В их непредсказуемости. Мир стал настолько маленьким и взаимосвязанным, что на глобальные процессы влияет огромное количество различных переменных. И иногда под их влиянием формируются весьма причудливые явления.
Одно из них – резолюция о признании независимости самопровозглашенной Нагорно-Карабахской республики (НКР), принятая верхней палатой парламента Франции.
Бумажка
25 ноября французский Сенат 305 голосами из 306 присутствующих поддержал резолюцию, предлагающую правительству активно вмешаться в ситуацию в Нагорном Карабахе. Оказать гуманитарную помощь местным жителям, защитить их через развертывание «международных сил», расследовать военные преступления и выявить роль Турции в них, добиться ответа Анкары через институты ЕС (в переводе на русский язык – принять санкции). Ну и наконец «признать Нагорно-Карабахскую республику и сделать это признание инструментом переговоров с целью установления прочного мира».
В Баку это решение назвали «пустой бумажкой». В Ереване – историческим решением. На деле же получается, что решение на данный момент действительно является пустой бумажкой, причем во многом по вине самого Еревана.
На протяжении всего конфликта вокруг Нагорного Карабаха премьер-министр Армении упрашивал иностранные государства признать НКР, армянские СМИ публиковали новости о признании Карабаха местными властями и городскими собраниями различных стран – но при этом сам Ереван так и не признал эту территорию независимым государством. Такой подход Еревана в отношении Нагорного Карабаха, как верно отметил Владимир Путин, «существенным образом оказывал влияние на все происходящие там события», а также серьезно тормозил процесс признания в других государствах. Ведь если сама Армения не признала –то почему должен признавать кто-то другой?
Вот и французский МИД вроде как занял эту позицию. «Одностороннее признание Францией независимости Нагорного Карабаха не пошло бы на пользу никому. Это не в интересах ни Армении, ни Нагорного Карабаха, ни Франции, ни европейских партнеров, ни сопредседателей Минской группы», – заявил представитель внешнеполитического ведомства стран Жан-Батист Лемуан.
Асимметричный удар
Однако сам Елисейский дворец свою позицию пока не выразил. Фактически президент Франции Эммануэль Макрон взял мхатовскую паузу. По итогам которой вполне может как принять волю Сената, так и продолжить свое молчание, угрожая признанием в любой момент. И дело тут не в особой любви к армянам – а в интересах Франции.
Во-первых, интереса к армянским деньгам. Нищая Армения Парижу не нужна, а вот к богатым представителям диаспоры там прислушиваются. Во Франции живет почти 600 тысяч этнических армян, и это не какая-то гопота из пригородов, а бизнесмены, интеллигенция, горожане. По сути, это вторая по влиятельности армянская диаспора после американской. Трафить ей всегда полезно и выгодно.
Да, казалось бы, льстя французам армянского происхождения, Эммануэль Макрон отталкивает от себя избирателей-турок (которых в Пятой республике насчитывается от 600 до 800 тысяч). Однако эти люди куда менее влиятельны. К тому же больше не являются избирателями нынешнего президента – абсолютное большинство из них лояльны султану Турции Реджепу Эрдогану, с которым у Макрона большой конфликт.
И этот конфликт – вторая причина, почему французы демонстрируют готовность признать Карабах. Дело в том, что Париж рассматривает Анкару как чуть ли не экзистенциальную угрозу, и не только Европе в целом, но и самой Франции непосредственно. Именно Эрдогана многие считают как вдохновителем прошедших в республике терактов, так и спонсором усиления там исламского радикализма.
Почти половина имамов, прибывших во Францию из других стран – это турки. Анкара контролирует каждую седьмую французскую мечеть. Но при этом выступать против Эрдогана открыто Париж не может – Вашингтон и Берлин не одобрят драку внутри НАТО. Вот и приходится отвечать асимметрично. Например, бить по младшему партнеру Турции – Азербайджану. Именно поэтому французские СМИ сейчас массово раскручивают тему о военных преступлениях азербайджанской армии во время захвата Нагорного Карабаха.
Хотите слона?
Третья причина – реакция на удаление из мирного процесса. Париж крайне недоволен тем, что формат перемирия был выработан в российско-турецком формате, а не в рамках переговоров сопредседателей Минской группы ОБСЕ.
Более того, вслед за фактическим исключением из процесса может последовать формальное – Баку, Анкара и ряд западных экспертов ставят под сомнение смысл дальнейшего нахождения Парижа в качестве сопредседателя Минской группы. По словам одного из ведущих специалистов по Карабаху Томаса де Ваала, «важно, чтобы на этом месте была европейская страна, вызывающая уважение и в Армении, и в Азербайджане – а Франция сейчас воспринимается как проармянский игрок, что лишает ее рычагов воздействия на ситуацию». Вот Париж и повышает ставки и демонстрирует Москве с Анкарой, что либо они примут его как коллективного участника, либо французы будут активничать в одностороннем порядке, играя роль слона в посудной лавке.
Например, Макрон уже говорит о намерении «принять решительные меры для защиты религиозного и культурного наследия» Нагорного Карабаха – и все теперь гадают, как это будет выглядеть. Если же Макрона «вынудят» подписать признание НКР, то может полететь весь ныне существующий переговорный формат. Париж удивляется на предмет того, почему Москва отказывается от участия настроенного на сдерживание Турции потенциального союзника? Французы искренне надеялись на то, что Кремль их примет с распростертыми объятиями, ведь Россия, по мнению французских дипломатов, не рада приходу турок на Кавказ.
Да, не рада – и, возможно, эта надежда воплотилась бы в жизнь, если бы не несколько маленьких «но». Макрон, как и многие другие лидеры ЕС, не обладает суверенитетом и боится принимать сложные решения, могущие пойти вразрез с интересами Берлина и Вашингтона, которые не хотят конфликтов между странами-членами НАТО. С таким союзничком не то что в бой – в разведку идти страшно. Кроме того, о каком сотрудничестве может идти речь, когда Франция принимает санкции против России и участвует в раскрутке фальшивки об отравлении Алексея Навального «Новичком»?
Развернитесь
Наконец, в нынешних действиях Франции в карабахском вопросе наблюдается не только антитурецкий, но и антироссийский подтекст. Нехитрое намерение выбить Армению из-под России – вот четвертый для Парижа резон устраивать театр с принятой резолюцией.
Дело в том, что в Ереване до сих пор идет процесс осознания произошедшей катастрофы. При этом армяне не хотят и не готовы признать, что в ней они виноваты сами – потому что не готовились к продолжению войны, потому что два с лишним года назад избрали премьера-популиста, чьи действия в ходе войны напоминали откровенный саботаж и шаги по сдаче Карабаха. Гораздо проще искать внешние причины поражения – и сейчас ряд сил пытаются навязать людям идею о вине России. Что Москва не помогла, Москва не спасла. Местные «полезные идиоты» и ориентированные на Запад региональные СМИ пишут о том, что армянам нужно сделать выводы, отказаться от сотрудничества с Москвой и ориентироваться на США и ЕС.
В их аргументации, правда, есть одно слабое место – они не могут предъявить ни одного факта реальной поддержки Армении со стороны пресловутого Запада.
И вот тут в кассу приходит символическое решение Сената Франции о признании НКР, которое – в силу чувствительности вопроса – для армян может быть не менее важным, чем российская военная помощь. А значит, укрепит позиции западников в армянском обществе. Часть которого до сих пор не может понять, что для Запада Армения, как и Карабах – это лишь пешки на шахматной доске против России. Пешки, которых разменяют в любой момент.
Поэтому не стоит ставить свое государство на эту доску. А вместо того, чтобы радоваться бессмысленному теперь (после проигранной войны) признанию, заняться важнейшей для Армении задачей – внутренними реформами и укреплением связей с реальным союзником. С Россией. И в случае успеха на этом пути (и возможных провалов Эрдогана) геополитическая конфигурация может измениться, и нынешнее решение Франции, возможно, обретет смысл и станет полезным.
Ведь мир стал настолько маленьким и взаимосвязанным, что на глобальные процессы влияет огромное количество различных переменных. И иногда под их влиянием формируются весьма причудливые явления.