В Следственный комитет поступил запрос от депутата Госдумы Николая Земцова с просьбой проверить слова депутата грузинского парламента Акакия Бобохидзе, обращенные к членам российской парламентской делегации в Тбилиси: «Убивал вас в Абхазии, убиваю и буду убивать!».
«Данную реплику прошу считать признанием в причастности к убийствам граждан Российской Федерации во время грузино-абхазского конфликта 1992–1993 годов», – говорится в запросе. «Я прошу Бастрыкина проверить, был ли он причастен к убийствам наших граждан. Пусть он пояснит нашим следователям, каким образом он убивал наших граждан, был это военный конфликт или организованная преступность, что он имел в виду. Такие заявления не должны оставаться без реакции», – утверждает российский парламентарий.
Сам Акакий Бобохидзе неожиданно отреагировал на перспективу уголовного дела против него в России. «Что касается возбуждения дела против меня Следственным комитетом РФ на основании моих высказываний, то я приветствую это. Комитету тогда придется расследовать, что было нужно российским гражданам в Абхазии в 1992–1993 годах, а также что делали российские граждане на территории Грузии в 2008 году. И тогда я готов отправиться в Москву и сотрудничать со следствием», – заявил Бобохидзе грузинским СМИ. Ему предложили госохрану, поскольку «русские могут что угодно сделать даже в Тбилиси». Бобохидзе отказался с элементом гордого фатализма: «Что-то сделать можно, но быть всегда защищенным от какого-то ведомства невозможно, поэтому у меня нет никакого желания находиться под охраной».
Позиция Бобохидзе заключается в том, что судить надо не его, а граждан Российской Федерации, воевавших в 1991–1993 годах в Южной Осетии и Абхазии. И он намерен превратить процесс против него в процесс против «русских агрессоров», для чего и готов сдаться в Москву.
Это, конечно, только на словах. Но в целом позиция интересная. Она сродни популярному сейчас лозунгу «Россия оккупирует 20% Грузии», который газета ВЗГЛЯД уже разбирала. Второй по значимости древний грузинский миф – это то, что в начале 1990-х годов их победила огромная Россия, а осетины и абхазы кофе пили все это время.
Но сначала о том, кто такой сам Акакий Бобохидзе.
Данные шифрограммы
Еще за год до войны 08.08.08 посольство США и станция ЦРУ в Тбилиси стали составлять аналитические материалы по ситуации в Грузии и досье на отдельных деятелей. Есть, например, шифрограмма, переданная по кабелю спецсвязи из посольства в Тбилиси в Госдепартамент, в нашем понимании «для служебного пользования», первый уровень секретности. В ней даны характеристики на отдельные регионы Грузии и их руководителей (гамгебели, губернаторов). Среди них на тот момент и был как раз губернатор Имеретии Акакий Бобохидзе. Будем отталкиваться от шифрограммы ЦРУ, чтобы не быть заподозренными в «российской пропаганде» и «российской разведке».
Родился 14 сентября 1964 года в селе Горд района Хони. В 1986 году окончил Тбилисский госуниверситет, математическо-физический факультет. До 1990 года работал в Кутаисском политехническом институте. В 1990 года стал депутатом Верховного Совета Грузии, а в 1992 году – членом Государственного Совета Грузии.
Тут американцы не понимали, что пишут. Госсовет Грузии в 1992 году – это внеконституционное образование, созданное после «новогоднего переворота», свергшего Звиада Гамсахурдию и превратившего центр Тбилиси в развалины. Госсоветом руководили командующий Национальной гвардией Тенгиз Китовани, командир полубандитского ополчения «Мхедриони» Джаба Иоселиани и премьер-министр Тенгиз Сигуа. Впоследствии они назвали себя «Военным советом», который, изгнав Гамсахурдию, пригласил в Грузию Эдуарда Шеварднадзе. В широком составе этих «уважаемых собраний» было много людей, в числе которых оказался и активный провинциальный депутат Бобохидзе.
До 2004 года Бобхидзе – опять депутат парламента, а после «революции роз» получает должность губернатора Имеретии. В 2005-м Саакашвили неожиданно назначает его командующим Национальной гвардией, но через год возвращает на пост губернатора.
Иначе говоря, в этой справке нет ни слова об участии Акакия Бобохидзе в военных действиях в Абхазии в 1992–1993 годах. Но депутаты Верховного Совета и члены Госсовета действительно очень любили вылетать на линию фронта на пару дней, чтобы немного покрасоваться на камеры. Для персонажей типа Бобохидзе это было просто необходимо для формирования политического имиджа, что совершенно не значит, что Акакий Бобохидзе реально участвовал в боевых действиях, стрелял и убивал. Как правило, такие персонажи ограничивались попаданием на камеры в форме и с оружием.
Так что лично Акакий Бобохидзе вполне может рассчитывать на оправдательный приговор в Москве. Почти наверняка не найдется никаких свидетелей того, что он реально участвовал в боевых действиях. Этим и объясняется его готовность героически прибыть в Мордор. Другое дело, что такое расследование разрушит его замечательный имидж в Тбилиси, но кому это когда там мешало?
Теперь что касается российских добровольцев (даже в грузинской прессе не употребляется слово «наемники»). В случае Абхазии они делятся на две неравные части.
Кавказские добровольцы
Во-первых, это были представители родственных абхазам народов Западного Кавказа: кабардинцы, абазины, адыгейцы и черкесы. Организационно они сведены в Конфедерацию горских народов Кавказа (КГНК), которая в тот момент была на Северном Кавказе вполне влиятельной силой.
Тут надо напомнить, что центральная власть в России на тот момент находилась на нижней точке слабости. Сегодня не все могут себе представить, что федеральная власть не управляла ситуацией в регионах, что некие национально ориентированные НКО на местах замещают чиновников, а разные структуры, например, Министерства обороны, по сути, воевали друг с другом. Это была реальность начала 90-х годов.
Министр обороны Павел Грачев в кулуарах Верховного Совета РФ весной 1992 года в период самых ожесточенных боев на высотах над Цхинвалом сказал, смеясь, обозревателю газеты ВЗГЛЯД, тогда помощнику командующего национальной гвардией Южной Осетии: «Да знаю я, откуда вы оружие берете. Это не сложно». Имелось в виду, что
оружие и боеприпасы приходилось просто покупать (патрон – доллар) у того же Министерства обороны, что автоматически переводило всех причастных в разряд уголовных преступников.
В конце концов (уже после введения миротворческих сил в РЮО) премьер-министр и командующий гвардией РЮО Олег Тезиев был арестован по обвинению в торговле оружием и «использовании личного влияния на офицеров Генерального штаба ВС РФ в пользу несуществующего государства Республика Южная Осетия», но впоследствии освобожден со снятием всех обвинений. Так что ни о какой организованной помощи РФ обеим республикам и речи не шло. И после занятия грузинами Гагры и Сухума никакой государственной поддержки абхазам в России никто не оказывал, а Южной Осетии в 1991–1992 годах в Москве ее не оказывал вообще никто и никогда.
Что касается отрядов КГНК, то их участие было абсолютно добровольным. Наиболее этнически близкие абхазам кабардинцы, абазины и адыгейцы составляли костяк этих частей. Пристальное внимание к Шамилю Басаеву и чеченскому отряду связано с последующими событиями в Чечне и «романтизацией» образа Басаева. До сих бытует мнение, что он чуть ли не командовал абхазскими войсками. Это полностью неправда. Министром обороны был кабардинец Солтан Сосналиев, а командующим войсками КНГК – адыгеец Амин Зехов. Чеченцы же – мастера пиара, и их участие в войне сильно преувеличено. Они действительно были замечены в насилии над мирным населением, что печальная правда.
При этом грузинская сторона почему-то забывает о знаменитом высказывании полковника Гии Каркарашвили (впоследствии – министра обороны Грузии) о готовности к тотальному уничтожению всего абхазского народа: «Я готов пожертвовать 80 тысячами грузин, чтобы не было абхазов». Под Цхинвалом он кинул обозревателю газеты ВЗГЛЯД, когда меняли пленных: «Ты русский? Я тебя первого повешу».
Также на грузинской стороне воевали выходцы из Ингушетии – вечного союзника Грузии на почве общей ненависти ко всему осетинскому. А отряд из Южной Осетии был одним из самых боеспособных и уважаемых из всех добровольческих подразделений в Абхазии.
Русские добровольцы
Теперь об абсолютно русских людях. Нет нужды скрывать, что некоторое количество российских офицеров участвовало в планировании ряда операций абхазской армии. Речь идет в первую очередь о трех заместителях командующего ВДВ генералах Александре Чиндарове, Алексее Сигуткине и Викторе Сорокине, которые по-разному понимали смысл происходящего. Иногда вообще не понимали, а порой давали и совершенно провальные советы. Так, освобождение Гагры произошло скорее вопреки, а не благодаря рекомендациям Чиндарова.
Никаких военнослужащих ВС РФ в конфликтах в Южной Осетии и в Абхазии никогда не было.
Никакие подразделения ВС РФ в этих конфликтах не участвовали.
Несколько блокированных частей в Сухуме и спецчасть в Эшере регулярно подвергались обстрелам с грузинской стороны, в последний момент получили право на ответный огонь, но этим правом не воспользовались. В Цхинвале же к началу боевых действий находилась только тыловая часть вертолетного полка и инженерная рота.
Отдельная история – сотрудники разведки, оказавшиеся в подвешенном состоянии с точки зрения российской юриспруденции. Некоторые из них, имея официальные назначения в правительствах республик, должны были получать фиктивные должности в Москве, в противном случае они подпадали под уголовную статью о наемничестве. Иначе в биографии появлялся странный пробел. И до сих пор отдел кадров при некотором желании может не признавать этот военный стаж – даже если уже, например, получена медаль «За участие в боевых действиях». Это чисто российская бюрократическая проблема, которая не имеет отношения к претензиям Акакия Бобохидзе. А если грузинской стороне что-то не нравится – то надо было не песни петь и не перед кинокамерами красоваться, а контрразведку собственную налаживать. Не смогли – ваша проблема.
Пусть сдается
В целом мы приветствуем желание Акакия Бобохидзе сдаться. Нам есть о чем поговорить. Об организационной структуре 6-го армейского корпуса грузинской армии в 1993 году, например. О роли Георгия Каркарашвили. Об осаде Ткварчала. О передаче грузинской армии запаса и имущества горийского танкового учебного центра. Вопросов накопилось очень много.
Что же касается участия граждан России в боевых действиях в Абхазии и в Южной Осетии, то в Цхинвале оно и вовсе было символическим, а в Абхазии носило стихийный характер и никак не было связано с позицией официальной Москвы. Скорее наоборот – Ельцин, Грачев и Козырев делали все возможное, чтобы предоставить именно грузинской стороне максимальную свободу действий, в то время как абхазы были вынуждены рассчитывать только на то, что было.
Ну а в промежутках, конечно, кофе пили. Как же без этого.