Банкротство Remington Outdoor Company Inc. стало самой обсуждаемой новостью американского понедельника наряду с высылкой российских дипломатов. На сегодняшний день долги «Ремингтона» достигли 950 млн долларов и грозили перевалить за миллиард уже до конца года. Реструктуризация позволит снизить объём задолженности примерно на 700 млн и увеличить капитализацию ряда подразделений на 145 млн. «Сложная ситуация в индустрии делает сегодняшнее соглашение разумным», – заявил председатель совета директоров Джеймс Гайслер.
В настоящее время «Ремингтон» принадлежит инвестиционному фонду Cerberus Capital Management и пока что планирует продолжить работу в обычном режиме. Однако, по данным CNN, после окончания реструктуризации легендарная компания сменит владельца.
Процедура банкротства не обязательно означает ликвидацию предприятия, в нашем случае – оружейного гиганта и одного из символов не только американской оборонной промышленности, но и США как государства. Однако это во многом политическое событие, поскольку наносит серьезный удар по позициям президента Дональда Трампа.
Как начиналась легенда
Компания давным-давно не имеет отношения к семейству неудавшихся изобретателей Ремингтонов.
В 1816 году кузнец Элифалет Ремингтон из городка Илет (штат Нью-Йорк) вместе с сыновьями начал производить собственное оружие, рассудив, что стоит оно дешевле, чем покупное, а от ирокезов отстреливаться нужно. Для этого он ездил по кузницам и арсеналам, подсматривая методики, или, по-современному выражаясь, занимался промышленным шпионажем. Однако семейству Ремингтонов это мало чем помогло – ничего специфического и востребованного на рынке они тогда не создали, и в 1888-м семейное предприятие впервые обанкротилось.
На паях с Винчестерами компанию выкупил некий Марцеллус Хартли. Затем он откусил и долю Винчестеров, стал полноценным владельцем торговой марки Remington & Sons. Собственную фамилию Хартли не афишировал из соображений маркетинга, хотя сделал гигантские деньги на поставках оружия войскам северян в период гражданской войны задолго до реструктуризации компании.
После череды слияний и поглощений (например, был создан альянс с производителями патронов, что породило производство полного цикла и знаменитые стандарты патронов ремингтон, которые до сих пор используются в войсках стран НАТО) фирма превратилась в международный концерн, в огромных количествах производящий не только армейское, но и так называемое гражданское и охотничье оружие. Дело в том, что после мировых войн наступали так называемые кризисы психологии: под впечатлением от разрушительных конфликтов страны активно разоружались, и менеджмент крупнейших оружейных компаний искал обходные пути для сохранения объема продаж. «Ремингтон» пошел в этом чуть дальше других, поставив себя в сильную зависимость от торговли именно гражданским оружием.
Сейчас торговой маркой и фирмой в целом владеет фонд Cerberus Capital Management, который принадлежит Стивену Файнбергу – ярому стороннику Трампа. Файнберг и его фонд входят в число основных спонсоров Республиканской партии и избирательной кампании действующего президента. В 2016 году этот финансист по образованию и реднек по призванию официально считался экономическим советником Трампа, а после победы последнего на выборах его прочили на пост некоего «старшего советника» без уточнения полномочий и сферы деятельности.
Считается, что Файнберг активно поддерживал идеи Трампа о восстановлении собственного промышленного производства и возвращении в США конкурентных предприятий из стран Азии. Несмотря на то, что его фонд занимается пакетными инвестициями в областях от косметики до космоса, оружие, тяжелая промышленность и внешняя политика считаются там чем-то вроде приоритета и личного хобби. Например, Файнберг выкупил компанию DynCorp, занятую подготовкой иракской армии и поставками оружия Багдаду.
В какой-то момент объявили, что Файнберг будет заниматься реструктурированием американского разведывательного сообщества. Звучало дико, но чуть было не состоялось. Нет, он не был в шорт-листе возможных назначенцев на должность начальника Объединенной разведки, но за ним как бы неформально закреплялись подряды на обслуживание и финансирование всех реформ, которые предполагалось произвести в разведывательном сообществе. Например, перехода на аутсорс при отказе от услуг аффилированных с разведкой многочисленных частных фирм, считавшихся и источником утечек, и «вампиром», высасывающим бюджетные деньги.
Файнберг мог стать монопольным получателем контрактов на техническое переоборудование ЦРУ и АНБ, а это дорогого стоит в прямом смысле слова.
Дотянулся проклятый Обама
Избрание Трампа стало персональной политической победой Файнберга как личного врага администрации Барака Обамы.
В период мирового финансового кризиса Файнберг как убежденный сторонник «исконных американских ценностей» (не только владения оружием, но и «брендов», включая знаковые фирмы и даже целые города) попытался выкупить и спасти автомобильную корпорацию Chrysler вместе с городом Детройт и вложил в это дело 7,4 миллиарда долларов заемных средств (его личный капитал оценивается примерно в 1,5 миллиарда). Но уже в 2009 году президент Обама настоял на реструктуризации «Крайслера» по своим соображениям и в пользу своих людей, и Файнберг потерял контроль над компанией, 80% акций которой успел выкупить вместе с вложенными в нее кредитными деньгами. В итоге «Крайслер» умер, а Детройт продолжает зарастать чертополохом, превращаясь в город-призрак. Файнберг посчитал Обаму предателем национальных интересов и «проклятым либерастом», затаив недоброе.
Обама на этом не остановился и принялся последовательно разрушать оружейный бизнес Файнберга. Чего здесь было больше – политических взглядов или неприязненного отношения к спонсорам Республиканской партии – уже не ясно. Но президент последовательно дискредитировал и оружейное лобби, и производителей гражданского оружия в целом, и конкретно Файнберга. В результате «Ремингтон» оказалась на грани банкротства и спасти ее могло только избрание Трампа, что и произошло.
Однако массовые убийства в школах уже при Трампе-президенте серьезно подкосили рынок. Глава государства пытался спасти положение, предлагая не ограничивать распространение оружия, как того требует либеральная общественность, а наоборот – вооружать учителей и расширять круг «допущения к стрельбе», то есть облегчая механизм применения оружия в целях самообороны.
Не сработало. Рынок гражданского орудия во многом зависит от закупок патронов, то есть долгосрочных инвестиций. Инвесторы стали от них отказываться – мало ли что там в Конгрессе примут. И неожиданно выяснилось, что любовь американцев к оружию не так сильна, как представлялось в Голливуде и Стрелковой ассоциации. Около 80% всего гражданского оружия в стране принадлежит 3% населения (примерно по 17 стволов на голову), то есть тем самым реднекам.
Автомат с точки зрения маркетинга примерно как холодильник, то есть товар длительного пользования. Покупать каждый год по новому холодильнику глупо. При отсутствии долгосрочных инвестиций этот рынок начинает рушиться, акции производителей падают, отсюда и банкротство «Ремингтона».
Примечательно, что ранее подобная участь постигла и «Кольт». Обама довел знаменитую оружейную компанию – живой символ Америки – до банкротства еще в 2015 году. «Кольт» мог бы выжить, его задолженность была гораздо меньше, чем сейчас у «Ремингтона», но правительство сознательно отказалось от госзаказа – Пентагон прекратил закупки культовой винтовки М4, что лишило «Кольт» даже теоретической возможности реструктуризировать долг.
Больше нет тех, кто создал Америку и «сделал американцев равными». Спасибо Бараку Обаме.
Крушение рынка гражданского оружия было спровоцировано в период демократической администрации, а последние события в школах только добили его. Таким образом Трамп лишился существенной поддержки – и финансовой (со стороны оружейного лобби), и электоральной (не каждый реднек держит в шкафу по 17 автоматов, но каждый об этом мечтает).
Насколько долгосрочна эта перспектива, пока что не ясно, все-таки «Ремингтон» как явление не умирает навсегда, как умер «Кольт». Но неспособность сохранить эту фирму под контролем Файнберга может сказаться на рейтинге президента в самое ближайшее время, а что будет дальше, покажет развитие событий на рынке гражданского оружия.
Несмотря на всю финансовую мощь оружейного лобби, в американских СМИ преобладают либералы. А там настроены на максимальное ограничение продаж гражданского оружия, вплоть до полного его запрета, хотя это не решает проблемы со стрельбой в школах. Все эти «школьные убийцы» берутся за оружие не потому, что оно есть под рукой, а из-за проблем в области воспитания: если захочет отомстить одноклассникам, схватится за простой нож.