Украинская национальная идея отличается широтой фантазии в узко заданных рамках. С одной стороны, все украинское должно быть максимально древним. С другой, каждое предательство во имя Украины должно называться подвигом. Заполнением информационного пространства в рамках этих жестко заданных парадигм и занимаются украинские идеологи.
Что мешает объявить украинцем гауляйтера рейхскомиссариата Украины Эриха Коха?
Сочетать обе идеи фикс в одном тексте удается не так часто. К тому же в древности, как известно, России не было, поэтому предавать было некого. «Древние укры» мирно копали Черное море и развивали трипольскую культуру.
Потом представители этой культуры основали древний украинский город Триполи, который из-за козней самозародившихся в финно-угорских болотах московитов был безвременно утрачен. Но гетман Иван Мазепа указал путь, по которому должен идти каждый уважающий себя украинец: брать у Москвы все, что только можно взять, после чего предавать Россию и присягать на верность тому, кто в данный момент олицетворяет собой европейскую интеграцию – Карлу XII, Наполеону, кайзеру Вильгельму, Гитлеру, Евросоюзу и так далее.
Только истинные мастера художественного слова способны выдать на-гора текст со столь жесткими вводными. Одним из подобных мастеров, безусловно, является Андрей Парубий – спикер Верховной рады и один из подозреваемых в организации расстрела протестующих в ходе евромайдана. Его поздравления в адрес практически отсутствующего на Украине вида войск – военно-морских сил – изобилуют и воспеванием древности, и воспеванием предательства.
Оказывается, день ВМС Украины (в основном декоративных и в то время, пока Крым был украинским, и тем более после 2014 года) отмечается в июле потому, что именно в этот месяц 1110 лет назад киевский князь Олег прибил свой щит к вратам Царьграда.
Вообще после того, как украинский президент Петр Порошенко прокомментировал получение безвизового въезда в Евросоюз стихами Лермонтова (предположительно; авторство не доказано), не осталось сомнений в пророческом даре Иосифа Бродского, который обещал украинцам, что они перед смертью будут «хрипеть, царапая край матраса, строки из Александра, а не брехню Тараса».
Умирать ни Порошенко, ни Парубий пока не собираются, а русскую классику цитируют регулярно.
Атрибуция много лет прожившего в Великом Новгороде викинга (или, по другой версии, смолянина) Олега украинским князем уже не так смешит после истории с древнерусской княжной Анной Ярославной, которой в Киеве посмертно сделали операцию по превращению в украинку. Но сама идея объявлять украинцем каждого, кто какое-то время имел административную власть над Киевом, сулит тамошним «историкам» новые богатые открытия.
Если Олег был украинцем, то что мешает объявить украинцем гауляйтера рейхскомиссариата Украины Эриха Коха, а заодно приписать себе все победы гитлеровских войск в начале войны?
Впрочем, русско-польские войны уже частично переформатированы под украинско-русские, так что переосмысление Великой Отечественной в духе «Украина и цивилизованная Европа против Москвы», надо думать, уже не за горами.
Самое смешное, что «исторический факт», на который ссылается Парубий – поход 907 года, не подтверждается альтернативными Повести временных лет источниками. Это притом что походы русичей на Византию других лет подробно зафиксированы – в том числе самими византийцами.
«Щит на вратах Царьграда» – красивый образ, воспетый любимым украинцами поэтом Александром Пушкиным, но легендарности в нем куда больше, чем историчности.
Помимо псевдоисторических утверждений вроде «украинца» Олега или «украинского флота» в великом и страшном 1918 году, немалая часть поздравления Парубия отдана истории самого обыкновенного предательства.
В июле 1992 года, когда у российского руководства не было ни малейшего желания заниматься Черноморским флотом в частности и обороноспособностью страны в целом, сторожевой корабль СКР-112 поднял украинский флаг и сбежал из крымского Донузлава в Одессу. Несмотря на то, что российским морякам, как вспоминает капитан третьего ранга запаса Игорь Литвак, «сразу же был дан строжайший запрет на применение любого вида оружия», из банального как две копейки предательства капитана второго ранга Николая Жибарева была сооружена история «первого корабля ВМСУ».
Жибарев сделал в целом неплохую карьеру. В 2014 году он занимал пост начальника управления Морской охраны Государственной пограничной службы Украины в ранге контр-адмирала. Впрочем, его сына Илью обвиняют в предательстве уже на Украине: в 2014 году он, судя по информации из блогов, был среди тех, кто остался служить в российском Крыму.
А вот судьба самого корабля СКР-112 весьма симптоматична. Несмотря на возникавшие идеи переименовать его в «Атаман Сидор Белый» или превратить в плавучий музей, уже через год после бегства, осенью 1993-го, он был исключен из списков ВМСУ, а в 1996-м разобран на металлолом.
Похожая судьба постигла большинство боевых кораблей, переданных Россией Украине в начале 90-х. После 2014-го ситуация стала только хуже – навсегда были потеряны базировавшиеся в Крыму корабли, многие из которых добровольно подняли российский флаг. Количество служащих в ВМСУ уменьшилось в два с лишним раза – с 14 000 до 6500 человек.
Фактически у Украины нет заслуживающего хоть малейшего внимания военно-морского флота. А при нынешнем состоянии экономики нет ни малейших перспектив хоть как-то исправить ситуацию.
Поэтому украинские военные моряки могут прийти в Крым только в двух случаях – либо чтобы устроиться на работу в российский флот, либо как туристы. Третьего не дано.