Проведение совместных с Египтом военно-морских учений – событие, конечно, неординарное. Отношения с этой крупнейшей арабской страной сами по себе – важный региональный политический элемент, а в военной сфере Россия с Египтом толком не взаимодействовали со времен Насера.
Страны НАТО тоже ищут способы выйти на боевое применение образцов российского вооружения
С другой стороны, в учениях участвует не так уж много сил, чтобы говорить о крупномасштабных переменах в положении российского флота в Восточном Средиземноморье: ракетный крейсер «Москва» – флагман Черноморского флота, ракетный корабль на воздушной подушке «Самум» и большой морской танкер «Иван Бубнов». Египет представил для учений кораблей больше по составу, но заметно меньше по тоннажу и слабее со всех точек зрения. Так что первые за последние более чем тридцать лет совместные российско-египетские учения в реальности можно назвать только первым шагом для восстановления взаимоотношений между вооруженными силами двух стран.
Египетская сторона отвечала именно за «антуражную» составляющую учений, за «малоразмерные цели», которые изображали потенциальных пиратов и «атаковали» крейсер «Москва». Египетский же корабль изображал «аварийный», который надо было спасать, буксировать и так далее.
В принципе, это нормальная схема учений флотов двух столь разных стран. Все многосторонние военно-морские учения заведомо ограничены по своему сценарию. Сложно представить себе, что государства избирают для маневров откровенно наступательный или просто агрессивный сценарий. Все эти «отработки спасательных действий на море», «сближение и маневрирование» – довольно рутинная, но технически сложная работа.
Единственным реальным элементом, из которого могли извлечь пользу российские военные моряки, была организация противовоздушной обороны в районе учений, причем в качестве «противника» были задействованы F-16 ВВС Египта. У России нет ни одного союзника, который имел бы на вооружении относительно современную американскую или европейскую технику высшего класса (авиацию, например) и с которым можно было проводить подобные учения.
Да, характеристики F-16 – давно не секрет. Более того, египетский его вариант серьезно отличается от американского, а тактические построения и приемы египетских летчиков – это совсем не то, что в Калифорнии.
Да и сам F-16, мягко говоря, не самый новый и не самый современный американский истребитель. Хотя и самый массовый, состоит на вооружении чуть ли не 25 стран, их по планете летает болеет 4500 штук, но это не тот вариант, который надо рассматривать в качестве потенциального противника. С другой стороны, любое «дружественное» использование западного высокотехнологичного вида вооружения для российского флота (да и для армии) сейчас полезный опыт. Просто к достигнутым результатам не стоит относиться преувеличенно. Египтяне, например, не обладают современными средствами РЭБ, которые задействовали бы при атаке на крейсер «Москва» реальные американские самолеты.
Отработка боевых приемов на реальной технике «потенциального противника» в последние полгода стала общим местом для всех крупных флотов мира. Страны НАТО тоже ищут способы выйти на боевое применение образцов российского вооружения. Им это проще, поскольку в арсеналах стран Восточной Европы подобного добра скопилось много. Другое дело, что это экземпляры устаревшие, а венгерские и польские летчики уже давно не летают на МиГах и «Сушках» именно в силу многолетней переподготовки под стандарты НАТО. Найти иных союзников для совместных маневров Вашингтону не удается. Если посмотреть внимательно, то даже на «родном» тихоокеанском ТВД, набитом американскими базами, США не проводят совместных учений со странами, использующими продукцию российского ВПК. Речь идет именно о высокотехнологичных образцах, а не китайских калашниковых, которыми наводнен весь мир.
Конечно, США и их союзники иногда сталкивались с вялым сопротивлением иракской авиации и героическими, но самоубийственными полетами сербских летчиков, а сейчас в теории могут получить один–два вылета в районе действий ИГИЛ. Все это сыграло с самосознанием летчиков НАТО злую шутку, ведь с россиянами в боевой обстановке они напрямую не сталкивались.
Это общая тенденция, свидетельствующая о новом витке не то чтобы гонки вооружений или прямого противостояния, а о проверке на практике базовых принципов ведения войны, которые должны дорасти до автоматизма. Мол, увидел на радаре F-16 – веду себя вот так и вот так. Другое дело, чтобы эта привычка не сводилась к своеобразному поведению именно египетских самолетов. Ее изживать куда сложнее. Но других F-16 у нас для вас нет.