«Всех на всех»
На переговорах в Минске достигнута договоренность об обмене пленными по схеме «всех на всех» в течение пяти дней после отвода войск.
В любом случае обмен пленными – это отлично, это прекрасно
Один из пунктов итогового соглашения подразумевает «освобождение и обмен всех заложников и незаконно удерживаемых лиц на основе принципа «всех на всех», передает РИА «Новости».
Между тем глава комитета ДНР по делам военнопленных Дарья Морозова в разговоре с газетой ВЗГЛЯД дала понять, что не все так однозначно: «Всех на всех» – однозначно нет. Потому что у них в основном идут гражданские лица. Они хватают по 20–30 человек ежедневно для банка обмена».
«Всех на всех» не будет, – заверила она. – Только военных на военных. О количестве с каждой стороны пока ничего сказать не могу, это секретная информация. Пока что обмена никакого нет. Поговорить об этом можно завтра к вечеру».
В свою очередь независимый украинский журналист и блогер Анатолий Шарий, проживающий сейчас в Западной Европе, заявил газете ВЗГЛЯД, что провести обмен «вполне реально».
«Просто сейчас с учетом котла (под Дебальцево украинские войска попали в окружение – прим. ВЗГЛЯД) у представителей ополчения, наверное, больше пленных, чем у украинской стороны. И не получится, наверное, надергать столько же мирных жителей для обмена», – сказал он. А на то, чтобы менять, к примеру, одного на 10, никто не пойдет, уверен Шарий. Даже при договоренностях о схеме «всех на всех».
Шарий также высказал мнение, что отдельные проблемы будут сопровождать нынешний обмен, как и прежние.
«Не думаю, что будет все как по маслу, потому что на местах есть определенные командиры, которые хотят получить конкретно своих людей, а украинская сторона часто не идет на это», – отметил он.
И добавил, что отношение к украинским пленным со стороны украинского государства его удивляет.
«Когда мы нашли так называемых киборгов в донецком госпитале, создалось впечатление, что их вообще никто не искал. А одного украинские СМИ даже четко занесли в список погибших. И сейчас, допустим, в морге находятся трупы тоже украинских военнослужащих, мы просто не можем их опознать. Но их никто и не ищет – вот в чем проблема. Такое ощущение, что всем до лампочки. Такое скотское отношение к своим людям я встречал только у нас», – резюмировал Шарий.
Проблемы с обменом
Ранее попытки обмена пленными между Киевом и ополченцами неоднократно срывались и переносились. Например, 11 февраля обмен был отложен на неопределенный срок. До этого представитель украинского Генштаба Владислав Селезнев заявил, что в плену у ополченцев находятся 204 подконтрольных Киеву военных.
Хотя в конце января официальный представитель спецоперации силовиков Андрей Лысенко заявлял, что более 600 силовиков находятся в плену у ополченцев в Донбассе.
3 февраля уполномоченный по правам человека ДНР Дарья Морозова сообщила, что руководство Донецкой народной республики готовится к обмену пленными с украинской стороной. Обмен планировали на 7 февраля. Позже он был перенесен.
Перед этим глава ДНР Александр Захарченко также заявил, что впредь обмен пленными с украинской стороной будет осуществляться только по принципу «военнослужащий на военнослужащего», так как Киев вместо пленных ополченцев предлагает абсолютно посторонних людей.
В ноябре прошлого года СМИ писали о том, что Украина и Новороссия никак не договорятся о судьбах военнопленных. Донецкая народная республика приостановила тогда обмен до разрешения всех спорных моментов.
По словам представителя ДНР Дениса Пушилина, приостановка обмена пленными была «по большей степени инициирована украинской стороной, потому что ими очень часто нарушались пункты договора по обмену».
Ранее стороны конфликта согласились с тем, чтобы обмены производились на паритетной основе. Однако в первый раз, 11 сентября, ДНР передала 36 украинских военнослужащих, а украинская сторона освободила лишь 31 ополченца. Потом процесс «выправился», но количество освобожденных каждый раз варьировалось: 14 сентября обмен произошел по схеме «73 на 73», 20 сентября ДНР и Киев обменяли пленных по схеме «38 на 38», обмен 21 сентября в присутствии представителей ОБСЕ прошел по формуле «28 на 28».