«Не будет больше расходования миллиардов народных средств, средств налогоплательщиков на никому не нужные научные программы, которые служили лишь элементом хищения», – объявил Порошенко во время своего посещения недавно захваченного Славянска. Вместо «ненужных научных программ», по словам украинского лидера, «производство будет загружено системами высокоточного оружия, украинскими беспилотниками, всем, в чем нуждается украинская армия, начиная от бронежилетов и заканчивая тепловизорами». Впрочем, украинский президент не уточнил, какие именно научные программы он считает бесполезными.
Попытка сэкономить на науке свидетельствует об, извините, низком уровне квалификации господина Порошенко
«Сегодня мой первый заместитель вместе с новоназначенным главой Укроборонпрома и представителями генерального штаба, заместителями министра обороны, а также представителями МВД провели совещание, где подготовят на мое утверждение изменения в государственный оборонный заказ», – заявил Порошенко.
С учетом «загрузки производства» беспилотников и тепловизоров – если это производство действительно будет начато – расходы Украины на оборону еще больше вырастут. Сейчас украинский бюджет, который отредактировали после начала т. н. спецоперации в Донбассе, предусматривает, что военные расходы доросли до 1,25% валового внутреннего продукта страны (у России – 2% ВВП, при явно несравнимом состоянии экономики и уровне доходов государства). Из-за вынужденных расходов на оборону правительство Арсения Яценюка собирается просить дополнительную помощь от МВФ – в дополнение к тем траншам, которые уже были даны ранее. И эти средства, заметим, придется возвращать.
«Отраслевая наука была фактически ликвидирована»
Только на финансирование Нацгвардии (которая, в отличие от гипотетических высокоточных беспилотников, представляет одну из немногих реальных боевых сил) киевским правительством было выделено 2 млрд гривен – около 180 млн долларов.
Заметим, что автор материала, анализирующего состояние науки на Украине, обозреватель Nature Элис Эббот – из числа тех, кто явно симпатизировал киевскому Майдану. Во время январских событий она сочувственно писала об украинских ученых, вышедших на Майдан и участвовавших в столкновениях с милицией, протестуя в том числе против наплевательского отношения власти к науке. Заметим, что для истории независимой Украины характерно постоянное снижение расходов на науку – если при достижении «самостийности» в 1991 году на науку тратилось 2,44% ВВП, то в 2011 году – 0,73%, а в январе этого года Верховная рада срезала расходы еще на 30 процентов – что в том числе и заставило многих ученых выйти на Майдан.
«Процессы, происходившие на Украине, по всей видимости, аналогичны тем, что происходили в России в 1990-е годы, когда каждый четвертый ученый уехал за границу, количество людей, занятых в науке, сократилось по меньшей мере вдвое, отраслевая наука была фактически ликвидирована», – отметил в беседе с газетой ВЗГЛЯД член-корреспондент Российской академии образования, президент общества «Знание» России, первый зампред комитета Госдумы по образованию Олег Смолин.
«Самое мизерное финансирование в истории»
Еще в 2012 году на выплаты зарплат сотрудникам Национальной академии наук Украины (НАНУ) не хватало 488 млн гривен. Ученые, устраивавшие по этому поводу акции протеста, жаловались на то, что в бюджете расходы на академию составляли сначала 70, а потом и 65 процентов от необходимой суммы, а самим научным сотрудникам приходилось уходить на вынужденные «выходные» – простаивать.
В принятом еще до «революции» бюджете на 2014 год на финансирование украинской науки планировалось выделить всего 0,27% ВВП вместо 1,7%, предусмотренных законодательством страны. Обозреватели отмечали, что на работу Национальной академии наук Украины было отпущено 2,7 млрд гривен, в то время как на расходы генпрокуратуры – 3,2 млрд. Таким образом, отмечали украинские СМИ в январе (то есть еще при Януковиче), в нынешнем году украинскую науку ждет самое мизерное финансирование за годы независимости.
Тогда приоритет правоохранителей перед учеными списывали на «полицейское государство». А в том, что расходы министерства образования и науки в 2013 году урезали на 2 млрд гривен, упрекали Партию регионов, которая-де обязалась обеспечить и качественное и доступное образование, и повышение зарплат школьным педагогам, профессуре и научным сотрудникам – но не выполнила своего обещания.
Однако и после победы Майдана, и после избрания Порошенко тенденция не изменилась. Накануне сделанного Порошенко объявления об урезании «никому не нужных» научных проектов министр образования и науки Украины Сергей Квит дал интервью, из которого следует, что «научный» бюджет в этом году – наименьший в истории Украины.
Наноспутник времен «покорения Донбасса»
«Цифры, свидетельствующие о снижении расходов, достоверны», – подчеркнул в беседе с газетой ВЗГЛЯД доктор исторических наук, профессор Александр Удод, до недавнего времени возглавлявший Институт инновационных технологий и содержания образования министерства образования Украины. По словам собеседника, неутешительные данные, «в частности, были озвучены 2 июля, когда проходили парламентские слушания о финансировании науки и научно-технической сферы». Таким образом, сэкономить миллиарды гривен, о чем говорил Порошенко, несколько проблематично, полагает собеседник.
«Как сообщил министр образования и науки Квит и отметили главы профильных комитетов Верховной рады, ситуация с финансированием очень и очень сложная. Сложной она была и в 2013 году, и в нынешнем», – продолжает украинский ученый. Он напомнил о том, что 1 марта этого года правительство Арсения Яценюка приняло постановление об экономии бюджетных расходов. «В частности, было решено уменьшить финансирование академических институтов и профессорско-преподавательского состава, свернуть научно-исследовательские проекты, снять надбавки. Проходит сокращение числа сотрудников научных учреждений», – подчеркивает Александр Удод.
Министр образования Квит в уже упомянутом интервью сетовал на то, что бюджет государственного фонда фундаментальных исследований – всего 13 млн гривен (чуть более 1 млн долларов по нынешнему курсу), «что просто несерьезно». «Рабочий минимум при нынешних трудных военных условиях – 50 млн гривен в год», – добавил Квит.
Под вопросом и международное сотрудничество. «Для участия во многих международных проектах Украина должна платить свои взносы. Сегодня это часто не под силу отечественному бюджету», – констатировал министр образования Квит. Для выполнения уже существующих международных обязательств необходимо 10 млн гривен.
При этом, добавил он, украинская наука продолжает на деле доказывать свою нужность: «Среди новых успешных украинских проектов следует вспомнить первый отечественный наноспутник PolyITAN-1, созданный в Киевской политехнике и выведенный на орбиту 20 июня этого года. Это часть международного проекта QB50, в котором принимает участие несколько десятков университетов».
«Хуже, чем топить ассигнациями»
«Не могу себе представить, чтобы расходы на науку можно было бы сократить в такой степени, чтобы можно было бы увеличить оборонные расходы – которые всегда и везде составляют большую долю, чем затраты на науку, – подчеркивает член-корреспондент РАО, первый замглавы думского комитета по образованию Олег Смолин. – Даже если эти расходы сократить вдвое, оборона от этого не выиграет».
Собеседник подчеркивает – те страны, которые по-настоящему заботятся о своей обороноспособности, на науке не экономят, ибо «ненужные» и «затратные» высокие технологии – в том числе основа для развития ВПК. «Попытка сэкономить на науке свидетельствует об, извините, низком уровне квалификации господина Порошенко, – подчеркивает Смолин. – Перефразируя слова великого ученого Дмитрия Менделеева (который, кроме всего прочего, положил начало метрологии и стандартизации на Украине, создав в Харькове «поверочную палатку»): «Экономить на науке – хуже, чем топить ассигнациями». И пусть уж лучше они топят ассигнациями».