В специальном заявлении Барака Обамы сказано, что Вашингтон готов «создать новую модель отношений» с Пекином, подразумевающую «конструктивное урегулирование всех возникающих разногласий» и «нацеленность на сотрудничество». Там же отмечено, что Америка приветствует «становление стабильного, мирного и процветающего Китая». Памятуя, что нечто подобное Обама в свое время заявлял и в отношении России, СМИ тут же окрестили такой подход «перезагрузкой».
Товарооборот между США и КНР составляет порядка 520 миллиардов долларов, это более чем в пять раз больше товарооборота между КНР и РФ
Но чтобы говорить о «перезагрузке» и «новой модели», необходимо понимать текущий уровень отношений США и КНР. Китайские дипломаты и чиновники пусть не громко, но вполне открыто называют их «важнейшими двухсторонними отношениями в мире», с чем трудно спорить – всё-таки речь идет о двух крупнейших экономиках и сверхдержавах. Отношения эти не плохие и не хорошие, они двойственные, включающие в себя как противостояние на одном направлении, так и тесное сотрудничество на другом – так сложилось еще со времен «пинг-понговой дипломатии», визита Никсона в Китай и дипломатического признания друг друга в 1979 году.
Главным форматом или, точнее сказать, площадкой для решения текущих вопросов является т.н. «китайско-американский стратегический и экономический диалог» на высшем уровне, появившийся как раз при Обаме, но имевший несколько аналогов в прошлом. Именно к этому ежегодному «диалогу», очередной раунд которого прошел в Пекине, и было приурочено озвученное Обамой заявление. В свою очередь председатель КНР Си Цзиньпин выразил уверенность, что конфронтация между Китаем и США «была бы катастрофой», а значит обе стороны «должны уважать суверенитет друг друга», «лучше оценивать современную ситуацию» и «открыть новые горизонты в двустороннем сотрудничестве».
Основной базой для этого сотрудничества является торговля. Ежегодный товарооборот между странами составляет уже более 500 миллиардов долларов и имеет тенденцию к динамичному росту. Для сравнения: товарооборот КНР с РФ только в следующем году обещает достигнуть отметки в 100 миллиардов, и если не считать Евросоюза, более важного торгового партнера, чем США, для Китая попросту нет. Экономика Поднебесной построена на производстве, а торговля с США имеет многомиллиардное сальдо в пользу Китая – Пекин этим очень дорожит. Грубо говоря, для КНР США – это главный рынок сбыта, а для США КНР – главный кредитор.
Но дело не только в торговле. Китайцы охотно приобретают целые американские компании и доли в них, а в самой Поднебесной функционируют уже порядка 1200 предприятий с участием американского капитала: когда такая возможность представилась, Америка охотно перебазировала в КНР свои многомиллиардные производства. Объем американских инвестиций в КНР в прошлом году составил 70 миллиардов долларов, объем китайских инвестиций в США – в семь раз меньше, то есть для Китая это более значимо. Причем активное сотрудничество идет не только на межгосударственном, но и на региональном уровне – между американскими штатами и китайскими провинциями. Остается добавить, что в США проходят обучение порядка 120 тысяч китайцев, и едут они туда именно по линии государственных программ.
Главным же камнем преткновения считается Тайвань, в отношении которого США проводят политику двойных стандартов – официально признают частью КНР, но при этом обеспечивают оборону и самостоятельность мятежного острова. Также имеются принципиальные расхождения по вопросам мироустройства – многовекторная политика Китая включает в себя и широкое сотрудничество с (пользуясь языком Буша) «осью зла» – Ираном и КНР. А в последние годы фокус взаимных претензий был смещен в сторону Южно-Китайского моря, где КНР проводит активную экспансию, вступая в противоречие с главными союзниками и форпостом США в регионе – Японией и Филиппинами. Территориальные споры между этими странами (о них газета ВЗГЛЯД писала неоднократно) Вашингтон пытается использовать для ослабления влияния КНР, поддерживая в этом смысле даже недружественный к себе Вьетнам. К этому также можно добавить контакты президентской администрации с Далай-ламой, на что Пекин реагирует крайне нервно, и требование к КНР отказаться от искусственного занижения курса юаня.
Стоит понимать, что предельно резкие заявления с последующим спокойным и обстоятельным диалогом – фирменный стиль китайской дипломатии, так что никакие угрозы не мешают двум державам делать деньги и, конкурируя за сферы влияния, делить их между собой. Всего сторонами создано свыше 60 механизмов по диалогу и консультациям, а впервые США были объявлены стратегическим партнером КНР еще в 1998 году во время визита председателя Цзян Цзэминя в Америку. При Буше отношения несколько осложнились (Китай был объявлен «стратегическим конкурентом»), а с приходом Обамы в Белый дом приняли, скажем так, неоднозначный характер.
Собственно, это объявление о «перезагрузке» не первое. Еще в 2010-м Пекину предложили оформить отношения в новом формате – эдакой «большой двойки» сверхдержав, привилегированного партнерства для решения глобальных вопросов. Китайцы, дорожащие многовекторностью своей политики, от этого уклонились, и вместо «перезагрузки» случилось охлаждение отношений (а по ряду военных контактов и их разрыв). Причина – продажа крупной партии оружия Тайваню, американо-корейские военные учения и уже отмеченная выше китайская экспансия. А совсем недавно Обама совершил крупное азиатское турне, в рамках которого неоднократно подчеркивал, что США готовы защитить своих союзников в АТР от «китайской угрозы» и не советовал Пекину в этом сомневаться.
Однако в экономическом смысле взаимопроникновение двух стран продолжало расти. Как заявил по этому поводу один из архитекторов китайско-американского сотрудничества, бывший госсекретарь Генри Киссинджер, «никогда ранее связи между нашими странами не были такими тесными, как сейчас». О том же говорил и член политбюро ЦК КПК Фань Чанлун, фиксируя «формирование отношений нового типа» – разносторонних, взаимовыгодных, но при этом гораздо менее идеологизированных и политизированных, чем при Буше.
Также аналитики отмечают, что у Обамы сложилось личное взаимопонимание с председателем Си Цзиньпином, причем еще с тех самых пор, когда товарищ Си в статусе заместителя председателя КНР посетил США с визитом. В июне 2013-го, уже возглавив страну, Си Цзиньпин опять отправился в Америку, причем это турне состоялось раньше запланированного времени, то есть контакты форсировали. А отношения между Си Цзиньпином и вице-президентом США Джо Байденом и вовсе расценивают как дружеские, что необходимо учитывать в Москве. Увы, поколение китайских руководителей, которые либо прошли обучение в советских университетах, либо были приведены в политику бывшими студентами советских университетов, уже отправилось на пенсию.
Какой в связи со всем этим может быть «новая модель отношений» (и будет ли она вообще, ведь не исключено, что это обычный политес со стороны Обамы), пока сказать трудно, необходимо ждать подробностей. Но три важные предпосылки для такого заявления можно выделить уже сейчас.
Первая – эскалация напряженности в Азиатско-Тихоокеанском регионе, сопровождающаяся значительной гонкой вооружений. США усиливают Корею, Японию и Филиппины, Китай усиливает сам себя, есть масса спорных территорий, но до по-настоящему жесткого противостояния дело дойдет вряд ли – это не нужно ни США, ни Китаю. А значит, необходимо искать возможности и поводы для разрядки.
Второе – дисбаланс во внешней торговле, который очень волнует Вашингтон. Китай со своей стороны замечает, что дисбаланс этот можно было бы сократить (а заодно и значительно увеличить общий товарооборот) в том случае, если США снимут ограничения для закупки китайцами высоких (в том числе военных) технологий. Но этот мораторий для Вашингтона – вопрос безопасности, так что решить проблему он предпочел бы за счет повышения курса юаня, благо «приструнить валютных манипуляторов» давно призывают американские финансисты.
Наконец, есть российский фактор. Уже понятно, что попытка добиться международной изоляции России в связи с Крымом провалилась. В том числе за счет углубления контактов на российско-китайском направлении. А значит, необходимо так или иначе перетащить Китай на свою сторону. Понятно, что от своей многовекторной политики и энергетических контактов с Москвой Пекин не откажется ни под каким видом. Но также понятно, что отношения с Вашингтоном для него крайне важны. Увы, на данный момент важнее, чем отношения с Россией.