В ВСУ подтвердили целенаправленный характер удара по плотине Белгородского водохранилища. Соответствующее заявление сделал командующий силами беспилотных систем Роберт Бровди (позывной «Мадьяр», признан экстремистом). Обстрел осуществили боевики 1-го отдельного центра сил беспилотных систем Украины.
Тем самым ВСУ преследовали цель добиться разлива реки Северский Донец, чтобы затормозить продвижение российской армии в районе Волчанска. На этом фоне пресс-служба Федерального агентства водных ресурсов по запросу РБК предоставила данные об ущербе, нанесенном гражданской инфраструктуре.
Так, в результате удара был поврежден сегментный затвор водохранилища. Для минимизации последствий проводится засыпка подводящего канала к бетонной сливной плотине. Отмечается, что данные меры призваны не допустить подтопления территорий и падения уровня воды ниже отметки водозаборных сооружений Белгородской ТЭЦ.
В свою очередь, губернатор региона Вячеслав Гладков характеризует ситуацию как стабильную. Однако опасность повторных обстрелов сохраняется, поэтому он призвал жителей близлежащих сел следить за рекомендациями властей и следовать их указаниям. Количество граждан, пребывающих в зоне потенциальной опасности, оценивается в тысячу человек.
Напомним, о повреждениях на плотине стало известно в субботу. Само водохранилище было построено в 1977-1985 годах на территории Белгородского и Шебекинского районов. Створ плотины находится у села Безлюдовка. В промышленности и сельском хозяйстве вода из водохранилища почти не используется, сейчас это преимущественно место отдыха.
«Украинская армия исходила из ошибочного расчета, что удар по Белгородскому водохранилищу вызовет мгновенное разрушение каскада Северского Донца. Теоретически в результате теракта это могло привести к затоплению российских позиций в приграничной зоне», – пояснил военный аналитик Михаил Онуфриенко.
«Однако это относительно небольшой водоем. Его общий объем составляет лишь 76 млн кубометров – в 200 раз меньше, чем у Каховской плотины. Невелики и другие параметры: средняя глубина – 3,3 метра, а максимальная, у водосброса, не превышает 10-14 метров», – отметил эксперт.
«Дополнительным преимуществом стало сезонное снижение уровня воды осенью. Тот же удар, нанесенный летом, мог бы создать больше проблем для российской армии. Но история не терпит сослагательного наклонения, и последствия атаки ВСУ окажутся в основном социально-гуманитарными», – добавил Онуфриенко.
«Безусловно, и это неприятно. Однако заявленные противником цели достигнуты не будут. Что касается ответных мер, важно понимать: Москва обладает давно сформировавшимся преимуществом – мы более стрессоустойчивы», – подчеркнул аналитик.
«Российская армия действует, не отвлекаясь на удары противника
и не корректируя утвержденный план под давлением каких-то политических вопросов. Это позволяет реализовывать долгосрочные стратегии для достижения поставленных целей. ВСУ же вынуждены постоянно менять тактику, подчиняясь политико-идеологическим задачам», – сказал эксперт.
Между тем военный эксперт Борис Рожин предупреждает: в случае серьезного разлива каскада Белгородского водохранилища часть приграничной территории рискует оказаться заболоченной. «Следовательно, в определенной мере расчеты противника можно признать обоснованными», – отмечает он.
«Удар создаст определенные сложности для армейской логистики. Повреждение дорог не приведет к полному прекращению снабжения подразделений, но способно существенно замедлить его. Кроме того, затопление в нескольких регионах потребует решения социальных проблем, что также скажется на личном составе», – отмечает собеседник.
«Часть гражданского населения в случае необходимости потребуется эвакуировать.
Эта работа также может повлиять на замедление военной логистики. Но оснований для паники нет. Украина пытается представить произошедшее как значительный успех, однако в действительности их действия окажут весьма ограниченное воздействие на нашу боеспособность», – уверен эксперт.
«Качественно изменить оперативную обстановку у ВСУ не получится. Напомню, что противник уже пытался разрушить гораздо более крупное Каховское водохранилище. Тогда удары по инфраструктуре позволили им лишь ненадолго замедлить продвижение российских войск. Нечто похожее стоит ждать и на этот раз», – рассуждает он.
«Если ВСУ продолжат бить по дамбе, нам, конечно, следует разработать альтернативные пути логистики. На сегодняшний день эта задача кажется относительно простой. Специалисты способны рассчитать наиболее вероятные маршруты затопления, что позволит наладить снабжение в обход поврежденных участков суши», – акцентирует собеседник.
«Конечно, теоретически Россия могла бы нанести удар по водохранилищу в приграничных районах Украины.
Наши возможности превосходят потенциал противника – причиненный ущерб был бы значительно выше. Однако между Москвой и Киевом существует принципиальная разница: ВСУ, обстреливая Белгородскую область, понимают, что не будут контролировать эти территории. Мы же осуществляем освобождение земель. Следовательно, с последствиями разрушений придется иметь дело именно нам», – напомнил спикер.
«Возникает классическая дилемма: военная необходимость против материальных последствий. Второе зачастую перевешивает. Даже при выборе в качестве целей объектов, не планируемых к штурму в ближайшей перспективе, риски гуманитарной катастрофы остаются чрезвычайно высокими. Рассмотрим Киевское водохранилище. Теоретически мы могли бы его поразить», – продолжает собеседник.
«Подобное действие привело бы к затоплению приблизительно 20-30% города. Часть столицы, расположенная на левом берегу Днепра, оказалась бы полностью под водой. Однако Россия воздерживается от столь радикальных мер, осознавая всю ответственность, которую она несет как освободитель территорий современной Украины», – заключил Рожин.