Понять и простить – примерно так в двух словах звучат формулировки, с которыми выступают представители чеченской власти, когда речь идет о долгах республики за газ или свет. Военное прошлое и тяжелое экономическое положение Чечни, по их мнению, должно растопить сердца людей в Газпроме, которые продолжают требовать выплат.
Статистика при этом становится все хуже – долги растут, большая часть их висит на населении. А население, которое никто не спрашивает, не перестает удивляться, почему же оно так много должно.
Фантастическое решение
Недавно Заводской районный суд города Грозного принял решение, поразившее воображение всех платящих за ЖКХ россиян. Списать 9 млрд рублей за газ – невероятный подарок, учитывая официальные данные «Газпром межрегионгаза» по долгам регионов – на 1 декабря 2018 года просроченная задолженность республики составила 16,161 млрд рублей, 13,219 млрд из которых приходится на долю населения.
Реакция была предсказуемой – другие регионы тоже потребовали, чтобы с них списали долги. Вдаваться в подробности – к чему на самом деле обязывает решение районного суда (и обязывает ли), откуда взялась цифра 9 млрд – никто не стал. Люди были слишком сильно и неприятно удивлены.
Жители Чечни удивлены не меньше, а то и больше, чем остальные россияне. Они абсолютно уверены, что простым людям тут ничего и никогда не простят, и опираются они на многолетнюю практику взимания долгов с населения. Так о чьих же долгах идет речь?
«Платить за это не собираюсь»
«Улицу мою бомбили регулярно, но мой дом стороной обходило – везло. А как-то грохнуло прямо у ворот. Хорошо, что в подвал успел прыгнуть – он у меня на такой случай открыт был. И вот сижу там, а вылезти не могу – крышку завалило. И слышу с улицы свист такой сильный – решил, что это бомба не разорвалась и лежит свистит, что сейчас грохнет – и все, вот и похоронили меня».
Расул родился в Грозном. Ему около пятидесяти, всю жизнь он живет в одном доме. Историю с подвалом вспоминает как чудесную – тогда он как раз отвез семью в село и был дома один.
«Скоро соседи пришли, кричат: «Расул, ты живой там?» А я живой. Они меня вытащили. На улицу вышел, смотрю, люди суетятся и вот этот свист сильный. Так оказалось, что это бомбой газовую трубу оторвало, она звук и издавала. Долго не могли ее перекрыть. Хорошо, люди у нас умелые, перекрыли как-то это дело. Чему только война ни научит! Я и сам скоро научился».
Газ в те годы взрывался постоянно, вспоминает Расул. «У нас тогда еще факела не было, а у других на улицах реально факелы горели. И я что думаю – может, я за тот газ, что тогда вытек, заплатить должен?» – говорит он с горькой иронией.
Он не подкован в экономике и не знает, как рассчитывается и откуда взялся этот «удивительный долг». Хотя ему это и не особо важно – он уверяет, что по счетам его семья платит исправно, да и все его соседи «тоже порядочные». Однако долг за его семьей все же числится.
«Мы экономные люди, у меня большая семья. Следит за счетами жена, и за свое мы всегда платили. А как-то жена пришла и говорит: «Нам долг принесли за газ 35 тыс.». Я говорю: «Откуда долг?» А она плачет только. Ну, пошел ругаться! А они мне говорят, что вам, мол, раньше считали неправильно, это за несколько лет у вас недоплата такая. Я в это не верю и платить за это не собираюсь», – решительно говорит мужчина.
Похожая история и у его соседей, до которых уже дошли контролирующие органы. «К ним в итоге пришли и перерезали газ, причем просто парни какие-то. Но они сами назад все подключили – это не впервой нам», – говорит Расул. Он решительно настроен не оплачивать лишние 35 тыс., а если кто-то захочет с него их взыскать – готов «даже идти в суд».
«Люди не рискуют»
Ильяс за газ долгов не имеет. Его вообще удивляет, как можно сейчас быть должником, учитывая жесткий контроль. «Года полтора-два назад была другая ситуация – тогда началась волна со сбором денег, в интернете много роликов выкладывали, как людям газ отрезают. Сейчас о таком редко слышу», – говорит он.
Но Ильяс признает: раньше ситуация была все же другая – некоторые попросту игнорировали счета за коммуналку как несрочные и необязательные. «До тех событий, когда газ начали отрезать повально, многие действительно не платили. Но сейчас ситуация другая. Люди просто не рискуют», – считает Ильяс.
Недавно на его улице приходили к одной семье – хотели отключить газ за неуплату: «Это уже второй раз был, когда к ним приходили. Они полгода не платят где-то. Но это редкость сейчас».
Среди его знакомых нет людей, которые не платят за газ принципиально. «Хотя я знаю тех, у кого есть долги. Они не платят не потому, что денег нет, – просто тратят на другие нужды, а коммуналку откладывают на потом. Но это же до поры до времени – все равно это рано или поздно перейдет в органы, придется платить», – уверен он.
Фатима много лет работала педагогом и не могла не платить, даже если бы ситуация с деньгами была сложной. «Когда я работала в университете, все сотрудники обязаны были предоставлять справки об отсутствии долгов по коммунальным услугам – по газу, свету, воде. Без этих справок просто не давали зарплату и отпускные. Система такая существует лет десять точно. А еще за эту справку надо было платить 10 тыс. Так что о каких долгах населения идет речь, я не могу понять», – говорит женщина.
По ее мнению, не платят сейчас только две категории – неимущие или очень имущие.
Адбул тоже удивлен сообщениями об огромных долгах населения. Ему уже за 60, он всю жизнь прожил в селе и всегда платил по счетам – даже в 2000-м, когда с газом как таковым было очень туго из-за войны. Свет в его село тоже подали только в начале нулевых, и с тех пор он старается не влезать в долги.
К сообщениям о том, что люди повально не оплачивают коммунальные услуги, он относится с крайним подозрением. «Враки это. Когда у тебя денно и нощно висят десятки проверяющих, сложно не заплатить. Мне проще сунуть им под нос свежие квитанции и выпроводить со двора. То же самое, по-моему, делают все», – считает Абдул.
Истории, когда у людей вдруг возникают долги, ему тоже известны. «У друга была ситуация – ему сказали, что у матери долг большой. Начали разбираться. Выяснилось, что на ее имя открыто два лицевых счета – на одном пусто, на другом по уши в долгах». Откуда взялся второй счет – непонятно.
У Абдула есть версия о том, куда утекает газ – в прямом смысле. «Еще в советские годы власти признавали, что подземные сети обветшали, с утечками справиться не могут. Химзащита десятки лет не проводилась. После войны, когда только подали газ, только и разговоров было, что о взрывах в домах. Видимых утечек нет – а что там под землей происходит, никто же не видит.
Ремонт этих сетей так и не сделан, целые поселения сидят как на пороховой бочке. Вплоть до 2006–2007 годов на улицах Грозного был слышен запах газа. Ты ведь жила в Грозном – видела, сколько там по ночам квартир, где окна горят? Мало, пустуют много лет. А плата же начисляется так, будто люди не только пищу готовят на газе, но и сам газ в пищу потребляют», – говорит он.
Свести счеты
С долгами за газ и не только часто сталкиваются и новые горожане – переехавшие из сел в Грозный ради работы или учебы и живущие на съемных квартирах. Таких людей в Грозном очень много. Именно им приходится открывать двери представителям контролирующих органов, которые ищут собственника-должника. Заканчиваются поиски чаще всего ничем –
контролирующий придет, оставит выписку с указанием долга, попросит передать хозяину квартиры, что за неуплату скоро все отключат, и уйдет ни с чем. Такие обходы делаются очень часто.
Самое распространенное мнение на этот счет среди людей – им приписывают долги или неких приближенных к власти лиц, или организаций, или какие-то суммы, начисленные за энергию, потерянную в результате износа сетей. Правда это или нет, узнать почти невозможно – как невозможно и узнать, кому же конкретно прокуратура требовала списать 9 млрд долга за газ. И просила ли вообще – ведь информация об этой конкретной сумме быстро исчезла с сайта первоисточника.
Но история с потенциальным прощением долга в очередной раз обратила внимание на застарелую проблему – счета никуда не деваются, Газпром неоднократно заявлял, что списания не будет ни для кого, а местные власти продолжают настаивать на том, что их региону простить вполне можно. Ну а между компанией и властью остаются обычные люди, которые становятся должниками независимо от того, платят они или нет.