Десять лет назад, 29 мая 2008 года, на экраны вышел фильм «Игра». Режиссер Александр Рогожкин – автор народного хита «Особенности национальной охоты» – снял фантастическую комедию о том, как Россия выигрывает чемпионат мира по футболу 2018 года.
Фильм провалился в прокате и был крайне низко оценен как критиками, так и зрителями. И дело не только в объективных художественных недостатках «Игры» – поверить в подобную «ненаучную фантастику» в начале июня 2008 года не мог никто. Россия с огромным трудом попала в финальную часть чемпионата Европы по футболу только благодаря самоотверженной игре сборной Хорватии, победившей англичан в совершенно не принципиальном для хорватов матче в Лондоне. Благодарные болельщики тогда несли цветы к посольству этой страны в Коробейниковом переулке.
В итоге, выйдя из группы впервые после 1991 года, сборная России в дополнительное время победила сборную Нидерландов. Народные гуляния 21 июня 2008 года проходили во всех городах страны. В полуфинале мы уступили Испании, которая впоследствии стала чемпионом.
На текущем чемпионате мира группа была несколько полегче – и совершать невозможное российским футболистам не пришлось. В 1/8 финала они попали на соперника, в победу над которым мало кто верил. Однако сборная сенсационно выиграла, взяв у испанцев реванш за два поражения десятилетней давности.
Бесполезно прогнозировать итоги предстоящего матча с Хорватией, исходя из статистики и прочих объективных данных – многие сильные команды уже уехали домой. Похоже, дело в чем-то другом: Россия уже в который раз в своей истории удивляет всех, включая собственных граждан. Страна побеждает в ситуации, когда победа, казалось бы, невозможна.
Безусловно, приравнивать спортивные победы к военным и вспоминать в связи с вылетом сборной Германии 1945 год – и пошлость, и глупость, и оскорбление памяти павших в Великой войне. 1945 год не помешал немцам в прошлом году выиграть Кубок Конфедераций в России и регулярно побеждать нашу футбольную сборную в Москве на протяжении долгих лет.
Но если взять все победы Руси, России, СССР и снова России – военные, политические, экономические, научные и спортивные, в них можно найти некоторую тенденцию и закономерность.
Почему-то у России лучше всего получается побеждать, находясь в самой невыгодной позиции – на грани разгрома. А в заведомо выигрышной ситуации, напротив, добиться успеха удается далеко не всегда. Но даже в случае победы воспользоваться ее результатами сполна у нас, как правило, не получается.
Исторических примеров можно набрать на довольно-таки толстую книгу. Если говорить о современности, лучше всего эту тенденцию отражает как раз футбол. Наша сборная периодически опережает грандов, но проигрывает любителям из карликовых государств. С трудом доходит до финальной части чемпионатов, а потом десятилетиями не может выйти из группы.
Что-то подобное происходит и в науке. С одной стороны, «все пропало, лучшие мозги уехали». С другой, наши школьники и студенты регулярно побеждают на международных олимпиадах.
Российская армия образца 2008 и особенно 2014 года тоже крайне удивляла как внешних наблюдателей, так и некоторых внутренних. Вместо ожидаемых ими голодных призывников в портянках с саперными лопатками наперевес они увидели уверенных в себе и отлично экипированных профессионалов.
Реакция российской экономики на санкции тоже оказалась не вполне такой, как ожидали многие уважаемые и титулованные эксперты. Да, экономический рост замедлился, рубль упал, но «раздирания в клочья» и гиперинфляции не случилось.
Если же брать исторические примеры, мало кто ожидал, например, того, что в начале второй половины XX века у СССР найдутся силы сперва догнать США в ядерной гонке, а затем дважды обогнать в космической.
Можно вспомнить, что в 1941 году сдача Москвы казалась практически решенным делом. А в 1918–1919 годах многие думали, что Российская империя окончательно развалилась, а разнообразные «республики» и «директории», возникавшие на месте бывших губерний, – это и есть будущее построссийского пространства.
Во второй половине XIX века сюрпризом для всего мира стало наличие в России огромной плеяды ученых, композиторов и писателей мирового уровня.
С 1812 и 1612 годами тоже все понятно, как и с викториями Петра Великого. Полное поражение – неожиданная победа. И так далее, в глубь веков, вплоть до Куликовской битвы или легендарного щита Вещего Олега на вратах Царьграда.
Параллельно истории великих побед, которых от нас никто не ждал, идет история внезапных и обидных поражений. Это и стремительный распад СССР, в который даже в середине 1991 года еще не верили ни в Москве, ни в Вашингтоне, и война в Афганистане, и Японская война, и Крымская, и бесславный Прутский поход Петра Великого, и печальный финал правления Ивана Грозного. И так далее, вплоть до битвы на Калке и легендарного разрывания князя Игоря березами.
Ну а третья линия – это победы, которыми Россия не смогла воспользоваться. Например, это открытия наших ученых, монетизированные на Западе, а также достижения эмигрантов, таких как Брин, Сикорский или Зворыкин.
Это затратная и безрезультатная финансовая помощь разнообразным африканским, азиатским и южноамериканским странам во второй половине ХХ века.
Это освобождение от турецкого ига Болгарии, для которой регулярные предательства России стали практически образом жизни.
Это героические походы Суворова, которые никак не повлияли на дальнейший политический и военный расклад сил в Европе, а также Семилетняя война, когда Петр III от большой и чистой любви к Фридриху спас практически разгромленную Пруссию. Вспоминать можно вплоть до князя Святослава Игоревича, глупо погибшего после завоевания Болгарии и ряда других победоносных «визитов» в соседние страны.
Разумеется, «чистые» и однозначные случаи проявления той или иной тенденции случаются не так уж часто. История не терпит сослагательного наклонения, поэтому никто не может однозначно сказать, как повлияли те или иные победы или поражения на дальнейшее развитие ситуации.
Конечно, хотелось бы, чтобы Россия побеждала, не загоняя себя предварительно в кажущуюся безысходной ситуацию, но обладать умением «побеждать на грани» куда лучше, чем не обладать вовсе.
Безусловно, нужно научиться не почивать на лаврах и не расслабляться накануне кажущихся неизбежными успехов – шапкозакидательство никого и никогда до добра не доводило. Но куда важнее не опускать руки, а переходить к действиям по первому сценарию, не дожидаясь глупого поражения или превращения ситуации в безысходную.
А самое главное – надо научиться пользоваться результатами своих побед. Именно этого умения России не хватало и не хватает больше всего. «Моральное удовлетворение» после победы – это не то, что требуется стране и людям. Нужны твердые контракты, жесткие договоренности и то, что называется монетизацией. Победители должны жить лучше побежденных, иначе врагам, внешним и внутренним, очень просто обратить победу в поражение.
Предсказать, сможет ли Россия впервые с 1966 года выйти в полуфинал чемпионата мира по футболу, не сможет ни один осьминог или суперкомпьютер. Но это не так уж и важно. Россия в очередной раз показала, что умеет устраивать массовые мероприятия, а футбольная сборная показала, что умеет побеждать. Результатами этой победы можно и нужно воспользоваться – развивать массовый спорт, массовый въездной туризм, массовые связи на уровне гражданского общества.
А условная «аудитория «Эха Москвы», желавшая поражения российской сборной (журналисты, подчеркнем, не желали), пускай и дальше верит в «наносетки», «купленных» или «отравленных спецгазом» испанцев и душевно страдает от народных гуляний под российским флагом.
Для них, кстати, есть специальная версия, объясняющая, как Россия выигрывает принципиальные матчи. Великие украинские ученые изобрели машину времени, но российские спецслужбы ее похитили и подарили лично Владимиру Путину. Именно поэтому президента не было на матче 1 июля – он из будущего диктовал Игорю Акинфееву, в какой угол полетит мяч во время пенальти.
Ничем не хуже «наносетки» и «управляемого мяча», как думаете?