Ни при Реймере этого движения не было, ни тем более после его снятия
На заседании Совета по правам человека обсуждалась реформа уголовно-исполнительной системы, которая, по мнению ряда членов совета, не оправдала себя. Председатель межрегиональной общественной организации «Комитет против пыток» Игорь Каляпин, входящий в постоянную комиссию по содействию ОНК и реформе пенитенциарной системы СПЧ, рассказал в интервью газете ВЗГЛЯД, почему это произошло.
ВЗГЛЯД: Игорь Александрович, первый замглавы Минюста назвал преждевременным утверждение о том, что концепция реформы провалена. Вы готовы с этим согласиться?
Игорь Каляпин: Дело в одной единственной букве: кто-то говорит о том, что она провалена, то есть не выполнена, и, на мой взгляд, даже серьезных шагов не предпринято, чтобы ее выполнить. Кто-то считает, что она изначально была обречена на неудачу, то есть сама концепция этой реформы была провальна.
Я не берусь сказать, что сама концепция реформы была изначально провальной. Но то, что эта реформа не была продумана, не была достаточно обеспечена – кадрово, финансово, материально-технически и концептуально, – это точно. Может, в ведомстве была какая-то секретная концепция, о которой не знают даже специалисты-общественники. По крайней мере я ни о какой цельной концепции этой реформы ничего так и не услышал. У меня всегда существовало очень много вопросов. Я много ездил по колониям и вижу, что эти же вопросы есть как минимум у руководителей учреждений. Они не понимали, каким образом будет реализовываться та или иная декларация. То есть какие-то вещи декларировались, и было непонятно, как они будут реализовываться.
Это не говорит о том, что она была неправильно задумана. Это говорит о том, что она была недостаточно продумана: на нее не были выделены достаточные средства, не было подготовлено необходимое количество специалистов, нормативных документов, которые должны были регламентировать многие стороны. То есть я сторонник того, что она была провалена с буквой е.
ВЗГЛЯД: Замминистра напомнил, что концепция рассчитана до 2020 года, то есть еще есть время.
И. К.: Дело в том, движемся мы в сторону ее реализации или не движемся. Я считаю, что не движемся. Я не считаю эту реформу плохой по замыслу, я не вижу ничего вредного в концепции этой реформы настолько, насколько она была озвучена. Другое дело, что концепция предполагает все-таки не только набор целей, но и набор средств, инструментов, мер, которые позволяют к этой цели двигаться. Я этого не увидел, и движения, соответственно, последние два года я тоже не вижу. Ни при Реймере (экс-руководитель ФСИН Александр Реймер – прим. ВЗГЛЯД) этого движения не было, ни тем более после его снятия.
ВЗГЛЯД: Вы согласны с кадровым решением об увольнении главного медика ведомства?
И. К.: Во ФСИН очень много жалоб на качество медицины. И не только на качество: очень часто осужденные жалуются на то, что им вообще не оказывается медицинская помощь – не то, что она плохая, а ее вообще нет. Очень часто жалуются на то, что не фиксируются какие-то телесные повреждения, которые они просят зафиксировать. Таких жалоб действительно очень много. В ряде случаев, когда мы их проверяли, мы видели, что они обоснованны, хотя и не всегда.
Является ли увольнение начальника медслужбы адекватной мерой, мне сказать сложно, потому что я неоднократно видел ситуации, когда вновь назначенные руководители оказывались еще хуже прежних. Поэтому приветствовать это решение я, пожалуй, воздержусь.
ВЗГЛЯД: Геннадий Корниенко поддержал идею о создании хосписов в учреждениях УИС...
И. К.: Думаю, что людей, болеющих какими-то неизлечимыми заболеваниями, нужно освобождать, если они не представляют опасности для окружающих. Если нет такой возможности, то нужно им предоставлять особые условия, чтобы люди из жизни уходили достойно.