В Средиземном море продолжается поиск одного из пилотов столкнувшихся в четверг вечером новейших французских палубных истребителей Rafale M с авианосца «Шарль де Голль» (Charles de Gaulle), сообщают в пятницу французские СМИ. Один из летчиков, 40-летний пилот, был подобран спасателями вскоре после катастрофы. Он получил легкие ссадины и ушибы и в настоящий момент находится под наблюдением в медсанчасти корабля. 45-летний пилот второго истребителя пока числится пропавшим без вести, пишет газета Liberation .
Во Франции есть выражение «проклятие «Рафаля»: из всех европейских самолетов последних поколений лишь он так и не получил зарубежного контракта
Оба пилота были опытными летчиками-испытателями: старший из них провел в воздухе пять тыс. часов, младший – три тысячи.
«Спасенный пилот рассказал, что с ним случилось, и наиболее вероятной гипотезой является то, что это было столкновение в воздухе», – заявил представитель пресс-службы ВМС (Sirpa Marine) капитан II ранга Бертран Бонно.
Напомним, катастрофа произошла около 18.00 по местному времени в 30 км от города Перпиньян (приморская префектура Тулон), когда истребители, приписанные к флотилии F13, возвращались на авианосец после выполнения задания. Сам «Шарль де Голль» вышел в море три дня назад после восстановительного ремонта, вызванного целым рядом мелких аварий.
Представители ВМФ подчеркивают, что полет выполнялся в идеальных метеоусловиях: при отличной видимости и слабом ветре.
Согласно имеющимся сведениям, после катастрофы на поверхности моря не были обнаружены никакие спасательные средства (обычно на морских самолетах надувные плотики или ориентирные радиомаячки встроены в катапультное кресло и выстреливаются вместе с ним), судя по всему, пилоту не удалось покинуть самолет.
В районе поиска сейчас находятся фрегат ВМФ Франции Courbet, силы Национального сообщества спасения на море, четыре вертолета и два высокооснащенных патрульных самолета Hawkeye и Atlantic.
Многофункциональные истребители Rafale («Шквал»), особенно их палубную версию Rafale М (Marine, «морской») производства концерна «Дассо Авиасьен» (Dassault Aviation), сами французы считают наиболее совершенными отечественными боевыми самолетами.
Первый полет прототипа сухопутной версии машины Rafale А состоялся в 1986 году, однако новизна проекта, финансовые и политические сложности привели к тому, что самолет был принят на вооружение лишь в 2000-м. Французы считают этот самолет едва ли не первым в пятом поколении истребителей, однако такие заявления представляются не более чем рекламным ходом: обладая некоторыми особенностями последнего поколения – особенно по части бортового оборудования, – эти самолеты лишены таких свойств, как крейсерская сверхзвуковая скорость.
Несмотря на это, в ожидании заказов на новые машины компания Dassault по согласованию с военными сняла с производства очень неплохой истребитель Mirage 2000. Французские военные впоследствии не раз пожалели об этом явно преждевременном решении. Доводка «Рафаля» шла мучительно долго, в основном из-за неувязок в бортовом программном обеспечении. Например, из-за неоптимального закона управления по каналу тангажа самолет долгое время не выдавал расчетной скорости, а на некоторых режимах был попросту опасен.
Первые машины флотской версии были готовы лишь в 2002 году, а полной боеготовности вооруженная этими самолетами флотилия F12 достигла в 2004-м.
Французы считают этот самолет едва ли не первым в пятом поколении истребителей, но такие заявления представляются не более чем рекламным ходом
Rafale M – машина еще более сложная, чем ее сухопутный аналог. Это видно даже по цене: если обычный истребитель стоит около 60 млн евро, то палубный – под 70 миллионов. Всего для французского ВМФ заказано 60 Rafale M, но в настоящий момент развернуто лишь 17 самолетов, на которых продолжаются различные испытания и доводки.
Разбившиеся истребители как раз принадлежали к категории опытных машин: на них проводились работы по модернизации по стандарту F3. Уточним, что первые самолеты были переданы флоту в облике F1 (фактически – тренировочные машины с ограниченными боевыми возможностями), а в 2004 году на вооружение были приняты в облике F2 с урезанным функционалом. Третий вариант, на котором реализованы все заявленные возможности и характеристики, должен был стать окончательным, но два первых модернизированных самолета были потеряны.
Руководство «Дассо Авиасьен» отказывается комментировать происшествие. Следует отметить, что это первое тяжкое летное происшествие с палубной версией самолета за все время. Несмотря на сложности с системой управления, «Рафаль» оказался на редкость безаварийным истребителем. До настоящего эпизода была потеряна лишь одна машина: 6 декабря 2007 года под Курези разбился самолет ВВС. Тогда в качестве причины был назван сбой в электродистанционной системе управления полетом, что вызвало определенное недоверие пилотов к новой машине.
Главный вопрос, которым задаются сейчас французские СМИ: повлияет ли катастрофа на судьбу бразильского контракта, столь необходимого сейчас компании Dassault.
В I квартале 2009 года стоимость портфеля заказов Dassault Aviation сократилась на 1 млрд евро. Это объясняется тем, что в результате продолжающегося экономического спада клиенты отказываются от ранее размещенных заказов на бизнес-джеты Falcon. Операционная прибыль компании в линейке многоцелевых истребителей Rafale и бизнес-джетов Falcon в I квартале обвалилась на 44%, и ситуация не выправилась до сих пор.
Более того, во Франции появилось даже специальное выражение: «проклятие «Рафаля» (malediction du Rafale). Действительно, из всех европейских самолетов последних поколений (европейский Eurofighter, шведский Grippen, российские МиГ и Су последних модификаций) лишь «Рафаль» так и не получил ни одного зарубежного контракта.
Спасти ситуацию могла бы сделка на поставку 36 истребителей ВВС Бразилии, которые в настоящий момент обновляют парк своих боевых самолетов. Предварительная договоренность об этом была достигнута в начале сентября между французским президентом и главой Бразилии Лулой да Силвой в ходе государственного визита Николя Саркози в эту страну. Однако формальный договор на сумму от 4,5 до 5 млрд евро до сих пор не подписан.
Французы опасаются, что если причиной катастрофы будет назван не человеческий фактор, а технический сбой, то сделка будет сорвана, что окончательно поставит крест на экспортных перспективах самолета.