«Эти ревизионистские державы ведут хищническую экономическую политику, занимаются подрывной политической деятельностью и используют военную силу для того, чтобы изменить баланс сил в свою пользу – и часть за счет других», – заявил глава Пентагона. И это не только его позиция.
Мнение о том, что Пекин и Москва являются врагами США, разделяется львиной долей вашингтонского истеблишмента и журналистского сообщества. Часто эти две угрозы ставят на одну планку, привязывают друг к другу, что не только ошибочно по сути, но и противоречит интересам Соединенных Штатов.
Флот на флот
Пекин действительно бросает вызов Вашингтону. В рамках ведущейся между ними борьбы китайцы либо агрессивно конкурируют с американцами, либо подрывают основы, на которых базируется глобальное лидерство США – военную мощь, политическую эксклюзивность, контроль за институтами глобального управления.
Самым, пожалуй, популярным ответом на вопрос «что лежит в основе американской мощи» является тезис о вооруженных силах США. Прославленные на полях холодной войны, в региональных конфликтах (где Америка раскатывала всех врагов) и на экранах Голливуда солдаты защищают интересы звездно-полосатого флага по всей планете.
Наиболее популярным в этом смысле является американский флот, чьи авианосные группы присутствуют в важнейших регионах мира.
Китай этой картинкой не смущается и вкладывает огромные средства в развитие собственной армии. Сказки о том, что форсирование китайскими вооруженными силами Тайваньского пролива будет выглядеть как массовый заплыв десятка миллионов пловцов, уже давно устарели. На вооружении Народно-освободительной армии Китая (НОАК) находятся новейшие системы и технологии, в том числе успешно украденные у России и самих США.
А сейчас Пекин усиленно строит «флот голубой воды» – корабли, которые могут успешно действовать в Мировом океане.
Однако Китай и не собирается выставлять свои авианосцы против американских. Для уничтожения авианосных соединений флота США уже разработаны ракеты и другие средства поражения. Для КНР флот – это проекция силы, ее геополитических интересов (которые простираются не только на Азию, но и на Африку с Латинской Америкой). Кроме того, он является средством навязывания китайской воли странам Юго-Восточной Азии, с которыми у Пекина множество территориальных споров.
В этом Китай оспаривает уже американскую политическую эксклюзивность – и тоже успешно.
Сомнения союзников
Раньше считалось, что только Соединенные Штаты имеют право навязывать свою волю малым странам в обход международного права (что позволено американскому Юпитеру, не должно быть позволено каким-то быкам), но агрессивное поведение КНР в Юго-Восточной Азии сломало эту монополию.
Кто-то скажет, что ее сломала Россия – в Грузии (2008) и на Украине (2014), а Китай просто подхватил знамя. Однако это не совсем так. И в Южной Осетии, и в Крыму Москва лишь защищалась от агрессивных действий Запада, а Китай сам ведет себя агрессивно, силой обозначая свои территориальные воды и захватывая находящиеся там острова и атоллы.
Активные действия КНР и вялая реакция США на них разочаровывают американских союзников, через которых Вашингтон управляет целыми регионами. Альянсы с США во главе и без того находятся не в лучшей форме из-за американского внешнеполитического эгоизма (особо явно проявившегося при Дональде Трампе), а китайцы еще и подсвечивают отсутствие у Вашингтона решимости применять силу для защиты своих друзей против мощного врага. Не Ливии, не Сирии, не Ирака, а того, кто может дать сдачи.
В результате американские друзья – от Германии до Японии – начинают понимать: случись что, защищаться придется самим. А если гарантии США больше ничего не значат, зачем платить лояльностью и собственными интересами за сохранение альянса с Вашингтоном?
Активно действует Китай и в экономической сфере. Он не просто инвестирует огромные средства в лояльность стран третьего мира, но и создает альтернативные институты глобального управления.
Главными инструментами американского глобального лидерства являются не авианосцы и НАТО, а доллар, МВФ и Всемирный банк. Китай размывает монополию этих институтов – создает свои кредитные организации и навязывает Юго-Восточной Азии юань как резервную валюту.
Естественно, американцы должны защищаться от такого Китая – и в итоге две стороны попадают в «ловушку Фукидида», описывающую взаимоотношения великой державы и конкурента на ее позицию. «Именно возвышение Афин и страх, который это возвышение внушало Спарте, сделали войну неизбежной», – говорится в известнейшем труде этого греческого историка «Пелопоннесская война». В нынешних реалиях нужно просто заменить «войну» на «конфликт».
Россия отвечает, но не нападает
Является ли столь же неизбежным конфликт между Соединенными Штатами и Россией? Ряд американских экспертов уверены в том, что да. Москву постоянно обвиняют чуть ли не в террористических действиях против западного мира.
Недавно директор ФБР Кристофер Рэй снова пожаловался на то, что «российские агенты вмешиваются в американские выборы» для дискредитации кандидата от демократов Джозефа Байдена.
В реальности Москва не представляет угрозы для Запада, но только в том случае, если ей не приходится защищаться.
Примеров тому множество. Помимо уже отмеченных выше событий 2008 и 2014 годов, можно вспомнить создание новейших российских систем вооружений – как гиперзвуковых, так и ядерных. Созданы они были как ответ на выход США из договора о ПРО и других соглашений в области контроля за вооружениями.
Сирийская кампания тоже стала ответом на угрозу – террористическую. Как отмечал Владимир Путин, в Сирию отправились стажироваться многие экстремисты из России и лучше было их накрыть «оптом» там, чем потом вылавливать по одному в российских городах.
При этом Москва не угрожает ни экономическому господству Соединенных Штатов, ни американским геополитическим союзам, ни даже интересам США. Внимание Кремля сосредоточено прежде всего на соседних с Россией регионах, и если бы американцы перестали лезть на постсоветское пространство, большая часть российско-американских противоречий рассосалась бы сама собой.
Так почему же американцы с упорством, достойным лучшего применения, называют Россию стратегическим противником?
Это поддерживает жизнь в кадавре под названием НАТО и несколько мобилизует западные общества, но дело не только в этом.
Россия, в отличие от Китая, удобный и понятный враг, санкции против которого можно вводить пакет за пакетом. Так что американские элиты банально занимаются эскапизмом и сублимацией. Осознавая, что реальным врагом является Китай, но не понимая, как его можно победить, они борются за сохранение мирового господства через сдерживание привычного противника, который больше таковым не является.
Последствия этой борьбы очевидны. Перефразируя Майкла Корлеоне, «продолжив бороться с Россией, Америка потеряет лидерство вместо того, чтобы получить в лице Москвы партнера». Партнера по сдерживанию или, по крайней мере, того, кто не мешает сдерживать Китай, с которым у России тоже не все гладко.