В российских патриотических СМИ принято симпатизировать т.н. евроскептикам – партиям и движениям, выступающим за выход своих стран из Евросоюза. В них (и в газете ВЗГЛЯД в том числе) активно болели за Марин Ле Пен, следили за процессом над нидерландцем Гертом Вилдерсом, хвалили венгерского премьера-националиста Виктора Орбана, называли новое правительство Италии друзьями России и Путина, а в день победы изоляционистов на референдуме в Британии, возможно, даже открывали шампанское.
Природа таких симпатий понятна. Во-первых, евроскептики обычно призывают к прекращению «войны санкций» и восстановлению отношений с Россией. Во-вторых, любят критиковать вмешательство США в европейские дела, чрезмерную лояльность своих правительств Вашингтону и «брюссельское болото» как таковое. В-третьих, выступают с консервативных позиций, всегда протестуя против мигрантов и иногда – против гей-браков.
Поэтому привычны стали заголовки типа «очередной триумф евроскептиков на выборах в... (подставь страну)», за которыми следуют почти восторженные статьи о новых проблемах прозападной европейской элиты и перспективах улучшения отношений (подставь страну) с Россией.
Ровно неделю назад точно такой же «триумф» праздновали евроскептики Эстонии: Консервативная народная партия (EKRE) заняла третье место на выборах, получила почти 18% голосов (четыре года назад было 9,7%) и 19 кресел из 101 (раньше было семь). Природа успеха этой партии, прежде относимой к карликовым и маргинальным, та же, что у евроскептиков в других странах ЕС: страх перед миграцией, раздражение политикой Брюсселя и разочарование в «традиционных» политиках.
Правда, в эстонском случае свое слово сказало и русское население. Точнее, наоборот – внушительно промолчало. Явка в районах с преобладанием русскоязычных была крайне низкой – это был очевидный бойкот правящей Социалистической партии. Обычно в этих местах голосовали как раз за нее, но, впервые взяв власть четыре года назад, социалисты положение русскоязычного меньшинства улучшать не стали, сосредоточившись на критике России за Крым и Украину.
|
Март Хельме (фото: Tanel Meos/AP/ТАСС)
|
В итоге пассивность русских и усталость эстонцев обеспечили евроскептикам из EKRE 18% голосов, о которых те прежде даже мечтать не могли. И не извольте сомневаться, это самые настоящие евроскептики, матерые и принципиальные. Четыре года назад в российских СМИ обильно цитировали проникновенную речь лидера EKRE Марта Хельме, которой он заявил следующее:
Правительство Эстонии – марионетки в руках западных дипломатов. Политика Эстонии – бесконечное соглашательство с Вашингтоном, что уравнивает страну с «банановыми республиками». Запад наводнил Прибалтику своими агентами и отвлекает её от них российской угрозой, а на деле является гораздо более опасным врагом для эстонцев, чем Москва. Базы НАТО – это угроза для безопасности не только Эстонии, но и всего региона. А истинная цель американцев – ослабить Европу и доминировать в ней, ради чего они готовы на любую провокацию и даже войну.
Остается добавить, что одной из таких провокаций, по мнению Хельме, является теракт 11 сентября 2001 года. Ну как такое не процитируешь?
Но есть нюанс. Евроскептики евроскептикам рознь – география и национальная история накладывают на них отпечаток в каждом конкретном случае. Отпечаток Хельме и его EKRE заключается в том, что эти люди – припадочные русофобы, выступающие за уничтожение Российской Федерации как страны.
Цитата: «Сегодняшняя Россия – это растущий монстр, какого мир в своей истории еще не видел. Но скоро из ворот Кремля выползет чудовище. Проводимая им политика будет абсолютно агрессивной с использованием вымогательства, политически мотивированных исчезновений людей и убийств. Причем не только в самой России, но и в других странах. Не пройдет и двух лет, как в лице России мы будем иметь дело с самым ужасающим террористическим режимом в мире, экспортером терроризма, рядом с которым всякие там ХАМАСы и «Аль-Каиды*» померкнут».
В качестве меры противодействия Хельме предлагает навязать Москве экономическое соревнование, гонку вооружений и идеологическую войну, в результате чего «находящаяся в демографическом коллапсе» страна развалится на «национальные государства малых народов», которые нужно всячески поддерживать и тем самым «освободить мир от монстра».
Подобной трехгрошовой публицистики полно в современной украинской печати. Иногда с чем-то подобным может выступить какой-нибудь особо радикальный проповедник в США. А Хельме все это написал в 2007-м, когда Москва и Запад еще дружить пытались.
Как Хельме относится к эстонским русским, пожалуй, уточнять не нужно – их статус меняется в промежутке от «пятой колонны» до «раковой опухоли».
Зато EKRE выступает против мигрантов и гей-браков, поддерживает возвращение смертной казни и мечтает воплотить в жизнь местный аналог «брексита». Само словосочетание «эстонские радикалы» может показаться смешным, но EKRE – это они и есть.
Ввиду подобного радикализма Хельме и Ко долгие годы ходили в отверженных, набирая на выборах крошечное количество голосов. Они были «чересчур» даже для Эстонии, где на русофобскую риторику всегда был спрос.
Есть там, например, либеральные националисты из Партии реформ – победители «Бронзового солдата», шедшие на выборы с лозунгом о ликвидации русскоязычного образования по примеру Украины и Латвии (28% голосов). Есть более замшелые, с капустой в бороде и зигами на факел члены «Отечества», которых часто называют ультраправыми (11,4%). А еще есть EKRE – и они, как считается, для русских хуже всех.
Хельме исключали из различных националистических объединений трижды. То есть буквально изгоняли из гестапо за жестокость.
При этом не стоит считать, что лидер EKRE – необразованный ксенофоб из глухой деревни. Ровно наоборот – это библиофил, публицист, дипломат, прежде женатый на известном искусствоведе и воспитавший для Эстонии искусствоведа-дочь и журналиста-сына – надежную опору отца в их семейной партии. Как и на Украине, в Прибалтике идеи радикального национализма продуцировала именно интеллигенция, а вот впитывали их люди попроще – «деревенщина» с обостренным чувством национальной самости (по-украински – рагули).
Пикантная деталь: некогда движение Хельме называлось Национальной консервативной партией – Советом фермеров.
А вот еще более пикантная: в 1995–1999 годах Хельме занимал пост посла Эстонии в РФ – наиболее высокий из всех в его карьере. Из этого факта можно сделать исчерпывающие выводы о том, как именно относились национальные власти молодой эстонской демократии к России – тогда еще ельцинской.
Своих идей о «возврате» Эстонии части российской Ленинградской области, включая Ивангород, Хельме не скрывал никогда, более того, это его «идеи-фикс». Не прошло и недели с момента столь успешных для EKRE выборов, как заместитель Хельме Хенн Пыллуаас заявил о планах предъявить территориальные претензии к России и принять на этот счет специальный закон. «Мы 50 лет ждали восстановления своей независимости и можем ждать еще и еще. Вдруг мы когда-то получим эти оккупированные, силой отнятые территории обратно. Или хотя бы компенсации за них», – заявил он.
Территориальные претензии – вопрос серьезный, о нем нужно говорить в том числе юридическим языком. Эти «силой отнятые земли» достались эстонцам после подписания мирного договора с большевиками. В 1944-м, после освобождения Эстонии от нацистов Ивангород с окрестностями стал частью РСФСР. А в 2014-м главами МИД двух стран был подписан договор о границах, согласно которому стороны подтверждают отсутствие территориальных претензий друг другу.
Этот договор до сих пор не ратифицирован, то есть в силу не вступил. Спустя месяц после его подписания произошло воссоединение Крыма с Россией, и отношения Москвы и Таллина окончательно испортились. Однако эстонский парламент все-таки провел ратификацию в первом чтении (теперь, после новых выборов, она недействительна – нужно еще одно первое чтение), а в Госдуме даже первого не было. Стороны периодически намекают друг другу на «необходимость ускорить процесс» и призывают «действовать параллельно», но воз не движется, и не всегда понятно – почему.
А теперь в эстонском парламенте-рийгикогу засел Март Хельме со товарищи и требует договор с Россией аннулировать, чтобы когда-нибудь вернуть эстонцам основанный Иваном III Ивангород (по-эстонски Яанилинн).
И что же теперь будет? Ничего не будет.
В январе предыдущий созыв рийгикогу провалил предложение EKRE о заморозке ратификации пограничного договора с РФ. Закон о претензиях на Ивангород – та же песня на новый лад. Два месяца назад ее поддержали 14 депутатов, теперь их будет побольше – но ненамного больше. Даже значительная часть местных националистов исходит из того, что выгоднее будет «закрепить» нынешнюю границу с РФ, потому что российские территориальные претензии (пусть даже теоретические) к Эстонии – это гораздо серьезнее, чем эстонские территориальные претензии к России.
Но главное – в том, что EKRE для эстонских элит неприемлемая и «нерукопожатная» партия какого-то выскочки, который всю свою жизнь существовал по принципу «один против всех». По русскому вопросу с ним, конечно, многие солидарны. Но Хельме слишком ненавидит Евросоюз, чтобы входить во власть проевропейской Эстонии, и слишком расист для того же самого. За альянс с политиком, щеголяющим лозунгами типа «Эстония для белых», в Брюсселе по голове не погладят.
Поэтому все крупные партии Эстонии уже заявили о невозможности создания коалиции и общего правительства с EKRE. И Хельме не светит ничего, кроме роли нового «любимца» российской прессы, каким был Джон Маккейн. Его радикальные антироссийские выпады будут цитироваться, читатели в комментариях – возмущаться, а эксперты-международники – пояснять происходящее каждый в своей манере.
Восход его звезды в наших палестинах уже начался. Первоисточник набирающей популярность «новости» о том, что русские солдаты в Эстонии терроризируют эстонских сослуживцев, – все тот же Хельме.
Но российско-эстонская граница останется там же, где она есть. Не будет ни разрыва договора, ни войны, ни какой-нибудь «новой политики». А будет 69-летний балабол в рийгикогу, пытающийся привлечь к себе внимание экстравагантными заявлениями.
Таким образом евроскептики опять сыграли России на руку. Тем, что оказались слишком расистскими и радикальными, чтобы претендовать на реальную власть в приграничном нам государстве.
* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ