Предложение латвийского депутата Александра Кирштейна разделить Россию «на малые страны по этническому составу», естественно, не могло остаться незамеченным в нашей стране.
Кирштейн, вероятно, ожидал ярость и злобу, но реакция в основном юмористическая – потому что никакой реальной угрозы ни Латвия, ни лично депутат Кирштейн для России представлять не могут. С таким же снисходительным юмором у нас воспринимаются угрозы эстонских политиков и военных целых два дня отважно не пускать российскую армию в Таллин.
Кирштейн родился в 1948 году и большую часть своей жизни прожил при СССР, поэтому, по идее, должен бы помнить, что в России русских в процентном соотношении гораздо больше, чем латышей в Латвии. Поэтому разделить Россию на малые государства «по этническому составу» ну никак не получится – даже в этом фантастическом варианте развития событий получится одно очень большое государство и несколько очень маленьких.
Также не следует забывать о том, что во многих российских республиках и национальных автономных округах «титульная нация» составляет меньшинство – к примеру, в Ханты-Мансийском автономном округе хантов и манси вместе взятых чуть более двух процентов. В Башкирии башкир – менее 30%. В Якутии чуть менее половины якутов, и так далее.
Опыт попытки вооруженного отделения от России есть только у Чечни, и почему-то как сторонники, так и противники сепаратизма постоянно забывают, каким образом республика вернулась в состав федерации. Ставка была сделана, в первую очередь, не на военную силу, а на самих чеченцев, желавших жить в едином государстве, а не в бандитско-террористическом псевдогосударственном образовании, каким была «независимая Ичкерия». И в Чечне уже выросло поколение, которому воевавшие с обеих сторон родители хорошо объяснили, что сепаратизм – это кровь, война и нищета, а не стабильность, богатство и процветание.
Кроме того, провёл двадцать с небольшим лет в составе другого государства Крым, и крымчане отлично видят разницу между временами, когда республика была предоставлена сама себе – Киев фактически проводил политику игнорирования полуострова, не требуя немедленной украинизации, но и не вкладывая ресурсов в развитие региона.
Более того. Негативные последствия получения независимости Латвией очевидны для многих этнических латышей, чьи мозги не замусорены нацизмом и русофобией. Большинство граждан этой республики хотят навсегда уехать из страны и уезжают – население страны продолжает неуклонно снижаться. Латышам прогнозируют полное вымирание и растворение в иностранных народах уже через 100 лет.
В Литве ситуация гораздо хуже, в Эстонии – несколько лучше, но бывшие советские республики в целом представляют собой яркое подтверждение тезиса «вместе лучше, чем порознь». Кто-то живёт беднее, кто-то – богаче, но лучше не стало практически никому. И, что показательно, хуже всех живут именно те, кто громче всех кричал о независимости и даже брал в руки оружие – Молдавия, Грузия, Украина.
Помимо физической невозможности разделить Россию на «маленькие этнические государства», откровенно глупой является мысль о «стабильности» после разделения. Территория любого крупного государства после распада всегда превращалась в зону нестабильности – так было с самого начала зафиксированной истории человечества.
Советский Союз распался относительно мирно, хотя пример Украины показывает, что «выстрелить» может в любой момент и абсолютно в любом регионе. Но большинство других распадов государств проходили по куда более кровавому сценарию – взять хотя бы Югославию. Когда в начале 20 века распадались Османская, Австро-Венгерская и Российская империя, погибли миллионы. И только по итогам Второй мировой войны в Европе воцарился относительно долгий мир.
Вряд ли получивший качественное образование в СССР Кирштейн этого не знает или не помнит. Поэтому, призывая к развалу Российской Федерации, он отлично осознает, что призывает не к стабильности, а наоборот – к превращению всей Восточной Европы в огромную зону нестабильности.
Видимо, латвийский депутат надеется, что его страну в этом случае защитит НАТО, хотя, как показывает всё тот же исторический опыт, подобные надежды практически никогда не оправдывались. Западные союзники не спасли Польшу от Гитлера, и государственность этого народа была восстановлена исключительно по доброй воле столь проклинаемого ныне в этой стране Иосифа Сталина.
У самого Кирштейна, отметим, в Латвии не очень хорошая репутация даже среди националистов. В 90-е годы его регулярно обвиняли в том, что он – потомок оккупантов: якобы его отец в начале 20-х уехал из Латвии в Россию и вернулся только вместе с Красной армией. А фамилия его матери – Сливкина. В 2006 году депутат даже судился по этому поводу с рижской газетой «Час».
Как это очень часто бывает у европейских нацистов, русофобия у них естественным образом сочетается с антисемитизмом. В январе он назвал русский язык «языком мирового сионизма» – именно поэтому, считает Кирштейн, нужно запретить в Латвии русскоязычное образование.
Ранее этот же депутат предлагал лишать гражданства недостаточно лояльных к действующей власти людей. Например, голосовавших за повышение статуса русского языка в республике.
Неадекватность Кирштейна очевидна не только в России, но и в Латвии: евродепутат от Латвии Мирослав Митрофанов в интервью RT пояснил, что Кирштейн является одним из «наиболее радикальных и националистически настроенных депутатов», и потому следует сделать «поправку на его личность».
Однако то, что у депутата Сейма Латвии «на языке, у других на уме» – Кирштейн «выразил тайные желания очень многих политиков не только в Латвии, в Прибалтике, но и в разных странах Европы, которым покоя не дает синдром 1991 года», полагает Митрофанов.
1991 год убедил этих политиков, что «самые смелые фантазии в отношении судьбы Советского Союза возможны», что «большая и сильная страна» может распасться, и в 90-е годы «были надежды (...), что и Россия тоже распадется», констатировал депутат Евросовета.
Чем больше времени проходит с момента распада СССР, тем очевиднее становится, что эти надежды не просто призрачны, а полностью не соответствуют реальной картине мира. Наоборот – становится все меньше надежд на то, что Украине, Грузии, Молдавии и Азербайджану, потерявшим подаренные им всё тем же Иосифом Сталиным при нарезке советских республик территории, удастся их вернуть – военным или мирным путём.
Россия в 90-е годы получила серьезную прививку от сепаратизма, поэтому всерьёз рассчитывать на её добровольный распад а-ля СССР может только человек, считающий, что сионисты разговаривают по-русски. А сил, способных расчленить Россию военным путём, в мире не существует.