Вице-премьер по вопросам сельского хозяйства, бывший воронежский губернатор Алексей Гордеев заявил, что Россия обладает слишком большими природными ресурсами. Ибо эти ресурсы, по его словам, превратились в проклятие для страны.
«Мы живем в условиях ресурсного проклятия. Так устроена наша страна: людей мало, а ресурсов слишком много. Мы ничего не считаем и ничего не жалеем», – цитирует RNS речь Гордеева в Совете Федерации. По его словам, такая ситуация служит источником русской ментальности.
Лаконичная ремарка вице-премьера вызвала бурные споры среди социологов и политологов. Причем найти того, кто солидаризировался бы с Гордеевым, удалось с трудом.
«Очень скептически отношусь к концепции ресурсного проклятья, – сказал газете ВЗГЛЯД бывший консультант кремлевской администрации, президент Института национальной стратегии Михаил Ремизов. – Ресурс становится богатством только для того, кто понимает и умеет его правильно использовать. Может, проблема в том, что мы не все наши богатства умеем превращать в эффективный ресурс». По его словам, проблема не в ресурсах, а в неэффективности национальной элиты, «в некотором смысле в ее отсутствии».
«Имеется в виду возвышенное понятие элиты, соответствующее своим функциям. И вот это проклятие носит исторический характер, если не смотреть на петровские реформы, то в одном только XX веке мы как минимум дважды совершили серьезный разрыв преемственности развития, что не может не сказываться на качестве элиты», – подытожил Ремизов.
«Вот КНР обладает огромным количеством людей, а люди – тоже ресурс, – напомнил газете ВЗГЛЯД социолог, кандидат политических наук Борис Кагарлицкий. – Но почему-то КНР не приходит в упадок. Посмотрите, что писали про Китай в начале ХХ века вплоть до Мао. Жаловались на китайскую ментальность, которая мешает внедрять современные технологии. Если бы вы спросили об этом не нашего, а какого-нибудь китайского вице-премьера лет 80 назад – он бы ответил вам словами Гордеева: Китай обладает слишком большой массой людей, и вот этот ресурс сам по себе позволяет нам почивать на лаврах, так как мы можем все сделать за счет массовости, ввиду чего тормозится внедрение технологий».
Но потом китайцы начали работать иначе, и теперь они уже выпускают самое современное оборудование.
«Про немцев в начале XIX века писали, что они слишком сентиментальные и непрактичные люди. А русские путешественники в XVIII веке дружно писали, что таких плохих дорог, как в Германии, они нигде не видели. И вот как все изменилось», – воскликнул эксперт.
«Есть и другие страны, очень богатые ресурсами. Это Канада, это Норвегия, где ресурсов больше, чем в России, если пересчитать на душу населения. А еще есть страна, которая поднялась на собственном обладании природными ресурсами, и называется она Соединенные Штаты Америки», – рассказал Кагарлицкий. «В общем, наличие большого количества природных ресурсов является бедствием только в том случае, если правящий класс не может их использовать должным образом», – посетовал Кагарлицкий.
Как считает доцент кафедры государственного управления Института общественных наук РАНХиГС Екатерина Шульман, если вице-премьера процитировали правильно, то тогда он, похоже, немного запутался.
«Термин «ресурсное проклятье» существует. И идет большая научная дискуссия, реальное ли это явление или это миф, –
признала Шульман в беседе с газетой ВЗГЛЯД. – Ресурсное проклятие состоит не в том, что людей мало, а природных богатств много. Этот термин обозначает изменения, которые присущи экономике, ориентированной на продажу сырья. То есть страна с «ресурсным проклятием» – это не большая страна, в которой мало людей, это не богатая страна, в которой много разной природы, это даже не обязательно страна с углеводородами. Это страна с экономикой, в которой наиболее выгодным видом деятельности является продажа не переработанной продукции, а сырья». Имеется в виду сырье, которое востребовано в определенный исторический период: уголь, лес, нефть и так далее, пояснила социолог.
Считается, продолжает Шульман, что подобная особенность экономики приводит к изменениям в социальном устройстве. «Человеческий труд начинает меньше цениться, больше ценится само сырье, не развиваются, скажем так, высокие этажи перерабатывающей промышленности, политическая система имеет свойство быть авторитарной и так далее, – говорит социолог. – Еще раз повторю: это очень дискуссионная концепция, поскольку есть целый ряд стран, которые в нее не вписываются. Самый яркий пример – Норвегия, нефтяная страна, в которой, тем не менее, нет ни авторитаризма, ни бедности, ни примитивной плоской экономики. Поэтому, на мой взгляд, этой концепцией не стоит размахивать».
Если же вице-премьер придерживается этой спорной концепции, то это, по мнению Шульман, в определенной мере даже радует. «Хорошо, что научная терминология проникает в умы высшего руководства. Но грустно, что обозначаемое этой терминологией явление рассматривается как проклятие, как нечто мистическое, от чего нет спасения. В устах человека, который представляет высшую администрацию, это звучит как снятие с себя ответственности: то есть не мы плохо управляем, это страна у нас такая».
Директор Института политических исследований Сергей Марков поддержал вице-премьера. «Мы должны учиться более эффективно распоряжаться теми ресурсами, которые нам дал Бог и судьба. Зачастую мы безалаберно распоряжаемся ими и слабо используем наше пространство, наш сельскохозяйственный потенциал. Думаю, Гордеев говорил об этом», – заявил газете ВЗГЛЯД Марков.
«Проблема еще в том, что у нас временами бывает не очень эффективная политическая модель управления государством – вспомним 90-е годы. Либо мы подвергаемся агрессии других стран, как это было с двумя огромными европейскими нашествиями. Да, у нас живет немало людей, но из-за плохой медицины, голода и чудовищной гражданской войны мы потеряли очень много населения. Правда, от гражданской войны никакие страны не застрахованы, многие по несколько раз через это прошли», – считает Марков.
«Да, действительно огромное количество ресурсов порождает некоторую безалаберность. Мы должны научиться ценить эти ресурсы, наше пространство и наших людей. Это требует некого переворота в сознании», – резюмировал политолог.