Генсека альянса Йенса Столтенберга в Тбилиси ждут в среду, а во вторник в грузинскую столицу прибыл представитель НАТО по странам Кавказа и Центральной (в нашей терминологии – Средней) Азии Джеймс Аппатурай – испытанный канадский дипломат индийского происхождения. В мае его визит сопровождался десантированием с парашютом в центре Тбилиси пары валлийских стрелков и довольно шумными попсовыми мероприятиями.
Бить прямой наводкой по родильному отделению единственной в Цхинвале больницы, а потом сравнивать ее с построенными на американские деньги госпиталями в Тбилиси – чудовищно
Аппатурая куда больше интересует будущий состав парламента Грузии, нежели абстрактный процесс интеграции этого государства в НАТО или куда-либо еще. Ровно через месяц после окончания сессии альянса в республике должны состояться выборы, исход которых далеко не однозначен. Согласно большинству расчетов, ни одна из доминирующих политических сил не сможет достичь существенного преимущества. Это в очередной раз приведет к обострению внутриполитического кризиса, который и так уже стал для Грузии хроническим заболеванием. Формирование правительства, которое теперь прерогатива парламента, превратится в очередную борьбу бульдогов под ковром.
На словах представителей НАТО волнует именно сам процесс выборов, хотя понятно, что в итоге они будут объявлены демократичными, ибо какими они еще могут быть в Грузии – любимом детище западной демократии. «Международные союзники ждут выборов высшего стандарта. Думаю, главным посылом от союзников будет то, что они продолжают политику поддержки. Они еще раз признают тот вклад, который вносит Грузия посредством вовлеченности своих военнослужащих. Они хотят обсудить прогресс в плане выполнения Существенного пакета, с нетерпением ждут политических дискуссий с президентом, премьером, парламентом, неправительственным сектором, гражданским обществом. Они ждут выборов высшего стандарта и консенсуса по евроатлантическим стремлениям Грузии», – заявил Аппатурай.
Однако никаких преференций Тбилиси для вступления в НАТО при этом не подразумевается. Визит Столтенберга должен выразить «личную поддержку», но не очень понятно, чью – смиренного подданного норвежского короля или европейского политика, у которого есть отличная от возглавляемой им организации позиция? Видимо, у Столтенберга такая позиция действительно есть, учитывая его политические амбиции, выходящие за пределы не только Норвегии, но и НАТО. Аппатурай тоже поддерживает грузинскую сторону, упирая не на суть, а на сам факт моральной поддержки. В переводе на доступный язык – никакого вступления в НАТО в этом поколении грузинам не будет, но в душе Брюссель с ними, а визит его представителей – посильный личный вклад в общее дело. Спасибо вам, держитесь там.
В принципе, грузинская сторона должна такое понять. Это в стиле их поведения и менталитета. Примерно так же в советское время они обрабатывали российскую интеллигенцию, которая массово приезжала в дома отдыха и «дома творчества» в Абхазии: «Так выпьем же за нашего дорогого гостя и любимого писателя – напомни, дорогой, свою фамилию». И десятки представителей российской творческой интеллигенции до самого последнего времени ратовали за поддержку любых людоедских режимов в Грузии, поскольку «у них хороший кинематограф».
Меж тем надо понимать, что самостоятельной грузинской внешней политики не существует, и не существует такой грузинской армии, которую можно было интегрировать хоть в НАТО, хоть в межгалатический союз. Это лишь флажок перед зданием ООН в Нью-Йорке, как бы в Тбилиси ни пытались представить свое существование чем-то более важным. После 2008 года любая власть в Грузии имеет декоративный характер. Да, там существуют привлекательные туристические кластеры и структура здравоохранения, организованная лучше, чем в тех странах, которые та же Грузия разрушила в течение нескольких войн. Бить прямой наводкой по родильному и хирургическому отделению единственной в Цхинвале больницы, а потом сравнивать ее с построенными на американские деньги госпиталями в Тбилиси – чудовищно.
Кстати, премьер-министр Грузии Георгий Квирикашвили заявил, что его страна «заинтересована нормализовать отношения с Россией и снизить напряженность». Но это не может затрагивать «компромиссы вокруг стратегических для Грузии вопросов». В первую очередь речь, разумеется, идет о так называемой территориальной целостности, то есть претензиях Тбилиси на Абхазию и Южную Осетию. «Когда мы говорим о суверенитете, то подразумеваем суверенный выбор народа Грузии стать частью Европы. Этот выбор останется неизменным, – подчеркнул Квирикашвили. – Мы хотим отправить сигнал России, что не включимся в противостояние с ней, что нужно избежать любого, особенно военного, противостояния. Поэтому мы сегодня проводим политику, скажем так, выживания».
Это логично, поскольку противостояние с Россией означает для Грузии самоубийство в течение двух суток. Теперь понятно, какой сигнал решил отправить в Москву Квирикашвили: «Мы не самоубийцы». Хотелось бы в это верить, но не всегда подобные сигналы соответствовали реальному положению дел в грузинском обществе. Войну 2008 года Саакашвили тоже начал с обещания мира, пожелания дружбы и анонса приказа об одностороннем прекращении огня.
По мнению Квирикашвили, важный вклад в снижение напряженности в отношениях с Россией внесут туризм и расширение экономических связей. Это тоже типичная с точки зрения грузинского менталитета история. Большинство посещающих грузинские курорты россиян никак не ассоциируют себя с конфликтами в Абхазии и Южной Осетии. Политическая или военная составляющая такого туризма их не интересует в принципе, важна лишь цена на услуги, которые заметно ниже, чем в аналогичный сезонный период в условной Андорре.
То, что «народная дипломатия» через туризм или льготы на здравоохранение вдруг изменит и политическое отношение к Тбилиси Москвы, Сухума и Цхинвала, давняя мечта грузинского руководства. Разумеется, напрасная. Когда еще были живы надежды на вхождение Грузии в ЕС, говорилось, что население Абхазии и РЮО массово побежит через Грузию в Европу, а россияне все это поддержат. На выходе никто никуда не побежал, а использование грузинских курортов воспринимается в России просто как новое дешевое направление без каких-либо политических преференций для грузинской власти. При возобновлении конфликтов симпатии большинства россиян все равно останутся на стороне абхазов и осетин. Устаревшая теория о вовлеченности через бизнес в новом мире не работает, но в Грузии с ее превалированием торговли над идеологией это сложно понять.
Так же и сессия НАТО в Тбилиси превращается в акт демонстрации европейских намеков на светлое будущее и свойственных грузинскому менталитету привычек формулировать политические пожелания через тост. Но не будет Грузии в НАТО в обозримой перспективе. Не будет и деятельной поддержки со стороны НАТО. Зато будет концерт и много, очень много красивых слов. Политика тостов – это тоже политика. А другой там и нет.