32-летняя Мария Гайдар уже десять лет раскручивается как один из символов либерального антипутинского движения.
Гайдар сама лишила себя принадлежности к России – и формальное сохранение гражданства ничего не меняет
Марии Смирновой было всего три года, когда ее мать развелась с будущим отцом «шоковой терапии» – с Егором Гайдаром она стала общаться, уже когда ей было пятнадцать. В середине нулевых Мария закончила факультет экономических и социальных наук Академии народного хозяйства при правительстве России – и решила вернуть себе громкую фамилию, которая к этому времени у большинства граждан России уже ассоциировалась с несправедливыми реформами, а не с советской литературой.
С этого же момента из Марии Гайдар начинают лепить вождя молодежного либерального протеста – она становится координатором молодежного движения «Да!» («Демократическая альтернатива»). Симпатичная девушка с популярной в узких либеральных кругах фамилией – хороший материал для раскрутки. В период 2005–2008 годов она успела многое – повисеть на Большом Каменном мосту с растяжкой «Верните народу выборы, гады!», организовывать несанкционированные акции и протесты, снять ролик «Путин – антихрист», поучаствовать во встрече с президентом США Бушем в Питере. Машу грамотно вели и рекламировали – у нее своя авторская программа на небольшом телеканале, она возглавляет московский список СПС на выборах в Госдуму, у нее берут интервью.
Неглупая девушка с хорошо подвешенным языком, она никогда не высказывала ничего подобного тем русофобским взглядам, что периодически вырывались у ее коллег по тогдашнему СПС, ничего типа «мы лучшие люди» – так, столичный либерал с человеческим лицом и естественной для той среды ненавистью к Путину. Дети своих отцов – хотя Маша насобирала либеральный мусор в голову, скорее всего, уже после возвращения в Россию в 1997-м, а не от общения с отцом – хотели построить цивилизованную, продвинутую Россию, в чем им страшно мешал Путин. Их духовные отцы, олигархат 90-х, направляли их из-за кулис – чтобы подготовить и таран против Кремля, и новую элиту российской власти, ту, которая «придет на смену» путинской.
В 2009-м Маша потренировалась на Кировской области – ее бывший шеф по СПС Белых стал губернатором и позвал ее к себе заместителем. Два года в Кирове – бесценный опыт, тем более что рядом был и Алексей Навальный, с которым Мария много чего придумывала еще в Москве (в том числе и ролик «Путин – антихрист»). Вообще, по ее словам, они с Навальным просидели пять лет в одном офисе – что означает, что весь первый этап карьеры Гайдар прошел при непосредственном участии Навального. Формально они сначала работали в конкурирующих фирмах (СПС и «Яблоке»), но это не мешало совместным проектам, а потом и вовсе объединились под крылом ставшего губернатором Никиты Белых. Пока в 2010-м Навальный не уехал на стажировку в Йель (вот и прошли пять лет с 2005-го), а спустя год, в июне 2011-го, в другой американский университет, Гарвард, отправилась на специальные курсы для молодых политиков и Гайдар.
Пятая колонна? Конечно, но Гайдар искренне считает себя патриоткой России и не понимает собственной роли марионетки. Она, по ее словам, порадовалась, когда увидела первую Болотную и то, как «политически вырос» и сам Навальный, и уровень гражданской активности. Но американские курсы закончились – и, вернувшись в Россию в 2012 году, она столкнулась с тем, что попытка либерального переворота провалилась и начался период оттеснения от власти тех, кто стоял за спиной «народного бунта». Гайдар еще поработала в московском правительстве – советником вице-мэра, но недолго. Прошлогодние выборы в Мосгордуму стали последней попыткой либералов напомнить о себе – но пройти даже через праймериз Гайдар не смогла.
Она не особо критиковала Путина за Крым и Украину и вообще снизила активность, возглавляя небольшой социальный фонд – похоже, что подумывала об иммиграции. По ее собственным словам, стала учить иврит, подала документы на израильское гражданство – в этом тоже нет ничего удивительного, «все приличные люди» уезжают, почему Маша должна терпеть? Но вдруг случилось странное – ее позвали работать на Украину.
Самое примечательное в этой истории то, что Гайдар не была знакома с Саакашвили – просто, по ее замечательному объяснению, были люди, которые знали, что есть такая Маша и есть такой Миша. Необязательно это были американские кураторы Саакашвили – могли подсказать и из России. Тем более что пятая колонна в нашей стране никуда не делась – просто ее роль в ходе информационной и геополитической войны со Штатами изменилась.
Сейчас нужно не только пугать всех надвигающимся крахом экономики и власти, не только активно изображать «массовую эмиграцию из страны всего самого светлого», но и конструировать альтернативные, «новые России» – из той же Украины. Украина ведь должна быть не просто оторвана от России – но и спозиционирована как «правильная», «европейская Россия». Саакашвили отправили к Порошенко в Одессу не просто решать задачу удержания региона в составе Украины – но и строить там новую жизнь, еще одно издание «свободной от коррупции» Грузии, которой так восхищалась российская либеральная публика в середине нулевых.
Маше Гайдар досталась в этом деле важная роль – одновременно и изображать прокиевские симпатии российского общества (это скорее перед Западом и собственно одесситами), и нарабатывать личный капитал «успешного управленца», которого потом можно будет подавать как претендента на власть в России – «когда рухнет путинский режим». Это нам, в России, смешны эти планы – а американская машина работает по жесткой схеме. Все винтики должны быть задействованы в расчете на будущий выигрыш – пускай пока поработают в маленькой модели России, потренируются на одесситах.
Маша, как верный солдат партии, куда сказали, туда и поехала, что надо, то теперь и говорит. Но чему тут удивляться? Выбор, который сделала она или который она позволила сделать за себя, окончательный и обжалованию не подлежит – и он был сделан гораздо раньше ее отъезда на Украину. Просто с назначением к Саакашвили все проявилось максимально отчетливо. Гайдар сама лишила себя принадлежности к России – и формальное сохранение гражданства ничего не меняет.