После Крыма началась новая эпоха в истории России, созидание новой, уже не переходной конструкции смутного времени, и хотя пока видны лишь ее контуры, но предчувствие великих изменений и образ настоящей России пугает одних и радует других.
Власти не придется предлагать народу выбирать между колбасой и величием страны – потому что это не просто ложный, а сознательно провокационный выбор
Конфликт с Западом – лишь фон, на котором будут происходить глубочайшие внутренние перемены. На эти перемены нацелена подавляющая часть общества и Владимир Путин, но этих перемен боится компрадорская и коррумпированная часть правящего класса, заинтересованная в сохранении либеральной модели несправедливого социального уклада. Модели, не отвечающей не только интересам развития страны, но и, прежде всего, национальному цивилизационному коду, идеалам русского народа. Мирная революция сверху, продвигаемая Путиным при опоре на народ, – главная угроза для тех, кто хочет, чтобы все было как раньше, «когда Россия шла путем цивилизованных стран».
Но как остановить ход истории, сбить народ и Путина с курса? Только замутив им голову – напугав Путина потерей поддержки «лучших людей» или представив Путина как проблему, из-за которой народ будет жить хуже. Первый вариант не прошел еще в ходе Болотной – и теперь настало время второго. Нужно убедить людей в том, что Путин угрожает их личному благополучию. Как сделать это в России, где общее всегда было выше частного, а поддержка Путина растет пропорционально его продвижению в сторону все более жесткого отстаивания национальных интересов?
Ну, во-первых, либералы убеждены, что это не так (русские – материалисты, а доверие Путину – следствие пропаганды), а во-вторых, они пропагандируют, что новый курс Путина угрожает в первую очередь простому народу, проводится за его счет и в интересах олигархов и приведет не к величию России, а к ее краху. Одновременно пугают бизнес ростом налогов, а пенсионеров – ростом цен на гречку, и всех вместе – «законом Ротенберга», якобы принятым для защиты «интересов путинских друзей».
Гречка в этом ряду выступает лишь символом – недаром либеральная пресса называет ее «универсальным индикатором социально-экономического состояния». Но в гораздо большей степени игра в гречку показывает то, как работает машина либеральной пропаганды. Обнажая то, что она пытается продать народу под видом гречневой каши.
Сам по себе рост цен на гречку вообще не связан ни с санкциями, ни с падением курса рубля к доллару и евро – это банальное следствие плохого урожая и желания поставщиков заработать. Такое уже было – несколько лет назад цена на гречку в розничной торговле внезапно выросла чуть ли не в четыре раза, но потом все вернулось на круги своя. Но сейчас слишком удачный момент, чтобы не воспользоваться возможностью накрутить общественное мнение – Россия-то в блокаде, как пропагандируют борцы с режимом.
И рост цен на гречку – на несколько процентов в целом по стране, по данным статистиков, и в два раза, если судить по некоторым московским магазинам – становится поводом для статей в либеральной прессе. Приводятся примеры того, как в одной из сетей гипермаркетов уже ограничили ее продажу пятью упаковками (потом выясняется, что она продавалась по акции, то есть сниженной цене, но кого это волнует потом?), и прочие свидетельства массового ажиотажа.
Действительно, закупаться гречкой – национальная традиция для части нашего народа в любой тревожной ситуации. Спрос на крупу в начале ноября подстегнуло ослабление рубля – и что из этого следует? Что общество не уверено в будущем, готовится к войне или к краху экономики? Нет, просто некоторые покупатели из числа небогато живущих хотят сэкономить лишние три-четыре сотни рублей, закупив десяток килограммов долгохранящейся крупы.
Так не ведут себя на Западе и на Востоке? Во-первых, ведут – то есть экономят при удобном случае, тем более при ослаблении национальной валюты. Ну а во-вторых, на Западе и нашего военного голода не знали (действительно, зачем оборонять Париж, когда его можно сдать немцам – ведь они такие же, как и мы). Но главное, конечно же, не то, кто что покупает – а то, какую мораль из всего этого выводят наши либералы.
У них есть стройная концепция всего происходящего в стране, в которой гречка занимает свое важное место. В слегка упрощенном виде она такова: «Когда Путин пришел к власти, он заключил с обществом социальный контракт «благополучие в обмен на невмешательство в политику». Потом он прибрал к рукам всю власть и поставил под свой контроль экономику, после чего начал конфликтовать с передовой частью общества, которая хотела свобод. Задавив «лучших людей», Путин решил опереться на широкие народные массы, которые суть «быдло», и управлять ими с помощью телевизора. Но чтобы понравиться массам и в силу своих имперских комплексов, он стал конфликтовать с Западом и в итоге перешел черту, то есть Крым. Теперь Россия обречена на изоляцию, а власть будет строить в стране диктатуру, играя на низменных чувствах нищего народа, предлагая ему величие России вместо колбасы. При этом экономика будет падать, и вскоре сама власть начнет пропагандировать необходимость затянуть пояса, выдержать в трудную годину, замену ценностей бездуховной потребительской цивилизации на высокие моральные ценности. Народ будет готов потерпеть, но когда он и в самом деле увидит, что жизнь ухудшается, гречка все время дорожает, а власть живет сыто и богато, то через год-два начнет умнеть и прозревать. И отвернется от Путина – и тут выйдем мы, спасители России».
На этой концепции строятся не только надежды на реванш олигархического отряда в российской власти, но и стратегия США – убрать самостоятельную Россию с дороги, подорвав ее изнутри. Все расчеты строятся на гречке – и на полном непонимании происходящего.
У Путина никогда не было никакого договора с народом с формулой «достаток в обмен на свободы», народ ждал от Путина не только наведения порядка и предотвращения развала страны, но и возрождения государства, экономики и улучшения жизни. Сильного государства и хорошей жизни, а не просто хорошей жизни (это обещали либералы в 90-е – и удивительным образом всем, кроме них, становилось все хуже и хуже).
Одним из способов наведения порядка было отстранение от власти олигархического класса с обслуживающей его креативной прослойкой, заинтересованных в том, чтобы и дальше оставаться опорой власти и главными выгодополучателями. Хотя у них отняли рычаги власти, которые у них были в 90-е, они надеялись обеспечить сохранение своего «элитного» положения через бесконечную манипуляцию властью и народом. С помощью того, что они называют политикой и свободами – например, сделав так, чтобы управленческая элита была зависима от «выборов», на которые они бы давали им ресурсы (финансовые и медийные) и технологии.
Собственно говоря, с помощью такой схемы и управляются современные западные «демократии», и именно поэтому эти страны теряют свой суверенитет и национальную идентичность. Потому что олигархия наднациональна, как и служащий ей «креативный класс». Но Россия нашла в себе силы отстоять саму себя – и Путин пошел по пути ограничения «свобод» класса, угрожавшего русским национальным интересам, интересам как народа, так и державы.
Манипулировать что Кремлем, что народом с каждым годом становится все сложнее – и в этом пути к самостоятельности Путина поддерживает абсолютное большинство народа. Вместе с бывшим правящим классом уйдут и ценности общества гедонистического потребления, потому что их отторгает сам народ, которым с их помощью пытались управлять «хозяева дискурса».
Но для этого власти не придется предлагать выбирать между колбасой и величием страны – потому что это не просто ложный, а сознательно провокационный выбор. Даже не потому, что никакого затягивания поясов не будет – если, конечно, не считать падения уровня жизни у части столичной прослойки, ориентированной исключительно на западные ценности, что духовные, что материальные – ведь западная блокада не способна нанести России ощутимый ущерб. И не потому, что народ готов потерпеть ради общего дела и величия страны – хотя он готов, потому что это русский народ, который только благодаря своей спайке и смог построить такую страну. А просто потому, что никакого выбора ни у Путина, ни у народа нет – можно только идти вперед, отстаивая свое право на жизнь в русском мире своим умом и по своим принципам.
Ни Путин, ни народ не мучаются этим выбором – они, по правде говоря, даже и не понимают, о чем это? Неужели кому-то действительно нужно объяснять, что колбаса вторична по отношению к вере, чести, совести, правде, идее? Тем более что даже законченные либеральные циничные материалисты должны понимать, что и колбасы никакой не будет, если не будет России. А Россия может быть только великой, как велики ее просторы и русское небо, потому что иную сомнут, подчинят и уничтожат. И если сейчас пришло время стоять за великую Россию, буквально недавно чуть было не угробленную вконец – значит, так тому и быть. Всем хотелось бы, конечно, попозже – сил подкопить, момента удобного дождаться, да и вообще, мы мирные люди.
Но возникла забытая на двадцать лет Малороссия с Новороссией, попытались англосаксы утащить ее из нашего общего дома – и все, нет больше возможности оттягивать неизбежное. Нас вынуждают к бою – а мы колбасу будем под одеялом жевать? Так нас с этой колбасой во рту и похоронят. Мы вызов примем – даже по собственному историческому опыту зная, что долгая и тяжелая может быть битва (отсюда и запасы гречки). Потому что верим в то, что победим, и будет великая Россия. В которой вырастят гречку и себе, и на экспорт (за рубли), произведут сто сортов колбасы, а если захотят, то и пармезан с хамоном научатся делать не хуже европейцев. Ведь надоест же когда-нибудь трофейным питаться.