Еще в декабре минувшего года вице-спикер Госдумы и секретарь генсовета «Единой России» Сергей Неверов предположил, что запуск известного своей оппозиционной направленностью телеканала «Дождь» мог быть связан с выделением беспрецедентной государственной поддержки в размере 135 миллиардов рублей банку «КИТ Финанс», оказавшемуся на грани разорения в ходе кризиса 2008 года.
Проект прокачивался финансированием снаружи. Насколько в этом участвовал непосредственно Кудрин – вопрос открытый
До кризиса «КИТ Финанс» входил в число 50 крупнейших российских кредитных организаций. Однако падение российского фондового рынка в сентябре 2008 года привело банк к предбанкротному состоянию. Принятое тогда решение о спасении банка стало самым дорогим в истории российской банковской системы. Государство выделило банку 135 млрд рублей.
Неверов отправил запрос в Центральный банк России с просьбой рассказать, куда и на что пошли эти 135 млрд рублей бюджетных денег и как «КИТ финанс» по ним рассчитался.
В четверг Банк России ответил Неверову, куда ушли деньги, выделенные на спасение «КИТ Финанса». Причем в ответе Центробанк прямо указал, что рекомендацию не допустить банкротство этого банка дал Алексей Кудрин, который в то время был министром финансов. Решение по восстановлению платежеспособности банка «КИТ Финанс» было принято на совещаниях в 2008–2009 годах у министра финансов Алексея Кудрина.
Отметим, что после публикации ответа ЦБ осталось несколько вопросов.
Во-первых, опубликована информация только о 118 из выделенных 135 миллиардов рублей, отмечает газета «Известия». На что были потрачены оставшиеся 17 миллиардов, пока не ясно.
Во-вторых, известно, что средства, полученные через Агентство по страхованию вкладов (АСВ), пошли на погашение задолженности перед кредиторами. Однако ЦБ не назвал ни имен получателей конкретных сумм, ни самих сумм.
В-третьих, еще один «неясный» момент – покупка АСВ у «КИТ финанс» 29,9% акций Ростелекома за 50,3 млрд рублей (25 июня 2009 года). Акции были куплены по 230 рублей за штуку.
Кстати, то, что эта сделка была совершена по завышенным ценам, подтвердила ранее и Счетная палата, указав это в своем отчете в августе 2011 года. Согласно нему, Ernst & Young определила рыночную стоимость акции Ростелекома на 30 сентября 2008 года в 168 рублей за штуку. А на день выкупа эти акции стоили на ММВБ еще дешевле – 157,57 рублей. Таким образом, 29,9% акций Ростелекома были выкуплены за 50,3 млрд вместо 34,4 млрд рублей. Почти 16 млрд рублей – это убыток, который Агентство по страхованию вкладов получило от выкупа акций Ростелекома при санации банка «КИТ Финанс».
В отчете Счетной палаты отмечалось, что 22 декабря 2008 года Ростелеком заключил с оценщиком допсоглашение об оценке инвестиционной стоимости акций, где ее нижняя граница и составила 230 рублей. Решение об использовании инвестиционной оценки вместо рыночной принимал все тот же вице-премьер и министр финансов Алексей Кудрин (приказ № КА-П30-8пр от 21 мая 2009 года), хотя «инвестиционная стоимость не может быть использована для целей купли-продажи акций», отмечалось в отчете Счетной палаты.
Аналогичная ситуация с убытком у ВЭБа, который тогда купил 9,8% Ростелекома у «КИТ Финанс» по такой же завышенной цене.
Важно заметить, что доходы Александра Винокурова, по данным специализированных СМИ, выросли в шесть с половиной раз после того, как он покинул находящийся в предбанкротном состоянии банк в середине октября 2008 года. В 2007–2008 годах состояние Винокурова оценивалось в 200 млн долларов, а на конец 2008 года, по оценке журнала «Финанс», оно составило уже 1,3 млрд долларов, указывает Неверов.
Неверов сказал, что уже подготовил запросы в департамент экономической безопасности МВД и Генпрокуратуру, в которых просит узнать, что за физические или юридические лица получили 46 миллиардов, и проверить, не были ли они аффилированы с руководством банка.
«В открытых источниках говорится, что в то время, когда банк разоряется, его собственник становится миллиардером, а государство выделяет огромные суммы, в частности 46 млрд рублей, на погашение долга перед кредиторами «КИТ Финанса». Интересно посмотреть, кто был этими кредиторами», – цитируют Неверова «Известия».
Сам Винокуров утверждал, что «нет оснований полагать, что деньги были потрачены не по назначению». «Дело было еще в 2008 году, сейчас 2013-й, и оснований для каких-либо подозрений до сих пор не возникло», – заявил он.
Однако после публикации ответа ЦБ предположение Неверова о том, что оппозиционный телеканал «Дождь» был запущен на деньги, которые по воле Кудрина выделил Винокурову Центробанк, может получить развитие.
Напомним, запуск телеканала «Дождь» состоялся весной 2010 года. Операционной прибыли телеканал не приносит.
Общий объем инвестиций в телеканал на весну 2013 года эксперты российского Forbes оценивали в 40 млн долларов. Винокуров тогда признавался изданию, что является инвестором телеканала «Дождь», а также портала Slon.ru и журнала «Большой город», при этом он не является юридическим совладельцем холдинга «Дождь». Каналом «Дождь» владеет его жена, Наталья Синдеева.
Сразу после начала вещания «Дождь» занял радикальную позицию. Телеканал широко и охотно освещал все уличные акции, выступал в защиту «узников Болотного дела», регулярно предоставлял эфир для выступлений и самому Кудрину. «Когда происходят нападки на Алексея Кудрина, единственный и одиозно включающийся канал – это «Дождь», – отмечал ранее Неверов.
При этом Кудрин заявлял, что не причастен к финансированию «Дождя».
«Понятно, что в спасении кредитных организаций Минфин традиционно играет серьезную роль, – отметил президент Центра стратегических коммуникаций Дмитрий Абзалов в беседе с газетой ВЗГЛЯД. – Центробанк, по идее, у нас должен быть отграничен от федеральной власти, но на практике так было достаточно редко: фактически происходило согласование различных позиций, так что ничего удивительного в том, что именно Министерство финансов определяло перечень отдельных банков, нуждающихся в помощи».
В те годы, когда Минфином руководил Кудрин, отмечает Абзалов, «какой банк спасать, а какой не спасать, по большому счету, решало министерство».
«Сама система финансового регулирования и бюджетирования часто носила характер ручного управления – причем очень часто это управление было нерациональным, – полагает эксперт. – Примером могут служить случаи выделения финансирования спасаемым предприятиям: Минфин фактически мог собственным решением перераспределять бюджетные средства, то есть залезать в сферу компетенции депутатов».
Как и Неверов, Абзалов не исключает «опосредованной» связи между получением «КИТ-Финансом» государственных денег и открытием телеканала «Дождь».
«Действительно, Винокуров активно – по крайней мере, на первых этапах, стал финансировать проект из тех средств, которые были получены в результате продажи «КИТ Финанса», – напомнил Абзалов. – Лишь потом определились потенциальные инвесторы и рекламодатели – но, как показывает практика последнего полугодия, на чистой прибыли СМИ вряд ли сможет существовать».
«Проект прокачивался финансированием снаружи, – считает эксперт. – Насколько в этом участвовал непосредственно Кудрин – вопрос открытый».
«Кудрин, используя свое положение министра финансов, заставлял «Единую Россию» голосовать за антисоциальные решения, подрывающие экономический рост в России, и при этом еще и всячески критиковал партию», – заявил политолог, член Общественной палаты Сергей Марков газете ВЗГЛЯД.
Глава политической экспертной группы Константин Калачев отмечает, что одним из итогов скандала с деньгами Винокурова может стать приобретение Неверовым имиджевой выгоды. По мнению Калачева, Неверов показал в первую очередь элитам, «что он не «говорящая голова», а состоявшийся политик, обладающий информацией, с которым приходится считаться».
«Он как человек осторожный и системный не будет заниматься делом, в котором нет доказательной базы. Если он занялся, значит, есть и повод, и причины. Думаю, что это не конец истории, главная интрига впереди», – сказал Калачев «Известиям».