Лидер «Гражданской платформы» заявил о том, что считает выборы для своей партии особо удачными, и сообщил о том, что по их итогам она сформирует семь фракций в областных законодательных собраниях. Получается, что партии удалось более чем вдвое увеличить свое представительство в регионах – до выборов она была представлена всего в трех региональных парламентах.
Социологически значимой ниши избирателей, для которых привлекателен Прохоров, в регионах просто не существует
Впрочем, при проверке заявления Прохорова оказывается, что в целом итоги выборов сложно назвать для ГП однозначно успешными. А если исходить из озвученных еще до выборов самим олигархом амбиций, то скорее наоборот. Ведь сам проект Прохорова заявлял себя не просто в качестве одной из многочисленных новых оппозиционных партий, а чуть ли не главной силой, претендующей на власть в стране.
Главным достижением для партии Прохорова выглядит победа Евгения Ройзмана* на выборах мэра Екатеринбурга. Ройзман набрал почти треть голосов избирателей и обошел кандидата от «Единой России». Впрочем, даже сам Прохоров назвал победу Ройзмана его большим личным успехом, так что здесь партия просто сделала ставку на правильного человека.
Точно так же можно было подать и победу «Патриотов России» на выборах в Красноярскую городскую думу – список партии немного уступил единороссам, но по округам «патриоты» взяли вдвое больше мест. Секрет успеха прост: ПР поддержал своим огромным авторитетом Анатолий Быков, бывший совладелец КрАЗа и бывший же депутат краевого парламента. Популярность Быкова, в 90-е годы противостоявшего экспансии московских олигархов и воспринимающегося как местный Робин Гуд, и позволила выиграть малозаметной политической партии, входящей к тому же в Объединенный народный фронт. Точно так же обстоит дело и с Ройзманом. Его популярность основана на многолетней работе в фонде «Город без наркотиков» и никак не связана с партийными проектами. 10 лет назад он избирался в Госдуму как одномандатник, а потом возглавлял городское отделение Партии Жизни, позднее ставшей «Справедливой Россией».
«Это Ройзман своим светом озарял «Гражданскую платформу», а не наоборот, – считает профессор НИУ-ВШЭ Олег Матвейчев. – Ройзман – очень известный и популярный человек, он уже 15 лет в екатеринбургской политике. И он, конечно, не является никаким либералом – нормальный уралмашевский браток со всеми плюсами и минусами этого понятия. Человек с мужской харизмой, который сделал делом своей жизни борьбу с наркотиками – так, как он ее понимает. И методы его работы с наркоманами отнюдь не либеральные. Если говорить о либеральных методах борьбы с наркоманией, пришедших к нам в 90-е годы, то они состоят в том, чтобы называть их не преступниками, а больными, пересаживать их на метадон, раздавать наркотики и нянчиться с ними, – и это было бы вполне в стиле Прохорова. А Ройзман приковывает их наручниками к батарее, пока они не отвыкнут.
«Гражданская платформа» не является для Ройзмана даже инструментом – он заявлял, что не будет брать у Прохорова денег. Так что Прохорову не стоит приписывать себе чужих успехов».
«Как только было решено не трогать и не снимать с выборов Ройзмана, он автоматически выходил в фавориты, – говорит директор Института политики и государственного права Виталий Иванов. – А учитывая слабость Силина и вялость Буркова, его основных конкурентов, Ройзман не мог не выиграть выборы».
Никакой помощи от партии популярному екатеринбургскому политику не было – более того, она могла лишь повредить кандидату. «Ройзман нигде не акцентировал свою принадлежность к «Гражданской платформе», и если бы Прохоров помогал ему публично, то Ройзману это было бы лишь в минус, потому что он шел на теме местного патриотизма», – говорит директор Международного института политической экспертизы Евгений Минченко.
Если же посмотреть на результаты выборов для «Гражданской платформы» без Ройзмана, то окажется, что похвастаться особо нечем.
«Заявление о семи фракциях – это известное лукавство, – считает Виталий Иванов. – Партия вроде бы преодолела барьер, но когда начинаешь разбираться, то видишь, что вся фракция состоит из одного, в лучшем случае двух человек и ничего из себя не представляет с точки зрения реального влияния. Никакого политического влияния в регионах ГП, конечно, не приобрела».
Действительно, ГП выдвигалась в 13 заксобраний из 16, где проходили выборы в это воскресенье. Итог – лишь в двух она смогла преодолеть пятипроцентный барьер, еще в двух – провести по одному депутату в округах. Откуда же взялась цифра семь? Путем прибавления к трем существовавшим до выборов фракциям: в питерском заксе, калининградской облдуме и якутском парламенте – четырех новых, которые образуются по итогам выборов 8 сентября. Хотя, собственно говоря, фракций из них всего две: в Иркутской области и Калмыкии, – потому что в Бурятии и Ярославской области от партии Прохорова в региональные парламенты прошли лишь одномандатники, называть одного человека фракцией довольно странно. В той же Бурятии список ГП вообще не преодолел пятипроцентный барьер, а в успешных Иркутском крае и Калмыкии сработали административный ресурс и сильные местные политики.
«Успех был только там, где региональные элиты смогли дать результат, в первую очередь в Иркутской области, – говорит Евгений Минченко. – Там ГП помогал губернатор. Союз с местными элитами был и в Калмыкии».
В Иркутске Прохорову очень помогла дружба с губернатором, считает и Виталий Иванов: «Они исторически в очень хороших отношениях. И губернатор разделил свое административное внимание между «Единой Россией» и ГП. Так же, как в 1999 году в некоторых регионах делили ресурс между «Единством» и СПС».
По идее, «Гражданская платформа» – единственная партия, выступающая за либеральные ценности. Конкурентов на этой площадке у нее фактически нет.
«В стране довольно много либерального электората, и «Гражданская платформа» практически единственная, кто работает на этом поле, – говорит Олег Матвейчев. – У нас в стране зарегистрировано 75 партий, из которых 70 относятся к левым, патриотам, консерваторам. И оставшиеся либеральные партии: ПАРНАС, «Правое дело» – на этих выборах почти нигде не работали. У ГП была пара спойлеров – вроде «Гражданской позиции», но они оттянули совсем немного голосов. Так что даже в отсутствие конкуренции на либеральном фланге партия Прохорова не реализовала своего потенциала. От них ожидали большего – что везде пройдет, что выстрелит, наберет по 10–15%».
При этом везде, где ГП показала приличный результат, она сделала это вовсе не за счет выдвижения либеральных политиков или мобилизации либерального электората. Голоса принесли местные популярные политики, чаще всего вообще не имеющие никакой идеологии. В регионах, в отличие от Москвы, «Гражданская платформа» вовсе не подает себя как либеральная партия.
«Это совершенно разные вещи, – говорит Виталий Иванов. – Одно дело – это публичное позиционирование ГП на федеральном уровне, совсем другое – это ее позиционирование перед региональными элитами. Если в первом случае Прохоров говорит о либеральной партии, проекте демократического направления, то для регионов (кроме Москвы) все совсем по-другому. Там применяется технология сбора недовольных и конфликтных политиков, ставка на сильные местные фигуры, которые способны сами за себя заплатить».
Региональные политики или просто люди с деньгами и амбициями, которые хотят куда-нибудь избраться, смотрят на существующие партии, изучают их электоральную историю – так же, как проверяют кредитную историю, говорит Иванов. «И вот они видят: Прохоров, известный человек, олигарх, пошел в политику, вот его партия. И где-то она сумела пройти – глядишь, может, и мне стоит с ними попробовать».
Эта технология, которую до Прохорова использовала мироновская «Справедливая Россия», в этот раз позволила ему собрать несколько заметных фигур. Причем цели они преследовали вполне конкретные.
«Я уверен, что такие люди, как Филипповы во Владимире, Урлашов в Ярославле, шли к Прохорову, рассчитывая, что он выступит их «крышей» – перед центром, перед губернаторами и силовиками, – считает Виталий Иванов. – Но опыт Кошелева, Филипповых и тем более Урлашова показал, что Прохоров – плохая «крыша». В случае с Ройзманом вовсе не Прохоров защитил кандидата, не трогать Ройзмана решили в федеральном центре».
Все, кто перебегал к Прохорову из других партий: единороссы, справороссы – думали, что сейчас он даст им денег, говорит Олег Матвейчев.
Впрочем, Виталий Иванов считает, что все равно по итогам этих выборов интерес у региональных ресурсных людей к партии Прохорова сохранится, а может быть, даже и вырастет: «С точки зрения этого узкого круга, имидж «Гражданской платформы» после выборов выглядит перспективней, чем у десятков других новых партий. С точки зрения инвестиций они выглядят сейчас гораздо привлекательней КПСС, «Союза горожан» или Партии садоводов. Так что такие люди будут продолжать выходить на Прохорова, искать его, если он, конечно, сам не забьет на партию и не отдаст ее кому-нибудь другому».
Из категории партий – полных ничтожеств (с фиктивным членством и набором людей с печатями региональных отделений) «Гражданская платформа», по словам Иванова, переходит в когорту пусть и заднескамеечных, но заметных партий: «Там же, где «Яблоко» и «Патриоты России», подтягиваются туда и «Родина», и «Альянс зеленых – Народная партия», так же, как и ГП, показавшая неплохие результаты на этих выборах. А на траектории спуска в эту нишу из раздела по-настоящему федеральных партий находится сейчас «Справедливая Россия».
Действительно, те же «Патриоты России» по итогам выборов тоже прошли в два региональных заксобрания и теперь имеют девять региональных фракций – даже больше, чем у «Гражданской платформы».
Но полноценная федеральная партия должна быть представлена если не в двух третях, то хотя во всех системообразующих регионах. А когда партия может похвастаться десятком ярких деятелей, которые к ней примкнули и используют ее интерфейс в своих политических проектах, то это скорее не партия, а удачный опыт коммерческой политики, отмечает Виталий Иванов. Для настоящего партстроительства это лишь начальный этап.
Заявления Прохорова о том, что власть всячески мешала кампании «Гражданской платформы», политологи склоны считать в основном надуманными.
«Серьезного противодействия не было, – считает Олег Матвейчев. – В случае с не зарегистрированным в Ярославле списком во главе с Урлашовым партия сама признала свою ошибку. Ведь они совершили нарушения, за которые нельзя было не снять с выборов. А в целом на кампанию «Гражданской платформы» работали довольно серьезные медийные фигуры: всю страну с агитацией объезжали Починок, Ярмольник, на биллбордах использовались фотографии Пугачевой и Макаревича. Если к вам в область приезжает Леонид Ярмольник, то, каким бы провластным СМИ вы ни были, вы не можете про него не написать. Так что «Гражданская платформа» везде и всегда была на слуху, ни о каком противодействии говорить не приходится. Никому Прохоров не был нужен, чтобы с ним бороться».
Более того, сам Прохоров своими визитами в регионы порождал лишь проблемы для собственной партии. Так, провал списка «Гражданской платформы» в Бурятии связан в том числе и с попыткой олигарха поучаствовать в кампании.
«В Бурятии список ГП на выборах в региональный парламент возглавлял бывший мэр Улан-Удэ Айдаев, – говорит Олег Матвейчев. – Понятно, что у него был большой ресурс и личный рейтинг в 20%. Он не пошел по округу, решив, что гарантированно преодолеет пятипроцентный барьер во главе списка партии Прохорова. Но в итоге список набрал всего 4%. Получается, что ГП подсадила рейтинг Айдаева. И одной из причин этого могли стать и те заявления, который делал посетивший республику Прохоров. Например, он заявил, что Бурятию как субъект Федерации следует упразднить. И месяц после этого Айдаев оправдывался и объяснял, что Прохоров не то имел в виду».
Сам Прохоров для регионов фигура неподходящая – его знают там как олигарха и кутилу, говорит Виталий Иванов: «У него отрицательный имидж. У Жириновского имидж тоже не положительный, но есть достаточно заметная ниша избирателей, на которых он действует вполне мобилизующе, для которых он привлекателен. Социологически значимой ниши избирателей, для которых привлекателен Прохоров, в регионах просто не существует. Есть, конечно, часть бизнесменов и интеллигенции, которым он нравится, но их настолько мало, что можно не учитывать».
Оценивая в целом результаты выступления «Гражданской платформы» на этих выборах, политологи говорят о том, что ее успех несомненен только на фоне остальных малых новых партий. Но сам замах был на гораздо больший успех – и в этом смысле он не реализован.
Если там, где раньше был ноль, появляется единица, то это автоматически означает успех, говорит Виталий Иванов. Другое дело, что единица нарисовалась не быстро, вертикального взлета у ГП не получилось. Попытка Прохорова сразу попасть в первую лигу не удалась – прошли те времена, когда это можно было сделать с ходу. Хотя учитывая его имя и ресурс, многие ожидали, что он это сможет. Но у него не вышло ни с первого захода (с «Правым делом»), ни со второго.
Захочет ли сам олигарх продолжать партийную деятельность или попытается прекратить этот проект как неудачный? «Говорят, что он неоднократно ходил к руководству страны и просил освободить его от этого политического оброка в виде «Гражданской платформы», – говорит Иванов, – и отпустить его заниматься тем, что у него получается лучше». Наверное, работать над «Е-мобилем».
* Признан(а) в РФ иностранным агентом