Президент Владимир Путин в среду поддержал подготовленный СПЧ проект амнистии, приуроченной к 20-летию Конституции. «Я согласен с вашим предложением в целом. Мы доработаем этот документ вместе с депутатами Госдумы, и вас прошу самым активным образом включиться в эту работу», – заявил Путин в среду, обращаясь к главе СПЧ Михаилу Федотову, представившему документ об амнистии. С аналогичной просьбой президент обратился к уполномоченному по правам человека Владимиру Лукину.

Если концепция широкой амнистии, которую мы предложили, будет принята, то можно ожидать освобождения до 250 тысяч человек

Как сообщала газета ВЗГЛЯД, после встречи глава СПЧ не исключил, что под новую амнистию могут попасть до 100 тысяч заключенных, в том числе и бывший глава ЮКОСа Михаил Ходорковский. Впрочем, Лукин был более осторожен – по его мнению, речь идет не более чем о 50 тысячах.

Уже звучат предположения, что под амнистию может попасть экс-глава Минобороны России Анатолий Сердюков, подозреваемый в халатности, а также осужденные за хулиганство участницы Pussy Riot и фигуранты «болотного дела». Впрочем, пресс-секретарь президента Дмитрий Песков напомнил, что преждевременно и опрометчиво делать подобного рода прогнозы, пока проект не доработали депутаты Госдумы.

О том, как могут изменить депутаты Госдумы проект, кто из осужденных все же останется за решеткой, в интервью газете ВЗГЛЯД рассказал член СПЧ, замдекана факультета прикладной политологии НИУ-ВШЭ Леонид Поляков.

ВЗГЛЯД: Леонид Владимирович, как вы предполагаете, насколько изменится ваш проект амнистии после доработки в Госдуме?

Леонид Поляков: Не думаю, что документ будет изменен кардинально, раз уж президент поддержал общие принципы. Скорее будет именно доработка, уточнение, может быть, исключение каких-то статьей и составов, по которым президент не сочтет возможным предоставить амнистию, или, наоборот, включение новых.

В любом случае завершающий этап этого процесса – согласование с депутатами, потому что амнистия, по Конституции, объявляется именно Государственной думой. Времени ведь остается уже немного.

ВЗГЛЯД: Среди депутатов летом, когда обсуждалась амнистия для бизнесменов, преобладало мнение, что мошенничество, даже со сроком наказания до пяти лет, серьезное преступление, которое может совершаться организованной преступной группой и приносить большой ущерб. Почему СПЧ все же предложил подвести и эту статью под амнистию?

Л. П.: Я сам стоял за то, чтобы мы установили планку по экономическим преступлениям до пяти лет. И полагаю, что было бы справедливо идти именно по этому пути. Да, бывает, что экономические преступления выглядят не столь угрожающе, не страшнее тех, например, кто невольно совершил убийство и так далее.

Однако очень часто в нашей правоприменительной практике под статью «Мошенничество» подтягивают вполне произвольно. Такие случаи широко известны. Преследования бизнесменов с целью взятки, рейдерского захвата и так далее – у всех на слуху. Даже если в ходе амнистии возможны какие-то ошибки, мое личное мнение, что в большинстве случаев такие люди больше нужны на свободе, чем за решеткой.

Не думаю, что поправки замкнутся на какой-то одной статье, например «Мошенничество», будет рассматриваться состав статей. Кроме того, всегда можно найти какой-то компромисс. В любом случае мы можем только посоветовать, окончательная ответственность лежит на депутатах.

ВЗГЛЯД: За экономическое преступление получил пять лет, пусть даже условно, бывший кандидат в мэры Москвы Алексей Навальный. Получается, и он попадает под амнистию?

Л. П.: Если будет выдержан принцип, что все статьи по экономическим преступлениям со сроком наказания до пяти лет подлежат амнистированию, то да, Навальный и его подельник Офицеров, которому присудили четыре года условно, попадают под эту меру. Но если какие-то положения будут изменены, ситуацию предсказать сложно. Зависит от решения Госдумы.

Не думаю, что президент и депутаты будут выделять отдельных персонажей. Речь идет о том, чтобы туда попадали определенные статьи и определенные составы. Невозможно кого-то включить и исключить, иначе сам правовой акт превратится в непонятный обществу избирательный произвол.

ВЗГЛЯД: В проекте СПЧ идет также речь, что лица, осужденные за мелкое хулиганство, подлежат амнистии. Значит, и участницы группы Pussy Riot могут попасть? Или же 30 активистов Greenpeace, которых обвиняют в хулиганстве?

Л. П.: За хулиганство статья максимум предполагает семь лет. Если ничего не изменится, то и Толоконникова, и Алехина, и Самуцевич попадают под эту амнистию.

Что касается активистов Greenpeace, им также переквалифицировали статью с «Пиратства» на «Хулиганство». Сама по себе статья не тяжкая, это просто-напросто нарушение общественного порядка. Но вопрос «подвешен», потому что она предусматривает наказание до семи лет, а в нашем проекте речь идет об осужденных до пяти лет. Так что они могут попасть под амнистию, а могут и не попасть. Возможно, депутаты добавят какие-то новые составы, от них тоже очень многое зависит.

Замысел ведь в том, чтобы в связи с таким знаменательным юбилеем Конституции проявить реальный гуманизм и избавить от пребывания в тюрьме достаточно большое количество людей, которые находятся в местах лишения свободы не по злому умыслу, а по неосторожности, совершивших нетяжкие правонарушения, причем впервые. Оттуда ведь, как правило, возвращаются с покалеченной судьбой.

ВЗГЛЯД: Как тогда быть с фигурантами «болотного дела», которых обвиняют в нападении на полицейских?

Л. П.: Сейчас их судят за участие в организации массовых беспорядков, это довольно тяжелая статья. Если произойдет ее переквалификация на хулиганство или будет расширен состав статьи, то, возможно, и они попадут под амнистию. Если же нет, то дело пойдет в суд.

ВЗГЛЯД: Распространяется ли нынешняя редакция на осужденных по делу ЮКОСа Михаила Ходорковского и Платона Лебедева?

Л. П.: Дело в том, что у них большие сроки заключения, они выходят за пределы 10 лет, так что вряд ли они могут попасть под амнистию. В любом случае все еще будет согласовываться, и возможно, что сами депутаты предложат какие-либо дополнительные составы... Тогда я не удивлюсь, если Ходорковский и Лебедев попадут под амнистию.

ВЗГЛЯД: Внимание общества приковано сейчас к экс-министру обороны Анатолию Сердюкову и его бывшей подчиненной Евгении Васильевой. Адвокат последней заявил, что амнистия на нее не распространяется, поскольку для этого нужно ее согласие, признание вины, а Васильева признавать свою вину отказывается...

Л. П.: Сердюкову сейчас предъявляется обвинение в халатности – это легкая статья, вполне возможно, что дело будет прекращено по амнистии. Однако если произойдет переквалификация на более тяжелую статью, дело не будет подлежать амнистии.

#{smallinfographicleft=427277}Что касается Васильевой, у нее состав более тяжелый, речь идет о хищении в особо крупном размере. Если обвинение по-прежнему предъявляет именно этот состав, то я думаю, что под амнистию в данном варианте она и те, кто выступает в качестве ее подельников, не попадают. Васильева еще не осуждена, но в амнистию могут быть включены и те, кто находится под следствием, чьи дела еще не переданы в суд. Здесь признание вины неважно. Важно, подходит ли статья под составы, которые амнистируются. Судя по тяжести статей, вряд ли Васильева может рассчитывать на это.

ВЗГЛЯД: Сейчас общество требует ужесточения мер в сфере миграции... Почему вы решились включить в амнистию и мигрантов-нарушителей?

Л. П.: Да, но только тех, кто также совершил незначительные правонарушения, при этом еще и пересекал границу законно. В противном случае незаконный въезд направлен против порядка правления, против государства. В условиях, когда проблема незаконной миграции – одна из острейших, амнистировать людей, которые сознательно идут на такие преступления, неправильно.

ВЗГЛЯД: Член Общественной палаты Мария Каннабих предложила внести в проект пункт о подготовке людей к освобождению. По ее словам, люди выходят потерянными и не знают, что делать на свободе...

Л. П.: Мы выпускаем на свободу людей, которые уже немного отвыкли от нормальной жизни, и здесь главное – не допустить рецидивов, поскольку они очень легко могут попасть в ситуацию, где совершат вторичное правонарушение, и превратиться в рецидивистов. Таких потерь не хотелось бы. Не знаю, насколько этот вопрос нужно включать в проект. Но нужен какой-то набор мероприятий, чтобы людей готовили и помогали им адаптироваться в новых условиях жизни.

ВЗГЛЯД: Многие выражали опасения, что под срок до пяти лет попадают и те, кто совершил тяжкие преступления...

Л. П.: Возможно, кто-то и ухитрился получить срок до пяти лет по статьям с нанесением тяжкого вреда здоровью... Не знаю. Но считаю обязательным условием – тяжкие преступления, даже совершенные впервые, не должны попадать под амнистию.

Мы выпускаем людей по амнистии, потому что они совершили какой-то проступок, а тяжкие и особо тяжкие преступления – это уже другой разряд. Есть человеческие нормы и правила, и должна быть справедливость в отношении тех, кто посягает на жизнь, здоровье, честь и достоинство других граждан.

ВЗГЛЯД: Так сколько человек может затронуть амнистия? Федотов говорит о 100 тысячах, Владимир Лукин – только о 50 тысячах...

Л. П.: На самом заседании, когда мы только обсуждали концепцию, я поставил этот вопрос. Михаил Александрович Федотов потом делал запрос по разным инстанциям. Получилось, что если концепция широкой амнистии, которую мы предложили, будет принята, причем с сохранением широкого подхода, то можно ожидать освобождения до 250 тысяч человек.