В Британии уже два месяца действует необычный правительственный сайт, работа которого напоминает формы древней прямой демократии. Любой подданный Великобритании может разместить там свою петицию, и если ее поддержат в Сети более 100 тысяч соотечественников, то документ автоматически выносится на рассмотрение парламента.

Раньше люди кидали черепки, как это было в Афинах, потом стали бросать бюллетени, теперь будут нажимать на кнопку

Сайт впервые сработал в конце минувшей недели, когда более 130 тысяч человек потребовали от британских властей обнародовать пакет документов «для служебного пользования», связанных с давкой на стадионе «Хиллсборо» 15 апреля 1989 года. Напомним, в результате давки тогда погибли 96 болельщиков, а 766 человек получили ранения.

Родные и близкие много лет добивались раскрытия данных о трагических событиях, которые, согласно выводам независимой комиссии по расследованию, стали следствием «утери полицией контроля над ситуацией на стадионе». В итоге парламент поддержал призыв, и власти сняли с бумаг гриф секретности. Секретные документы, например, включают и корреспонденцию тогдашнего премьера Маргарет Тэтчер.

Упомянутый сайт официально защищен, как на нем значится, копирайтом английской королевы. Чтобы петиция была опубликована на сайте, ее сначала должно проверить то ведомство, в компетенции которого находится указанная проблема. Также петиция не должна касаться кадровых решений правительства, то есть назначения или смещения конкретного чиновника.

Автор петиции должен предоставить свои данные, адрес, телефон, электронную почту. IP-адреса всех пользователей, которые голосуют на сайте, отслеживаются. Разместить петицию или поддержать ее может только подданный Великобритании. Голос засчитывается только после проверки каждого проголосовавшего.

Если даже петиция собрала 100 тыс. голосов, она лишь попадает в повестку палаты общин, но парламентарии могут ее и отклонить, например, если проблема уже и так затрагивается в рабочих документах палаты.

Многие эксперты и политики предупреждали о том, что в ближайшие десятилетия в мире возникнут формы электронной демократии, и таким парадоксальным образом может возродиться прямая демократия, которая некогда существовала в Древней Греции, а в наши дни уцелела в некоторых городах Швейцарии. О том, что такое в будущем возможно и в России, заявлял в своей речи на прошлогоднем Ярославском форуме и президент Дмитрий Медведев.

О том, зачем понадобился подобный ресурс британским властям и как скоро могут развиться подобные формы народовластия в России, в интервью газете ВЗГЛЯД рассказал футуролог и социолог Сергей Переслегин.

ВЗГЛЯД: Сергей Борисович, смотрите, народ добился, чтобы были рассекречены важные документы, сейчас на голосовании стоит вопрос о том, чтобы участников недавних погромов лишать социального жилья... Можно ли считать появление подобных сайтов переходом к прямой демократии? 

Сергей Переслегин: Это не переход ни к прямой, ни тем более к демократии. Обратите внимание, для чего были использованы эти сайты? Помните, нас с давних времен учили искать, кому выгодно? В данном случае английские власти, и не только высшее руководство, оказались очень испуганными теми событиями, которые произошли в стране, и пришли к очевидному выводу о том, что наказывать они будут не по букве закона.

Обратите внимание, когда в свое время Никита Сергеевич Хрущев вдруг выяснил, что у нас за валютное преступление дают минимальный срок, то вдруг сразу приказал ввести смертную казнь, и это сделали задним числом уже после введения закона. Народ принимал это как ужасы советского режима.

Здесь, по сути, сделано то же самое. Людей наказывают на основании законов, которых не было в момент, когда они совершали преступление. Но поскольку это совершенно противоречит всякой логике судопроизводства, в особенности британского, пришлось срочно изобрести представление о прямой демократии. А дальше идет указание типа: «Конечно же, это голос народа, он должен решать все на свете в качестве основы всего».

Народ тут совершенно ни при чем. Его голос тем более никого не интересовал в этой ситуации. Но зато появилась возможность легитимизировать абсолютно нелегитимный сходный акт. В стране, где проживает порядка сотни миллионов человек, набрать 130 тысяч голосов особой проблемы не составляет, особенно если мы знаем того, кто считает. Вот и все. Вы еще увидите, как эту же самую систему используют для наказания террориста Брейвика. Тоже по ситуации внезаконного типа. Опять же, Брейвика не жалко, как говорится: получил то, что заработал. Но что важно – к закону это отношения иметь не будет.

ВЗГЛЯД: Так у подобной технологии есть будущее?

С.П.: У этой технологии есть будущее в том плане, что это будет хороший способ легитимизации заведомо нелегитимных решений элит. В этом плане у нее точно есть будущее.

ВЗГЛЯД: Но насколько это – даже формально – демократично? Ведь получается, что часть общества, которая не дружит пока с Интернетом, а, скажем, в России таких еще много, отсекается от голосования? 

С.П.: На самом деле человек, желая получить доступ к Интернету, легко его получает. Проблем в этом нет. Поэтому сделать чисто интернетовские голосования в России не проблема. Просто этого никто не будет делать.

В России пока такая практика не будет быстро развиваться по очень простой причине. Хотя в России достаточно развит Интернет, но российские элиты не относятся к нему так же серьезно, как на Западе.

ВЗГЛЯД: Вы считаете, что избежать манипуляций в Интернете проще, чем в реальной жизни? Насколько можно защититься от того, чтобы одни и те же люди не голосовали бы повторно?

С.П.: Конечно! Такие вещи вообще не проблема. Это гораздо проще обеспечить, чем в реальном живом голосовании. Я думаю, что мне не надо рассказывать, сколько у нас было судебных процессов по поводу мертвых душ и нереального голосования.

Поймите, что Интернет – штука техническая. Если вы поставите перед профессиональным программистом и его группой задачу сделать невозможным проведение повторного голосования, они несомненно это сделают. Весь мир лет 20 обходится электронными платежами. Как вы думаете, если бы было легко совершить левый платеж, кто-нибудь работал бы с этой техникой? А с ней работает весь мир, не исключая Нигерии.

Любая техническая задача, если она сформулирована и есть желание ее решить, может быть решена. С социальными задачами совсем не так. Когда впервые в середине XIX века построили машинку для счета голосов, от нее отказались, потому что слишком хорошо считала. Здесь та же самая ситуация. В электронном голосовании, если эту работу действительно делать хорошо, очень трудно нарушить правила.

ВЗГЛЯД: И все же, как скоро могут и в России отказаться от обычного голосования в пользу электронного?

С.П.: Это неизбежная дорога развития. Это обязательно произойдет чуть раньше или чуть позже. Чем раньше, тем лучше. Но английский сайт к электронной демократии отношения не имеет. Как, например, электронное правительство, технология которого применяется много где, не исключая Эстонии, в общем-то, не относится к электронным технологиям. Это просто технология, довольно удобная, поэтому ей пользуются.

ВЗГЛЯД: Вы говорите, что Интернет в России уже развит. Почему же нельзя тогда ускорить введение такой практики?

С.П.: На сегодня не решена основная проблема: в Интернете очень сложно отделить информацию от «мусора». Даже если вы сделаете идеально работающий сайт такого типа, за счет троллинга и возникновения десятков похожих сайтов ваш сайт немедленно потеряет легитимность, а тем самым пользоваться им для выяснения общественного мнения в принципе будет нельзя. Это просто особенность данной техногенной среды.

Поэтому использовать электронное голосование как технический прием никаких проблем не составляет, просто это ничуть не отличается от обычного голосования. Это не электронная демократия. Грубо говоря, раньше люди кидали черепки, как это было в Афинах, потом стали бросать бюллетени, теперь будут нажимать на кнопку. Это ничего не меняет по существу.

Электронная демократия – это совсем другой режим. Это ситуация, когда обсуждение всех законопроектов происходит онлайн с участием произвольного и неопределенного числа людей, которые предлагают поправки и вносят законы своим голосованием. Это реальная ситуация, когда вся работа правительства происходит только через Сеть. И тогда каждый человек, имеющий отношение к Сети, является парламентарием.

Выборная демократия появилась не потому, что она хороша, а потому, что с увеличением числа людей стало невозможным собирать народные собрания. Во времена Римской империи это можно было сделать в Афинах, но уже никак в Риме. Вот и все, а появление электронного голосования позволяет вам сделать полную реальную демократию. Но, естественно, следов такой вещи в современном Интернете нет, и пока не могу себе представить, как они могут появиться.