В пятницу в Гааге начался суд по делу бывшего командующего армией боснийских сербов Ратко Младича, обвиняемого Международным трибуналом по бывшей Югославии (МТБЮ), в том числе в организации самого жестокого военного преступления в Европе после Второй мировой войны – резни в Сребренице, где, по официальным данным, было казнено 8 тыс. мужчин-мусульман.

Если считать боевой дух населения законной целью, можно вообще уничтожать все

Младич уже отказался признать вину. Со своим бывшим соратником солидарен и экс-лидер боснийских сербов Радован Караджич, которому МТБЮ предъявлены во многом совпадающие обвинения. Одновременно в самой Сербии в последние дни прошли многотысячные акции сторонников генерала, которые обвиняют президента Сербии Бориса Тадича в предательстве и требуют его импичмента.

Стартующий в Гааге громкий процесс, ключевые моменты конфликта в бывшей Югославии, вмешательство в него НАТО, бомбившего Белград в 1999 году, в интервью газете ВЗГЛЯД комментирует почетный профессор Открытого Брюссельского университета Эрик Давид, презентовавший на этой неделе в Петербурге второе русскоязычное издание своей книги «Принципы права вооруженных конфликтов», которая слывет бестселлером среди юристов-международников.

ВЗГЛЯД: Господин Давид, когда Младич оказался под стражей, то на улицы Сербии вышли протестовать более 15 тыс. радикалов, полиция арестовала 111 манифестантов. Чем вызваны такие настроения в Сербии?

Эрик Давид: Процессы над Младичем, как и над Караджичем, будут целесообразными и полезными. Это поможет избежать всякой формы ревизионизма, пересмотра истории.Мне не нравится, что человек, который считается военным преступником, в чьем-то представлении выступает героем или даже чем-то вроде божества. Конечно, до вынесения вердикта я не могу называть его виновным, но по данным следствия, именно он отдал приказ убить около 8 тыс. мусульман в Сребренице, и это действительно страшное событие. Что касается тех, кто выходит на акции в его поддержку, то есть что-то незрелое и инфантильное в том, каким образом они поддерживают человека, который представляется самым страшным преступником XX века...

Кто-то сказал, что если вы убьете одного человека, вы становитесь убийцей, но если вы убьете тысячу человек, вы обретете популярность.

ВЗГЛЯД: Арест Младича напомнил о том, что  произошло в Югославии в 90-е годы. В соответствии с резолюцией Совбеза ООН № 824 миротворцам был выдан мандат на наблюдение за городами, где преимущественно жили боснийские мусульмане, откуда надлежало отвести все формирования сербов на безопасное расстояние. Миротворцы стояли и у Сребреницы. Почему же преступление там стало возможным?

Э.Д.: Этот вопрос широко обсуждался в свое время. В 2002 году даже вышел правительственный доклад о проблемах, возникших у «голубых касок» из Нидерландов. С самого начала нападения сербских войск на Сребреницу местное население обращалось к миротворцам с требованием вмешаться. Однако миротворцы не имели таких полномочий. Кроме того, в 1995 году сербы захватили 30 голландских солдат (контингент миротворцев ООН под Сребреницей состоял из голландцев – прим. ВЗГЛЯД). Изначально правительство Нидерландов призывало к вмешательству, но возникла угроза гибели заложников. Тогда правительство отказалось от этих призывов, чтобы спасти солдат. По этой же причине, как представляется, позиции сербов в Сребренице и не подверглись воздушным ударам НАТО.

В результате переговоров сербы отпустили пленных миротворцев. Они также объявили, что согласны на эвакуацию мусульманского населения из этого анклава в другие населенные мусульманами районы. Жителей Сребреницы вывозили на автобусах, при этом женщин и мужчин рассаживали по разным машинам. За ходом погрузки следили нидерландские солдаты. Я думаю, тогда они и представить себе не могли, что автобусы с мужчинами будут направлены к месту казни. Миротворцы были просто обмануты сербами.

ВЗГЛЯД: В 2008 году провозглашена независимость Косово, и на Западе ее тотчас признали. Между тем в начале 1990-х внутри бывших югославских республик – Хорватии и Боснии – другие нетитульные народы, а именно сербы, тоже провозгласили свою независимость и создали Сербскую Республику, которую возглавил как раз Караджич, и Сербскую Краину. В 1993 году Совбез ООН отказался признавать их суверенитет. Есть ли принципиальное различие в этих эпизодах с точки зрения международного права?

Э.Д.: Принципиального правового различия нет. Объяснение здесь скорее политическое, чем юридическое. Конечно, если мы отказываем в независимости Республике Сербской, то следует отказать в независимости и Косово.

Но большинство стран ООН отказали сербской стороне и дали добро Косово по политическим причинам. Это заслуживает осуждения, и это обусловлено тем, что Запад гораздо лучше относился к Косово, чем к Республике Сербской.

Новые мишени НАТО

ВЗГЛЯД: Как известно, во время югославского конфликта НАТО впервые в своей истории применило свою военную мощь. Самолеты альянса патрулировали небо Боснии и Герцеговины с 1993 года по заказу тогдашнего Генерального секретаря ООН Бутроса Гали. Почему же до 1990-х годов НАТО миротворчеством не занималось? Не противоречит ли это уставу самого альянса?

Э.Д.: Североатлантический договор 1949 года не предусматривает конкретно, что НАТО может действовать под эгидой или с мандатом ООН. Все, что сказано в этом договоре, – это то, что силы НАТО никогда не будут вести никаких операций, противоречащих статье 51 Устава ООН. Однако ничто не мешает государствам – участникам договора при желании расширить его сферу применения.

В связи с изменением отношений Востока и Запада НАТО, которое задумывалось как средство защиты от Советского Союза, сейчас играет другую роль. Поскольку холодная война закончилась, НАТО придумало для себя другие задачи. И поэтому начинает все больше участвовать в каких-то операциях, театр которых расположен достаточно далеко от региона Северной Атлантики.

Да, НАТО не вмешивалось в то, что происходило в Юго-Восточной Азии, зато сейчас география операций НАТО расширилась: как пример – Ливия.

ВЗГЛЯД: Напомним, что весной 1999 года, во время воздушной войны НАТО против Югославии, удару подвергся телерадиоцентр страны. В НАТО назвали телестанцию законной целью для бомбардировки из-за ее роли в «белградской пропагандистской кампании». Даже такие организации, как International Amnesty и Human Rights Watch, отнесли эту акцию к военным преступлениям. Погибли 16 журналистов. Недавно авиация НАТО нанесла удары в Триполи и по ливийскому телевидению. Можно ли считать безоружных журналистов законной мишенью?

Э.Д.: В защиту бомбардировки ТВ в Белграде выдвигаются следующие доводы. Говорили, что «Радио и телевидение Сербии» – это инструмент пропаганды, который старался поддержать боевой дух населения, ну и кроме того утверждалось, что эта станция  играла важную роль в передаче сообщений от генерального штаба на фронт в Косово.

Ни один из этих доводов нельзя считать обоснованным. Но дело в том, что если считать боевой дух населения законной целью, то тогда можно вообще уничтожать и бомбить все. Это противоречит основополагающим нормам права вооруженного конфликта, что было признано международными прокурорами, составлявшими доклад по бывшей Югославии

Если говорить о втором доводе, то здесь стоит сказать, что сербская армия на тот момент была достаточно современной и, разумеется, владела традиционными средствами передачи сообщений. Сейчас же, когда существуют мобильные телефоны, не имеет смысла утверждать, что какое-либо СМИ представляет собой узел военной связи и передачи сообщений.

Поэтому обе эти бомбардировки не имеют никаких оснований, и сейчас, когда мы смотрим на результат, мы видим, что это было абсолютно бесполезно и несоразмерно. Все, чего удалось добиться в Белграде, – это прервать вещание радио на три часа, после чего оно возобновилось. И там погибли люди, разрушено здание. Это не имело никакого смысла и было незаконно.

ВЗГЛЯД: Тогда кто мог бы дать правовую оценку таким инцидентам?

Э.Д.: Необходима оценка СБ ООН или Генеральной Ассамблеи ООН. Это главные органы авторитетной организации, поэтому оценка здесь будет самой квалифицированной.